Открытое (ЛП) - Мессенджер Шеннон - Страница 84

— Как много ты видела? — спросил Элвин, поправляя очки.

— Немного, — ответила Оралье.

— Но хватит, — настаивала Алина. — Мы прибыли как раз перед тем, как он отдал команду, которая вывела вас всех из странного транса, в который он вас ввел.

— Это был не транс, — возразила Софи. — Я была в сознании. Я просто не могла…

— Почувствовать, — закончил за нее Фитц, слегка побледнев.

Оралье вздрогнула.

— Я никогда не испытывала такого оцепенения.

— Ты могла это почувствовать? — спросил Элвин.

Оралье кивнула.

— В воздухе повисла странная пустота. И когда он отрезал тебя от этого, потоп эмоций, чувствовался так, будто засасывает меня.

— Мне пришлось поддерживать ее, — добавила Алина, шелковистая ткань ее платья шелестела, когда она подобралась ближе к кровати Кифа. — Не желаете пролить хоть какие-то дальнейшие выводы о ситуации, мистер Сенсен.

Единственным ответом Кифа было еще плотнее натянуть одеяло на голову.

— Он боится говорить, — объяснил Фитц, — на случай, если опять что-то пойдет не так.

Алина нахмурилась.

— Я полагаю, ты знаешь это, общаясь с ним телепатически?

— Ну, он в основном игнорирует меня, — признался Фитц. — Но именно об этом он беспокоился, когда я проверял его мысли, а теперь он ворчит про подслушивания Телепатов.

Софи не могла винить Кифа за это… даже если какая-то часть ее души и жалела, что ей не пришло в голову обратиться к нему таким образом.

Ей казалось, что ее мозг отстает от всех на пять шагов.

— Это просто… не имеет смысла, — тихо сказала она. — Киф говорил всякие другие вещи, которые на нас не действовали. Он говорил как обычно, пока… — Она уставилась на свои руки.

— Ты его усилила? — спросил Фитц, озвучивая тот же вопрос, который она собиралась задать себе.

Она прокрутила свои воспоминания.

— Я так не думаю. Я чувствую, что знала бы, если бы это было так. И теперь я могу контролировать эту способность… и я ношу перчатки в качестве резерва. К тому же Киф держал меня за запястья, а не за руки, когда вытаскивал нас всех из этого состояния, так что я никак не могла его усилить.

— Да, наверное. — Фитц провел рукой по волосам. — Похоже, ты все-таки что-то натворила, раз он был в полном порядке…

Он не закончил фразу. Но в этом не было необходимости.

— Пока я не появилась, — жалобно пробормотала Софи.

Ее эмоции захлестнули Кифа в тот момент, когда она вошла в Лечебный Центр. Так что… возможно, физический контакт толкнул его на край пропасти.

— Ладно, я определенно не эксперт по твоим странным эльфийским способностям, — вмешалась Ро, — но я не думаю, что ты что-то сделала, блондиночка.

— Конечно, нет, — проворчал Фитц.

— Потому что я знаю, как пользоваться мозгами, — огрызнулась Ро. — Я наблюдала за ней и Офигенноволосым вместе больше, чем кто-либо другой, и они всегда оказывают успокаивающее влияние друг на друга.

— Может быть, — согласился Фитц. — Но это было раньше…

И снова он не закончил фразу. И снова ему это было не нужно.

До того, как мама Кифа изменила его.

Это было время, чтобы начать признавать что что-то не так?

Теперь он был Полиглотом.

И он мог это сделать… что бы ни заставило их всех онеметь.

— Думаю, часть проблемы, — сказал Элвин, откидывая одеяло, покрывавшее голову Кифа, — заключается в том, что мы не знаем, что Киф на самом деле сделал, поэтому мы просто размышляем и делаем предположения.

Он щелкнул пальцами, сверкнув опаловым шаром вокруг всего тела Кифа, когда тот перекатился на бок, держась спиной ко всем.

— Это был его тон, — послышался приглушенный голос от двери, и Софи, обернувшись, увидела третьего Члена Совета, наблюдавшего за ними.

Ей потребовалась секунда, чтобы узнать в нем Члена Совета Ноланда — одного из тех Членов, с которыми она редко общалась. Его темные волосы были зачесаны назад в очень тугой конский хвост, и у него были самые скульптурные брови, которые она когда-либо видела.

Его брови сошлись на переносице, когда он повторил:

— Интонация Кифа изменилась, когда он отдал команду, которая вернула твои эмоции. Так что можно с уверенностью предположить, что он сделал то же самое, когда оглушил тебя.

— Ты уверен? — спросила Алина.

Ноланд кивнул.

— Я знаю голоса.

Он знал.

Он был Крикуном — еще один талант, который Софи до конца не понимала. Все, что она знала, это то, что Ноланд мог издавать болезненно громкие звуки, когда хотел. Это могло бы объяснить, почему он говорил так тихо.

— Так… ты хочешь сказать, что Киф — Крикун? — спросил Фитц.

— Нет, я говорю, что он может дать своим словам силу… что также означает, что он может забрать эту силу и позволить своим словам просто быть словами. Все зависит от его тона. — Он направился к койке Кифа. — Я понимаю, каково это — бояться собственного голоса, — прошептал он, когда Киф не повернулся к нему. — Но прятаться за молчанием — это не ответ. Ты должен научиться контролировать. Сдерживать. Решать, когда и как использовать эту способность.

— Ты вызвался его обучать? — Спросила Алина.

Ноланд покачал головой.

— Сомневаюсь, что от меня будет много пользы. Как я уже сказал, он не Крикун.

— Ладно, так… кто он? — спросила Софи.

Все ждали ответа Ноланда… даже Киф глянул на него через плечо.

Поэтому комната наполнилась коллективным стоном, когда Ноланд сказал им:

— Честно говоря, я понятия не имею. Это что-то новое для меня.

— Новая способность? — уточнила Алина.

— Почему ты говоришь так, будто это плохо? — удивился Ноланд. — Каждая способность где-то начинается.

— Да, но большинство начинается естественно, — возразила Алина. — А в этом не было ничего естественного.

— Не было, — согласился Ноланд, переводя взгляд на Софи. Его глаза имели легкий пурпурный оттенок, как танзаниты в его кольце, и они, казалось, мерцали, когда он добавил: — Но я смотрю на кого-то другого с неестественными способностями. И она доказала, что является весьма ценным активом. Надеюсь, этот мальчик будет таким же.

Он положил руку на запястье Кифа, и теплый, блестящий тон кожи Ноланда сделал Кифа еще более бледным.

— Посмотри на меня, Киф, — приказал он, и после нескольких долгих вдохов Киф медленно повернулся к нему. — Пора перестать бояться этой перемены. Тебе нужно снова заговорить. Поверь мне — это у нас общее. Тебе нужно доказать себе, что ты можешь это сделать… все равно быть нормальным.

Он прав, передала Софи, когда Киф сжал губы. Ничего плохого не случится.

Глаза Кифа встретились с ее глазами, и она восприняла это как разрешение открыть свой разум его мыслям.

Ничего плохого не случится, снова пообещала она.

Ты этого не знаешь, возразил он.

Нет, знаю. То, что произошло, было чистой случайностью. Только… не говори «онемей», и все будет хорошо. И, может быть, не держи меня за руку.

Она сверкнула улыбкой, на которую он не ответил. Но это могло быть потому, что она была немного вынужденной.

Это не твоя вина, сказал он ей.

Она хотела, чтобы это было правдой.

Иначе… что? Она никогда больше не сможет прикоснуться к его руке, не вызвав какой-нибудь ужасной реакции?

Но дело было не в ней.

Ты тоже не виноват, Киф, передала она. Это было просто… несчастный случай.

Может быть, неохотно согласился он. Но это не значит, что этого не повторится. Или что-то еще хуже.

Все будет не так плохо, как ты думаешь.

Она изо всех сил старалась не обращать внимания на образы, кричащие в голове Кифа, но было трудно пропустить воспоминания о ее пустом, ошеломленном лице… или образы того, чего он боялся. Видения всех кричащих и бьющихся от какого-то воображаемого ужаса, который он им навязал. Или безутешно рыдающих.

Эмоции сильны, сказал ей Киф.

Я знаю. Но… даже если что-то подобное и произойдет, это будет только временно… так же, как и онемение. Ты бы придумал, как это исправить. И это не похоже на то, что ты — единственный человек, который борется после проявления. Марелла подожгла свою спальню. Линн затопила все вокруг. Дженси сказал, что его брат застрял наполовину в полу. Я думала, что сошла с ума из-за голосов в голове… и я причинила Сандору. Иногда требуется время и практика, чтобы взять способность под контроль.