Твой выход, детка! (СИ) - Перова Вера - Страница 41

— Не знаю.

— Или не прежней. Пусть другой. Но хорошей.

— Попробуем, — он вздыхает и кладет свою руку на мой живот. — Моя девочка.

Я просыпаюсь, поворачиваю голову и вижу Рому. Так просто, как будто я всю жизнь это видела. Осторожно встаю с постели и иду в туалет. Там писаю, мою руки и умываюсь. Потом смотрю в зеркало и улыбаюсь своему отражению. Оно улыбается в ответ. Возвращаюсь в спальню, Ромка по-прежнему спит. Я смотрю время: всего полседьмого. Иду на кухню и начинаю варить кофе. Слышу из спальни какие-то звуки. Я заглядываю. Яковлев сидит и смотрит на меня, щурясь от света.

— Лен, ты чего вскочила? — спрашивает он. — Еще рано. Иди ко мне.

— Я кофе сделала.

— М-м-м, чую запах.

Я залезаю в халате в постель. Он обнимает меня, и мы еще немного дремлем, укутанные теплом друг друга. Ромка говорит мне что-то в затылок, но я не слышу его.

— Что?

— Я просто подумал: здесь, с тобой, очень спокойно. Мне просто очень хорошо лежать здесь.

Какое-то время я обдумываю это. Потом поворачиваюсь на спину, а Ромка подпирает голову рукой и смотрит на меня сверху вниз.

— Эй, — смеется он. — Я есть хочу. Кормить мужа думаешь?

И на меня накатывает волной радость: вот теперь все начнется.

Такси медленно ползло в пробке. Я сидела на заднем сиденье и выбирала в интернете качельки для детской, периодически поднимала взгляд, чтобы удостовериться, что мы проехали еще несколько метров или рассеянно смотрела в окно. Дождь все усиливался; временами я почти ничего не видела. Вдруг случайно краем глаза я выхватила из толпы людей на тротуаре, совсем рядом с машиной, знакомую фигуру. Я прижалась к стеклу, чтобы получше рассмотреть через потоки воды, и вот тут-то до меня дошло, что «знакомая фигура» — это ни кто иной, как Яковлев, который…Что?! О, ужас! идет с той самой! блондинкой. В руках у него пакеты с покупками, а она заботливо держит над ними зонт. Вот он склоняется к ней и что-то говорит — она смеется. Еще мгновение и они скрываются за поворотом …

Я чувствую себя очень странно. Как будто меня нет. Как будто я исчезла навсегда. Ничего. У меня свело живот и зашумело в ушах. Я откинулась на спинку сиденья. Ведь я была абсолютно уверенна, что никаких опасений наши отношения не вызывают и в его верности я тоже абсолютно не сомневалась … до этой минуты.

Меня подмывало немедленно позвонить Лильке, но затевать разговор, который наверняка кончится слезами, и выворачивать свою душу перед

таксистом не хотелось, поэтому в каком-то ступоре я ждала, когда мы доедем до дома.

— О господи! — говорит Лилька.

— В каком смысле «о господи»?

— У него роман.

— Не думаю, — в это отчаянно не хотелось верить.

— Вы трахаетесь?

— Что, прости?

— Извинюсь позже, — отрезала подруга. — Ты же позвонила мне не для вежливой беседы.

— Да, — ответила я, спустя мгновение, — на сколько это возможно на восьмом месяце.

— Тогда сама рассуди: почему мужчина, который счастлив с одной девушкой и имеет с ней регулярный секс, вдруг помогает другой девушке делать покупки?

— Не знаю. Может быть много других причин.

— Точно, — согласилась Лиля. — Но, Лена…

— Что?

Лилька замолчала.

— Ничего.

— Что? — упрямо повторила я.

— Ну, не знаю, — проговорила Лиля. — Просто он и раньше был таким.

— Каким?

— Ну, скажем так: любвеобильным. Ты же знаешь: для него весь мир, как большой сексуальный шведский стол.

— Ради всего святого, это не так! И вообще — все это было еще до того, как мы начали жить вместе.

— Я просто сказала.

— А не надо было, — отрезала я. Мои глаза наполнились слезами. — Он не может мне изменять! Он любит меня! И вообще, после всего, что он для меня сделал, я должна доверять ему.

— Вероятно, он на это и рассчитывает…

— Какая же ты стерва! — закричала я на нее.

Лилька вздохнула.

— Послушай, дорогая, если тебе нужен кто-то, кто уверил бы тебя, что все отлично, то это не ко мне. Я мужикам в принципе не верю. Твой Яковлев — не исключение. Ты не согласна с моим видением ситуации, тогда, чтобы не накручивать себя, просто, может, задашь свои вопросы ему самому и все выяснишь из первых рук?

Слышать Ромкин голос было уже выше моих сил, и я просто написала.

«Надо поговорить. Приезжай. Это срочно»

Он тут же перезвонил, но я не ответила. Раньше я ни за что бы не позволила себе вот так сдернуть его с работы. Но сегодня был особый случай. Если есть время на девушек, то ни так уж он и занят.

Очередной звонок телефона.

В ожидании я наматывала круги по квартире, пытаясь избавиться от нервного напряжения, которое буквально не давало дышать.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Он звонил-звонил-звонил….

Я ходила-ходила-ходила…

Звякнул домофон, через минуту — ключ в двери. Он залетел в квартиру с белым перекошенным лицом и безумными глазами:

— Лена! Что случилось?! — он обхватил меня, общупывал, обшаривал, тормошил.

— Со мной ничего не случилось, — я уперлась локтями ему в грудь, не давая себя обнять. — Отпусти меня! Ты лучше расскажи, что с тобой случилось.

Ничего не понимая, Ромка продолжал растерянно шарить по мне глазами.

— Я тебя видела сегодня с ней! — крик взлетел к потолку, все скопившееся напряжение рвалось наружу.

— С кем?!

— С этой девицей, твоей…той, которую ты обнимал на Дне фирмы в ресторане…

— Не понимаю о чем ты, — он проговорил сдавленно, но спокойно.

Но я уже точно видела, что понял, понял! Я бросилась на него, ударила наотмашь по лицу и, как безумная, продолжала бить и бить — по плечам, по щекам, по груди.

— Как ты мог!.. Зачем?!.. Зачем?! Убирайся из моего дома…сейчас… из моей жизни…

Он крутанул меня, сжал в тисках мои руки, не отрывая взгляда от лица.

— Это не моя девушка, — тихо произнес он.

— А чья же еще?!

— Пашкина… — одними губами прошептал он.

— Да пошел ты! — я выдернула руки, споткнулась, попятилась, как оглушенная, заплакала, повернулась и пошла в комнату. Смысл только что услышанного никак не доходил до меня. Как это — Пашкина?!

Ромка догнал меня в два прыжка, мягко обнял за плечи и притянул к себе.

— Леночка, Лена! Прости меня, прости! Надо было раньше тебе все рассказать, но я не хотел тебя расстраивать…, - мы так и стояли в серой комнате, он обнимал меня, прижимая мою спину к своей груди и его слова летели куда-то вперед над моей головой. — Он с ней познакомился за полгода до своей смерти. Вы тогда в отпуск собирались. Помнишь? Она была беременна. Вот. Он хотел съездить с тобой, а потом все рассказать и уйти.

— Беременна..?

— Да.

— Значит, у Пашки есть ребенок?

— Сын.

— Он в больнице тогда попросил не бросать ее, помочь. Ей только восемнадцать было. С какого-то городка приехала в институт поступать. Никого здесь не знает… Я обещал. Помнишь, ты все время спрашивала почему он мне позвонил, а не тебе? Там в машине детское автокресло было, он его к ней хотел завезти…А тут авария…Не хотел, чтобы ты видела…

Ромка вернулся домой поздним вечером — мрачный, молчаливый и очень уставший. Я читала, лежа в кровати, когда услышала, как он отпирает входную дверь. Увидев свет, он заглянул в спальню.

— Ты еще не спишь?

— Тебя ждала.

Он шагнул в комнату, расстегивая рубашку, наклонился и поцеловал меня. Присел на край кровати.

— Уф! — выдохнул он. — Как же я вымотался!

Он снял рубашку, и я дотронулась до его голой спины. Он вздрогнул.

— Не бойся, — сказала я. — Я с самыми невинными намерениями.

Я продолжала поглаживать его спину. Ромка разделся и уютно забрался под одеяло.

— Ты не против, если я потушу свет? — спросил он. — Или хочешь еще почитать?

— Нет. Туши.