В поисках пути (СИ) - Зайкина Нина - Страница 6

Обед мы, вполне ожидаемо, пропустили. Так как все книги, что мне хотелось почитать были на эльфийском, остроухому пришлось мне все переводить. Его это перспектива не порадовала.

Ближе к вечеру у меня стала гудеть голова от заумных эльфийских оборотов и я решила на сегодня закончить. А еще мне хотелось переговорить с Линиэлем.

— Как думаешь, смогу я у вас попросить несколько чародеев для обучения? — спросила я по пути наверх.

— Зачем? Я сам тебя научу.

— Мне нужны учителя для всех остальных человеческих магов.

— Думаю, с этим проблем не возникнет.

В кабинете Владыки не было. Нашли мы его около персикового дерева. Он с блаженством на лице перекидывал упавший лепесток из одной руки в другую с помощью магии.

Получив еще порцию благодарности, попросила несколько эльфов для обучения в Сантинии. К огромному облегчению получила согласие Линиэля.

— Знаешь, Лиа, я даже потороплю события и отправлю несколько эльфов для формирования посольства в твоем государстве. Как думаешь, твой отец против не будет? В свою очередь жду вашу делегацию у нас.

— А можно я сначала подготовлю родных перед знакомством с эльфами? У них не такие крепкие нервы, как у меня.

— Хорошо. Но ты же не будешь идти обратно одна?

— Я не одна — я с Танном пойду, — ляпнула я не подумавши — у Лайя заходили желваки под нежной кожей.

— Неизвестно, когда очнется Танниртален. Мне кажется, родители тебя итак дома заждались.

Так ненавязчиво указать, что домой пора, молодец!

— Пока Танн не очнется — я отсюда ни ногой! — задрала я подбородок.

— Что ты, я и не хочу, чтобы ты нас покидала! Просто время идет и неизвестно, когда Танн придет в себя. Сколько времени ему еще надо? День, два, неделю, месяц, а может год? Пока ты ждешь, когда дракон придет в сознание, каждый день, я уверен, добавляет седых волос твоим родителям.

Уходя от Владыки, я пробормотала себе под нос:

— Что-то не сильно ты беспокоился о моих родителях, когда на алтарь меня вел!

— Лиа, не кипятись. Мне кажется, я знаю причину его торопливости, — успокаивал меня Лай.

— А? — обернулась я. И очень даже зря, потому что в сумерках не заметила кочки и попыталась растянуться на тропинке. Но эльф моего падения не допустил — поймал и вернул вертикальное положение.

— Идем, сядем и я выскажу тебе свою догадку о поведении отца.

Как? Мы уже около пруда? Вечер теплый, почему бы и не посидеть на бережке в приятной компании.

— Знаешь, — пустился Лай в объяснения, — мой отец не мог не заметить, как… трепетно ты относишься к Танну. В то же время он знает, что ты моя еламинай. Вот он и пытается дать нам двоим как можно больше времени побыть вдвоем. Потому что одну я тебя не отпущу — я пойду с тобой. Мне кажется, нельзя винить отца, желающего счастья своему сыну.

Я, честно говоря, совсем не понимаю твоих столь теплых чувств к дракону. Ведь знаю же, что я тебе более чем нравлюсь. Тогда какие у тебя чувства к Танну? Кто он тебе? Больше чем друг?

— Как бы я к нему не относилась — это не имеет никакого значения. У него свадьба, и слава Богам!

— Ты его любишь?

Вот неугомонный! Неужели он думает, что ему станет легче?

— Мне думается, что ты не хочешь знать ответ, — вздохнула я.

— И все же… — эльф сделал вид, что его заинтересовала трава под ногами.

— Знаешь, что мне сказала Лания? Что его я люблю горячим человеческим сердцем, а тебя вечной неугомонной душой. У них там даже спор был, кого я выберу! Я ненавижу богов, за то, сколько боли они могут причинить своими выходками!!!

— Разве такое возможно?

— Как видишь! Чувства к Танну мне вложил Хорст, а к тебе Лания. Теперь они ждут, что же окажется сильнее: душа или сердце. Пусть Хорст не питает надежд! Я свадьбе мешать ни за что не стану!

Я с такой силой ударила по стволу, на котором сидела, что аж слезы из глаз брызнули. Или они не от телесной боли?

— А меня радует предстоящая свадьба Танна, — Лай нежно взял мою руку и стал водить пальцами по месту ушиба. — Теперь никто не сможет тебя у меня отобрать! А на Богов не сердись — нам их не переделать.

— Это мы еще посмотрим! — пробормотала я.

— Пошли ужинать и отдыхать?

— Сейчас ужинать, а потом…

— Мне иногда начинает казаться, что ты не награда, а наказание, — притворно простонал Лай. — Вот только не пойму за что, неспокойная ты моя душа!

— Ну не могу же я не нанести ответный визит вежливости? — возмутилась я, когда мы после ужина шли к единорогам.

— А зачем учиться яблоки нести левитацией?

— А зачем мне магия, если я даже фитилька не свечке зажечь не могу?! Я когда домой пойду, мне надо будет тащить и провизию и одежду и одеяло, да много чего еще. А по воздуху гораздо легче, чем на собственном горбу!

— Тогда завтра и начнем учиться. Кроме того, что я самый младший в Долине, так я еще никогда не магичил.

— А на алтаре со мной, а потом и с Танном? — вспомнила я.

— Я только вливал резерв. Но ни одного заклинания я не произнес.

— А когда рану на руке лечил? — промолчу, что сам ножом эту рану и полоснул.

— Это была эльфийская песня. Считается, что она способствует скорейшему выздоровлению, но к магии она не имеет никакого отношения.

— Шарлатан!

— Почему шарлатан? Заживлению раны способствовала моя кровь, а не слова.

Вот хитрый таракан! А я поверила! Ох, когда же я повзрослею? И повзрослею ли вообще когда-нибудь?

Как только мы приблизились к краю луга, от табуна в восемь голов отделился один и поскакал в нашу сторону. Зрелище завораживающее! Белоснежная грива развивается парусом, хвост колышется волной. Столько грации, силы, магии и свободы в одном существе! Невольно залюбуешься.

— Кх-м, — раздалось за спиной. Чего он? Я всегда любила лошадей. На конюшне я провела времени больше, чем в собственной спальне.

Как только единорог остановился в шаге от нас, перед нами предстал тот самый молодой человек, что приходил утром.

— Вот, пришла с ответным визитом вежливости, а то утром мы толком и не поговорили, — лицо Алсэя озарила невероятно искренняя улыбка. Конечно не поговорили — таращились друг на друга, как два барана на новые ворота. — Я с гостинцем, — продемонстрировала я яблоки.

Мы расположились там же, где были вчера. Глядели на пасущийся табун и хрустели яблоками.

— Алсэй, — начала я, — ты не объяснишь мне, что это было утром?

— Мне захотелось посмотреть на тебя поближе. В тебе столько чистой жизненной энергии, какой я никогда не встречал. Тем более что ты вернула нам жизнь, проявила смелось не по годам. Ты достойна дружбы единорога.

— И чем грозит мне сия дружба?

— Помощью.

— Какой? — уточнила я.

— Посильной.

— Угу, умный чел… Алсэй объяснил — сразу понятно стало!

Засмеялись все. Смех — это хорошо, а вот конкретика мне бы не помешала.

— А мне уже требуется помощь. Танн что-то никак не очнется. Что делать?

— Поделиться Дыханием Дракона, что он отдал тебе, — абсолютно серьезно ответил парень.

Эльфийское «нет» и мое «как» прозвучали одновременно. Алсэй посмотрел сначала на меня, потом на Лайя.

— Оно передается с поцелуем, в который было вложено…

— Он и так очнется, — поспешно вставил остроухий.

— Если бы он мог очнуться сам, то давно бы это уже сделал. Его душу держит только здоровое тело, а душа стремиться в Путь, на поиски Лии. А Дыхание может убедить стремящуюся душу, что искать надо не за Завесой, а здесь.

— Ну! И что мне надо сделать?

— Поделиться Дыханием, — поймал мой непонимающий взгляд и пояснил, как само собой разумеющееся, — ну вернуть часть дыхания, поцелуем.

— И как в сказке он сразу проснется!

— А как ты думаешь, с чего сказки писались? Не вы первые, не вы последние.

Тут я язык и прикусила. Что-то часто в моей жизни сказки оживают. Сны — не сны, эльфы, драконы, зеркала, жертвоприношение, единороги. Жуткая жуть! Что ждет меня в будущем? Или у меня тоже как в сказке — чем дальше, тем страшнее?