Шрамы Мафии (ЛП) - Грэй Хардин - Страница 14

Это последнее замечание сказало мне, что он со мной покончил. Не только разговор.

- Я сделаю тебе одолжение и не буду говорить об этом. Я не скажу, что видел Люка здесь с тобой, потому что я думаю, что ты заблуждаешься. И, очевидно, у тебя есть проблемы, над которыми нужно работать. Но это все, Тейлор. Я закончил с тобой. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь. Худший тип копов - грязный. Я не могу дружить с тобой, зная, что ты поступаешь неправильно. Удачи.

Я не могла себе представить, что я так прощаюсь с ним.

Однако я догадывалась, что со всем, что произошло между нами, не могло быть иного пути.

Он повернулся, открыл дверь и ушел, захлопнув ее.

Мои плечи поникли. Я сделала глубокий вдох, который мне никак не помог, и мне не хотелось ничего, кроме как залезть под камень или попасть в черную дыру.

Все было запутано.

Я повернулась, чтобы вернуться наверх, но заметила Джиджи, сидящую наверху лестницы.

На ее лице появилась теплая, открытая, дружелюбная улыбка.

Теперь мне нужно было дружелюбие. Мне нужна была моя лучшая подруга.

Когда я увидела ее, по моей щеке потекла слеза.

- Нужно поговорить? - спросила она.

Я попыталась улыбнуться, но не смогла. - Да.

Разговоры были только началом того, что мне было нужно.

Я посмотрела на свою лучшую подругу. Женщину, которую я так давно знала, и всем сердцем надеялась, что она не откажется от меня, когда я скажу ей правду.

Я надеялась, что она по-прежнему будет моей подругой. Джиджи была единственным нормальным человеком в моей жизни. Даже с ее сумасшедшими ведьминскими закидонами. Она была моим обычным человеком и единственным человеком, который смог принять меня такой, какая я есть.

Хотя она не знала моего прошлого.

Глава 7

  Амелия

  Джиджи вытянула руки на столе.

  Она посмотрела вниз на водоворот узоров, образовавшихся глубоко в дубе. Она смотрела на то, что мне казалось вечностью, потом снова посмотрела на меня.

Я ей рассказала.

  Я рассказала ей всё, что могла, не упомянув инцидент, из-за которого я уехала из дома.

  О причастности моего отца к убийству агента Петерсона никто от меня не услышит.

  Из-за этого я действительно выглядела грязной, как обвинял Синклер, но у меня были свои причины.

  Мой отец никогда не говорил мне сам, что убил человека. Он никогда не признавался и не признавал этого. Вот как я это обосновала в своем уме.

  Эгоистично, я знала, что это эгоистично, и, вероятно, это было то, что разрушало меня все эти годы. Знать правду о чем-то и скрывать это, чтобы быть свободной.

  Возможно, всё прояснится в ближайшие несколько недель.

  Кто знал, что может случиться?

  Прямо сейчас я была обеспокоена тем, что моя подруга, моя лучшая подруга во всем мире, рассердится на меня, потому что я все эти годы хранила от нее свои секреты.

  Я рассказала ей, кто мой отец, мою настоящую фамилию, что моя мать была убита и как она умерла. Я рассказала ей о своей прежней жизни танцовщицы и о Люке. Она действительно цеплялась за мои слова, когда я заговорила о Люке. Наверное, потому, что эта часть была свежей и наполненной новыми эмоциями. Может быть, я объяснила больше, чем хотела, и она могла видеть, насколько я противоречива.

  - Я предпочитаю имя Росси. Тебе оно идет, - сказала она столу.

  Я выпрямилась, ожидая услышать, что еще она скажет.

  - Ты так считаешь?

  - Да. Ты итальянка. Красивое имя. Амелия Росси. Я думаю… - Теперь она посмотрела на меня. - Думаю, я, должно быть, считала, что твой отец не итальянец. Отсюда и фамилия Тейлор. Но нет.

  Ей было больно. Я могла это сказать. Джиджи была одним из тех людей с чистым духом, которые держали свое сердце в руках, показывая его миру. Вот какой она была. Она не имела дел с ложью в любой форме.

  - Мне жаль. Мне жаль, что я все это время лгала тебе.

  Она покачала головой. - Ты не лгала ... чтобы причинить мне боль.

  - Но я врала. - Дежавю. Это был тот разговор, который у меня был с Люком несколько недель назад, когда я узнала, кто он на самом деле. Человек, которого мой отец послал защищать меня, с обещанием получить всю империю, если он женится на мне.

  - Ты сделала то, что должна была. Нам всем иногда приходится это делать.

  Я закусила губу, чтобы не заплакать. Когда понимание наполнило ее черты, меня охватило облегчение.

  - Я хотела бы рассказать тебе раньше.

  - Я тоже, потому что я могла бы быть лучшей подругой, когда ты нуждалась во мне. Особенно в годовщину смерти твоей матери. - Глаза ее наполнились слезами, но они не покатились. Она протянула руку, чтобы взять мои руки в свои. - Я понимаю, что тебе нужно было скрыть от меня некоторые вещи, например, кто твой отец и кем ты была, но ты могла рассказать мне о своей маме. Хотя, наверное, я тоже виновата. Поэтому, я должна понять твои причины, по которым ты не рассказывала всё.

  Я смотрела вниз на наши руки, соединенные вместе, но мой взгляд поднялся и встретился с ее глазами, когда она сказала это.

 Слезы из ее глаз выкатились и потекли по щекам.

  - Что ты имеешь в виду? Что с тобой случилось?

  - Мой… - Она остановилась и посмотрела на открытое пространство перед нами. Затем она вздохнула и продолжила. - Мой отец не всегда был лучшим. Он бросил мою мать, когда она была беременна мной, и попытался вернуться в нашу жизнь, когда мне было четыре года. Она не хотела его знать, но он все равно пытался вернуться. Затем он попал в тюрьму за непредумышленное убийство на десять лет. На самом деле это был несчастный случай. Он подрался, пытаясь спасти женщину от изнасилования. Он слишком сильно толкнул парня, с которым сражался, и тот упал и ударился головой о незащищенный гвоздь. Это убило его мгновенно. Мой отец сел из-за этого. Когда он вышел, мы были первыми, кого он искал. Мне тогда было четырнадцать, и я хотела его узнать. Моя мама запретила мне видеться с ним. Она никогда не простила ему того, что он бросил ее, когда она была беременна мной. Затем он пообещал показать ей, как сильно он изменился. Он создал приют для неблагополучных подростков и посвятил свое время помощи людям. Это показало ей, что он изменился, плюс я знала, что в глубине души она любит его, но боялась, что ей будет больно.

  Я затаила дыхание, сдерживая ее слова.

  - Она дала ему шанс год спустя, и однажды он пытался помочь мальчику, который отчаянно пытался выбраться из банды, в которую его призвали. Мой отец попал в передрягу, и они убили его. Они его застрелили. Вот так его и не стало. Все эти годы прошли именно так.

  По моим щекам текли слезы.

  - Мне очень жаль. Мне очень очень жаль. - Я сжала ее руки. - О… Джиджи.

  - Все нормально. Это убило меня на долгое время, и мне удалось справиться с этим, сосредоточившись на чертовом колдовстве, которое, как я знаю, вероятно, является чушью собачей. Но это сохраняет меня в здравом уме. Это дает мне кое-что. Я чувствую, что дух моего отца рядом и всегда со мной. Я честно это чувствую. Остальное может быть хренью. Думаю, теперь, когда я знаю, что с тобой случилось, приятно думать, что, может быть, какая-то сила, свела нас вместе, потому что у нас схожее прошлое.

  Я кивнула.

  Поскольку я не могла придумать ничего, что могло бы опровергнуть встречу двух друзей с похожим прошлым, мне пришлось согласиться.

  - Нам было почти столько же лет, когда у нас забрали твоего отца и мою мать. – Обоих пистолетом.

  В такие моменты я напоминала себе обо всех причинах, по которым я стала полицейским.

  - Да. Мне жаль, что твою мать отняли у тебя таким насильственным образом.

  - Мне очень жаль, что твоего отца тоже забрали у тебя. Мне больно знать, что что-то подобное могло случиться с тобой. - Это произошло, и мне было жаль, что я только узнала об этом. - Этого не должно было случиться с тобой.

  - И с тобой, Амелия. И с тобой тоже.