Потусторонний. Пенталогия (СИ) - Муха Руслан - Страница 229

— Чем это нам грозит? — спросил я.

— Штрафным днями. Нам могут запретить боевые действия от трёх дней до недели, в то время как Нага будут забирать без боя наши города один за другим.

Я выругался. Такая перспектива едва ли радовала.

— Значит, мы должны подать встречную жалобу и доказать обратное, чтоб Нага получили эти штрафные дни.

— Да, мы так и поступим. К тому же если я не только подам жалобу, а ещё и преподнесу императору ценную информацию о проходе, мы можем заслужить его расположение, и шанс отстоять правду увеличится. Когда ты решишь свою проблему?

— Мы ведь договорились — две недели, у меня ещё есть восемь дней.

— Слишком долго, — устало, совершенно без всякой злобы, сказал Зунар.

Мы на какое-то время замолчали, затем я спросил:

— Уже известно, когда закончится временное перемирие?

— Да, через шесть дней. Меньше недели.

Ясно, теперь я понял, почему Зунар сказал, что слишком долго.

— А когда мы собираемся подавать встречную жалобу? — спросил я.

— Как можно скорее, если мы не сделаем это в течение трёх дней, будет уже поздно.

Я закивал, будто бы Зунар мог меня видеть.

— А наши свидетели, Сэдэо и Шамиширак? С Шамишираком я могу договориться сам.

— Не нужно, — сказал Зунар. — Сэдэо уже дал показания, и они нам не слишком помогли. Урджа-мастер слишком принципиален, и рассказал только то, что видел. Лгать Стражам он бы не стал. Он не видел, как Шергер напал на тебя. Единственное чем помог Сэдэо, дал тебе положительную характеристику. С Хейдом Шамишираком я тоже сам поговорю, ты же лучше займись своей проблемой.

— Сегодня вечером я свяжусь со своими людьми и попробую договориться о передаче моих сестёр, а после сразу позвоню тебе, — сказал я.

— Надеюсь, у тебя всё получится, — сухо ответил Зунар. Голос у него был усталый, отстранённый. Я понимал, чем это вызвано, но решил не спрашивать про Санджея. Наверняка ему и без моего любопытства непросто.

— Я понимаю и помню про сроки, — сказал я, — постараюсь договориться и сделать всё быстро, насколько это только возможно.

— Хорошо, я жду, — сказал Зунар и отключил телефон.

Глава 13 или "Новые обстоятельства" Часть 2

Учебный день тянулся невероятно медленно. Каждая минута, казалось, ползла, словно улитка в знойный день, придавленная к асфальту палящими лучами солнца.

Я сидел, как всегда, на последнем ряду, каждый час после звонка перемещая свой зад из одной учебной аудитории в другую. Всё что происходило на уроках, я слушал на автомате, записывал лекции, но совершенно не вникал. Всеми мыслями я уже был на Меру у исходной точки. Вариации разговора со спецслужбами крутились в голове с ужасающей скоростью. Воображаемые спецслужбы задавали мне вопросы, а я им отвечал и отвечал.

Затем был обед. Я также на автомате поел в компании беззаботно болтающего обо всё и ни о чём Алеха. Мы ели на улице у фонтана, а я продолжал вести воображаемый диалог со спецслужбами. Несколько раз они разрывали контракт, несколько раз отказывались вести переговоры. Мой мозг каждый раз намекал, что они могут мне не поверить, потому что у меня для них нет никаких доказательств, чтоб подтвердить, что я не лгу.

После занятий мы с Латифой отправились в студенческий квартал, где я ей купил обещанные серьги, и даже нисколько не возмутился, когда узнал их стоимость. Сегодня мне было плевать.

Я ещё зашёл в продуктовый, набрал несколько больших пакетов с едой, лекарствами, и прочим, что, на мой взгляд, у презренных в дефиците.

После Латифа, как и обещала, купила платье и туфли и на этом мы разошлись. Латифа отправилась к подругам, с которыми договорилась встретиться у кинотеатра, а я поспешил в "Лотос". Там меня уже ждал Домиан и зависший над крышей отеля золотой диск сурирата.

Пилот Домиан встретил меня на крыше официальным приветствием, протянул пистолет, который я оставлял ему на хранение.

— Куда летим, свамен? — сухо спросил он.

— К горе Меру, Южный утёс, — сказал я, затем подумав, добавил: — Нара приказал тебе следить за мной?

— Нет, — Домиан озадаченно посмотрел. — Приказ был доставлять вас в любое место, куда бы вы ни сказали.

Я удивлённо вскинул брови. Сказать, что я удивился, ничего не сказать. Неужели Зунар наконец-то начал мне доверять? Ну, или Домиан попросту лжет, хотя мне почему-то показалось, что он едва ли умеет лгать.

Странно, но всю дорогу до Меру я проспал. Усталость навалилась такая, словно я целый день стопудовые мешки ворочал. Видимо, сказалась ночь полная тяжёлых, выматывающих мыслей. Поэтому стоило мне только сесть на мягкий уютный диванчик, как глаза начали слипаться, и я провалился в безмятежный сон.

Из сладкого сна меня вырвал голос Домиана:

— Свамен! Свамен! — кажется, он звал меня не в первый раз и, наверное, даже не во второй.

— Да? Что? — сонно отозвался я, оторвав голову от такого мягкого и уютного подлокотника. Я бы, наверное, ещё спал и спал, но мысли о предстоящем разговоре со спецслужбами быстро взбодрили.

— Мы скоро будем на месте, — крикнул Домиан. — Где именно я должен вас высадить?

Я замешкал, затем спросил:

— Ты со мной пойдёшь или?…

— Нет, свамен, я останусь в сурирате и буду дожидаться вас здесь. Скажите, где именно вас высадить?

Так, отлично, значит, преданный не пойдёт за мной, а значит, не придётся от него убегать, как в прошлый раз я убегал от Цая. Но и всё же я решил, что лучше высаживаться подальше от исходной точки, да и продукты и туфли с платьем надо отдать Нэве. Зря, что ли, купил?

— В ущелье есть селение презренных, знаешь такое?

— Если то, которое у Южного утёса возле земель Ахолла, да, конечно.

— Вот, мне нужно туда, — сказал я.

Пауза замешательства:

— Вы уверены, свамен, что хотите пойти туда один? Если прикажете, я могу с вами, а то мало ли.

— Нет, я уверен, высаживай. — Я суетливо принялся собирать пакеты с покупками.

— Тогда скажите хотя бы, сколько вас не будет, чтоб в случае чего я начинал бить тревогу, — голос Домиана звучал растерянно.

— Где-то два часа, максимум три. — Я прикинул, что этого времени должно хватить с головой, даже если случится что-то непредвиденное.

Домиан высадил меня прямо перед хлипкими воротами, ведущими в ущелье презренных. На улице ещё было темно, я взглянул на часы, долетели быстро, через час должно рассвести.

Я вдохнул полной грудью утренний прохладный воздух, взглянул на выпучивших глаза из темноты презренных, охранявших вход. Луч сурирата, высадивший меня прямиком к воротам, кажется, их напугал. Такое здесь, очевидно, не каждый день происходит. Двое сидели прямо на траве, до этого они, кажется, и вовсе здесь дрыхли, а теперь тихо таращились, не смея сказать и слова.

— Мне нужно кое-что предать, — сказал я, потом добавил: — Можете позвать Нэву?

Презренные переглянулись. Потом один из них воскликнул, живо подскочив с земли:

— А! Вы тот самый свамен, о котором Нэва уже всем уши прожужжала. Гляди, Акис, — усмехнулся он и пнул напарника в бок носком затасканного ботинка. — Гляди, а он и вправду прилетел. А мы-то все думали, девка то ли бредит, то ли выдумывает нелепицы. А оно вон как. И что, свамен, туфли и платье ей принесли, как она и хвастала всем?

Презренный заржал, но наткнувшись на мой взгляд, резко замолк.

— Да, туфли и платье, — спокойно ответил я. — Позовите её уже, наконец, я тороплюсь.

Тот, кто говорил со мной, бодро вскочил с места и поспешил вглубь деревни. Я же чувствовал себя неловко и даже больше, я испытывал давно позабытое чувство — стыд. Во-первых, за то, что пообещал и заставил ждать Нэву так долго. Во-вторых, за то, что из-за меня все вокруг думали, будто она сочиняет. И в третьих, если бы мне не нужно было к исходной точке я, наверное, даже и не вспомнил о своём обещании, а девчонка ждала бы.

Нэва в одной просторной сорочке летела бегом через всё поле, из-за хромоты казалось, словно она и вовсе скачет очень быстро на одно ноге. Я не ожидал, что она встретит меня с такой радостью.