Потусторонний. Пенталогия (СИ) - Муха Руслан - Страница 285

Зунар издал тяжёлый вздох, повернулся к нам:

— Санджей, Гасан, Михан и Азиз, — отчеканил он и кивнул в сторону выхода.

Я сначала удивился, но потом понял, что Зунар позвал только тех, кто знал о родовом проклятии, и вероятнее всего, о смерти Амара Самрата.

Мы в сопровождении преданных зашагали прочь из церемониального зала. Кроме Ярана с нами пошли ещё и его люди. Роэн, сутулый старик с таким уставшим лицом, с таким безразличием во взгляде, будто всё вокруг ему в край осточертело; и высокий, нервный молчаливый мужчина.

Из коридора эхом доносился многоголосый женский плач, я поёжился, снова испытал злость. Кому могло понадобиться убивать Ашанти? Нага? Капи? Но зачем? Чтобы не дать Халам и Рамам совершить обряд? Но какая им выгода от этого? Возможно, только если они пытаются внести раздор между ними, в надежде, что разругавшись, Гиргит перестанет помогать Сорахашер. Или ещё что-то? Меня настораживало, что убийца оставил пузырек у жертвенника. Ни Нага, ни Капи бы не оставили следов. А здесь — кажется, те, кто это сделал, хотели, чтоб мы его нашли.

Я чувствовал, что всё не так. Слова Амали о том, что орден пойдёт на всё, чтоб не дать рухнуть устоявшемуся порядку, не выходили из головы. А что если Накта Гулаад всё же узнали? Но от кого? Амали? Нет, она не могла. К тому же она бежала из дворца рано утром. А если не бежала? Что если она прямиком отправилась к своим сёстрам и выложила, всё что узнала? Или отправилась прямиком в храм, чтоб подсыпать яд в кубок невесты? Нет, мне не хотелось в это верить. Иначе выходило, что я абсолютный болван и не увидел ложь, решив, что Амали со мной искренняя.

Мы шли всё дальше и дальше, звуки горестного плача становились всё тише. Мы свернули к тёмной каменной лестнице, поднялись в одну из храмовых башен и вошли в небольшую комнатку, где только и помещался что стол, заваленный какими-то книгами и большими толстыми, исписанными тетрадями, да стулья, которых на всех нас не хватило. Яран и Зунар сели за стол, остальные же остались стоять.

— Это Нага устроили, здесь нет сомнений! — застучав по столу пальцем, сказал Яран.

Зунар отрешённо смотрел перед собой и молчал. Остальные не решались заговорить.

— Мы этого не знаем, — наконец-то сказал Зунар. — Нужно дождаться, когда проверят пузырёк и опросят всех монахов.

— Кто бы это ни был, у них всё равно не выйдет испортить наши планы, — сказал Яран, пытливо взглянув на Зунара. — Вторая дочь Симара всё равно станет женой Роэна, и обряду быть.

Зунар удивлённо вскинул брови, мы с Санджеем настороженно переглянулись.

— Сейчас Зар-Зана убита горем, о свадьбе не может быть и речи, — вкрадчиво произнёс Зунар.

Яран угрюмо посмотрел на Зунара, потом взглянул на сына, тот ему кивнул.

— Свадьба должна состояться сегодня, — настойчиво произнёс Роэн. — Пусть враги увидят, что им не удалось сорвать обряд и расторгнуть наш союз.

— Ты обещал, Зунар, — подключился Яран. — Я и так согласился провести свадебный обряд позже. Дал тебе своих людей, помог в войне с Нага. Я все свои обещания выполнил, а ты? Или твои слова ничего не стоят?

Яран исподлобья смотрел на Зунара, Зунар же еле сдерживал злость.

— Это бесчеловечно заставлять девочку идти к алтарю в тот же день, когда она потеряла сестру, — пришёл на помощь Зунару Михан и в поддержку ему закивал рядом стоящий Гасан и Санджей.

— Я вообще не уверен, что это хорошая идея отдавать Зар-Зану за Роэна, — стараясь держаться спокойно, сказал Зунар. — Ашанти имела тихий, покорный характер, Зар-Зана же её противоположность, она вспыльчива и своенравна. Именно поэтому Симар предложил в качестве невесты Ашанти. Зар-Зана если и выйдет за Роэна по принуждению, не станет ему хорошей женой.

— Строптивая, значит, — Роэн плотоядно улыбнулся. — Не стоит переживать, строптивых я люблю и умею воспитывать.

Санджей неожиданно дёрнулся к нему, раскрасневшись от возмущения, но я его вовремя схватил за плечо и придержал. Хотя я и сам не прочь был врезать Роэну разок. Только что умерла его невеста, мог бы проявить хоть каплю уважения. Но сейчас ссориться с Рамами нам ни в коем случае нельзя.

— Если ты хоть пальцем её тронешь! — зло выкрикнул Санджей, но наткнувшись на сердитый взгляд отца, замолк, так и не озвучив угрозу.

Роэн растеряно пожал плечами, Яран же сделал вид, что ничего не заметил и продолжил говорить:

— Если не Зар-Зана, пусть женой Роэна станет твоя дочь Латифа.

Зунар зло сжал челюсть, и порывисто подавшись вперёд, процедил сквозь зубы:

— Этому не бывать. Латифе всего четырнадцать.

Яран округлил глаза, фыркнул:

— Ну, раньше девушки выходили замуж и в четырнадцать и…

— Нет, — оборвал его Зунар.

Обстановка начала накаляться. Все присутствующие вмиг как-то резко собрались, кто-то потянул силу, я сразу же ощутил поток.

— И что ты предлагаешь? Отменить свадьбу? — грозно спросил Яран и начал вставать из-за стола. — Если примешь такое решение, я тут же прикажу моим войскам вернуться, и вы останетесь без поддержки. Не глупи, Зунар. Ты ведь понимаешь чем это чревато. Ты не можешь отказаться.

Зунар как-то резко сник и опустил голову. Сдался. Но у нас не было другого выхода.

Санджей тихо выругался, а Яран довольно улыбнулся и сел обратно, откинувшись на спинку стула.

— Свадьба состоится сегодня, — сказал он.

Зунар не ответил, просто кивнул.

— Как только мы выйдем отсюда, ты скажешь Зар-Зане об этом.

Зунар снова кивнул. На лице Ярана появилась радостная улыбка, он вскочил с места, похлопав Зунара по спине.

— Что вы такие кислые всё? Да, смерть Ашанти это очень прискорбно, но сегодня ведь праздник, мы станем семьёй. И пусть враги видят, что им нас не сломить, не рассорить! Сорахашер и Гиргит! Великие кланы, которым скоро подчинится вся Империя!

Зунар устало взглянул на Ярана и снова опустил голову.

Я окинул взглядом присутствующих, никто не удивился заявлению Ярана, значит, всё в этой комнате знают про намерение свергнуть подставного императора и захватить власть. У нас нет выбора, и каждый из нас это понимал, придётся идти на жертвы, потому что, лишившись войск Гиргит, мы не выстоим. Несмотря на то, что мы почти свергли Нага, есть ещё и Капи, которые хоть и воевали на стороне Нага, но слишком людьми и резервами не разбрасывались. И неизвестно ещё как поведёт себя Яран Рам. Боюсь, если он разозлится или оскорбится, получив отказ, повернёт свои войска против нас и объявит войну уже Сорахашер.

Мы просидели в комнате целый час, ожидая хоть каких-то новостей. Один раз зашёл преданный, доложив, что всех монахов опросили, вот только толку от этого мало. Утром в храме была служба, много людей приходило на медитацию. Ничего подозрительного никто из монахов не видел.

Пока ждали, обсуждали стратегию нападения на Капи и завершение военной кампании против Нага. Как-то резко вся агрессия сошла на нет, Яран даже пытался шутить, вот только нам всем едва ли было до смеха.

Осторожно Яран перевёл разговор, начал говорить об императоре и действиях, которые необходимо совершить, прежде чем объявлять войну Империи. Не все были в восторге от этой идеи. Михан несколько раз резко высказался по этому поводу, сказав, что эта затея уничтожит и Сорахашер, и Гиргит. Старик из Гиргит монотонно твердил о том, что как только станет известно о подставном императоре, остальные кланы тоже начнут объединяться в альянсы, и тогда придётся воевать со всеми кланами. Яран и Роэн горячо спорили с ними.

Зунар молчал. Я тоже молчал, мрачно наблюдая за спором. Мне эта затея не нравилась, и я был согласен с Миханом. Даже если нам и удастся захватить власть и поделить Империю, остальные кланы не станут покорно сидеть на месте, подчинившись нам. И эта война может уничтожить не только наши кланы, но и ослабить Империю настолько, что она станет похожа на Территорию свободных кланов, а может, даже и хуже.

Но никакие доводы Рамы слушать не хотели.

— Если другие объединятся в альянсы, значит, и мы так сделаем! — говорил Яран. — Если будет надо, заручимся поддержкой всех, кого только сможем. Пообещаем им земли, что-нибудь ещё.