Потусторонний. Пенталогия (СИ) - Муха Руслан - Страница 287

Зунар резко схватил Джамира за плечо и сердито поволок в другой конец комнаты. Конечно, Зунар тоже почувствовал, что он лжёт.

— Говори правду, — зашипел Зунар. Несмотря на то, что ушли они достаточно далеко, слышимость была хорошая.

Джамир, поступив взгляд, молчал.

— Ты разве не понимаешь? — Зунар встряхнул его за плечи. — Ты должен сказать правду, иначе я могу счесть тебя предателем, Джамир. Решить, что ты и вправду замешан в убийстве Ашанти. И тогда мне придётся тебя казнить. Подумай хорошо, Джамир. О своей судьбе, о родителях. Говори, у кого ты видел этот пузырёк и зачем его взял?

— У девушки из Накта Гулаад, — пробормотал Джамир, так и не посмев посмотреть на Зунара.

— Если ты к этому непричастен, тебе нечего опасаться. Просто скажи, кто эта девушка. Она судшанта?

— Нет, она из борделя. Из борделя Сорахашер.

Джамир поднял глаза, опасливо взглянул на отца, а Михан сразу понял, потому что тут же его лицо перекосило от гнева.

— Скажи её имя, — Зунар произнёс это очень тихо, но я смог прочитать по губам.

Джамир ответил, казалось, ещё тише:

— Лейла.

Михан шумно гаркнул, то ли пытаясь откашляться, то ли гнев настолько овладел им, что он начал задыхаться.

Я же тоже все понял. Теперь все встало на свои места. Орден допустил ошибку. Они не пытались подставить Джамира, они надеялись убить Ашанти, сорвать обряд, заставить оба клана в ярости натворить глупостей, подозревать всех вокруг, но главная цель — это заставить боятся. И скорее всего убийства бы продолжились. Вот только мы слишком быстро нашли убийц. Но теперь я опасался предполагать, что еще могут предпринять Накта Гулаад.

— Хотите сказать, что шлюха из Сорахашер зачем-то убила Ашанти? — громко спросил Роэн. — Зачем ей это?!

Все молчали, недоумённо переглядываясь. Зунар поджал недовольно рот, взглянул на меня. Теперь и ты понял, что я не выдумывал по поводу ордена. Что ж, всё равно мы не могли это предугадать и изменить.

Все молчали, потому ответил я:

— Это не Лейла. Точнее, ни она сама. Ашанти убил орден Накта Гулаад.

Яран Рам был в ярости. Как впрочем, и Зунар. Но Зунар, по крайней мере, вёл себя более сдержанно.

Мы вернулись во дворец Рамов вместе с остальными гостями. Было решено перенести свадьбу на завтра. Хотя бы на завтра. Я не представлял, как бы Зар-Зана сегодня в таком состоянии шла к алтарю. Впрочем, одной ночи было также слишком мало, для того чтоб смириться с внезапной свадьбой и оплакать сестру.

Дана, убитая горем, даже не осталась. Когда она услышала, что завтра её вторую и теперь единственную дочь поведут к алтарю, едва не лишилась сознания. А после её накрыло яростной истерикой. Я даже и представить не мог, что вдова Симара знает столько бранных слов. И все они были адресованы Зунару и Ярану. Разъярённая она бросалась на них, несколько преданных едва ли могли её удержать. И столько было там ненависти и горя, столько обиды, что в разгар истерики я не выдержал и покинул зал. Сложно представить, что она испытывала. Совсем недавно потеряла мужа, теперь дочь и вдобавок ко всему вторую собрались выдать замуж, даже не подготовив, даже не спросив, а просто поставив перед фактом.

Как только Дане вкололи успокоительное, она в сопровождении наших преданных и Мэй, улетела в Сорахашер, забрав тело Ашанти.

А нас же Рамы собрали в большом зале для совещаний. Компания всё та же. С нашей стороны Зунар, Михан, Санджей, Гасан, Джамир и я. А вот со стороны Гиргит людей стало больше. Видимо, главы родов Гиргит.

Но когда мы вошли в зал, первым делом я не на это обратил внимание. В ряд у стены стояли девушки и женщины с отрешёнными, потухшими взглядами. Много девушек, больше двадцати. И я уже догадался, что именно за женщины перед нами. Яран Рам собрал всех Накта, которые только были во дворце.

— Проходите, присаживайтесь, — плотоядно улыбнулся Яран, приглашая нас за длинный овальный стол.

В небольшом замешательстве, поглядывая на женщин у стены, мы присоединились к остальным.

— Как видите, я собрал здесь всех Накта Гулаад. Как наших, так и Накта из Сорахашер. Но ни всех удалось найти. Видишь, кого нет среди них, Зунар?

Зунар мрачно кивнул. Яран довольно улыбнулся, потом взял пульт, включил экран большого телевизора на стене, в конце зала.

— Эту Лейлу засняли наши камеры. Вот она заходит, и ей помогает войти Либия, судшанта моего сына, — Яран окинул злым взглядом одну из девушек в толпе. — А вот, эта Лейла покидает дворец, сегодня утром. Думаю, у неё было достаточно времени, чтоб проникнуть в храм, затаиться и в нужное время подсыпать яд в ритуальный бокал Ашанти. А вот ещё кое-что любопытное.

Яран нажал кнопку на пульте, картинка сменилась, на экране появилась блондинка с короткой стрижкой, но, несмотря на блондинистый парик, фигуру и лицо Амали сложно не узнать.

— Твоя судшанта, Зунар?

Он устало кивнул.

— Она, зачем-то надев парик, рано утром бежала из дворца с чёрного входа, через который обычно ходят рабы. Не знаешь, почему она в таком виде покинула дворец?

Зунар отрицательно закачал головой.

— Не переживай, я поднял всех наёмников на уши. Все выходы из Гиргит уже перекрыты. Мы поймаем этих сучек, а после повесим на площади за измену.

Я напрягся, покосился, взглянув на Зунара.

— Не думаю, что Амали может быть причастной к смерти Ашанти, — сказал Зунар. — Она слишком мягкая и не способна на убийство.

Неожиданно Яран со всего размаху стукнул пультом по столу и заорал:

— А я думаю, что причастна! Думаю, что они все причастны! Эти сучки из Накта все знали! У пятерых из них мы нашли такие же пузырьки с ядом, как те, что нашли в храме! Любая из них могла это сделать.

— Зачем ордену нужно было убивать Ашанти? — непонимающе вытаращил глаза Санджей, кажется, уже все поняли, кроме него.

— А пусть они сами объяснят! — Яран повернулся к девушкам Накта. — Дилла, выйди и объясни.

Кажется, Яран обратился к своей наложнице, но никто из шеренги у стены не сдвинулся с места и даже в лице не изменился, будто и не было среди них этой Диллы.

— Дилла! Выйди и объясни! — заорал Яран, выхватив пистолет.

Одна из женщин, ещё красивая, но уже с признаками приближающейся старости вышла из строя.

— У меня есть послание от ордена для вас всех, — отрешённым голосом произнесла она.

— Что ещё за послание? — зло спросил Яран.

Остальные Накта тоже сделали шаг вперёд.

Все сидящие за столом озадаченно начали переглядываться.

— Что вы творите?! — Яран, вскинув руку, сотворил пламенный шар, размером с футбольный мяч. — А ну, всё на место встали! — крикнул он и швырнул шар в стену.

На головы женщин посыпалась штукатурка и куски глиняной лепнины со стены, но они даже не шелохнулись. Жуткий вид у них был в этот миг, выпученные отрешённые взгляды, безучастные лица, они будто бы находились в трансе.

— Если вы не оставите намерений захватить власть над Империей, — жутким хором заговорили все Накта одновременно: — если не прекратите попытки и продолжите, вас ждет смерть.

— Заткнитесь! — краснея от гнева, заорал Яран.

Но Накта его не слышали и продолжали монотонно хором говорить:

— Если попытаетесь настроить другие кланы и организовать восстание, имперская армия придёт и уничтожит ваши кланы.

— Заткните кто-нибудь этих ракшасовых сучек и отведите всех в темницу! — приказал Яран. — Делайте с ними, что хотите. Можете пытать, можете убивать. Если нужно, задействуйте Повелителя Разума, но они должны рассказать все об ордене Накта Гулаад. Всё!

Но только преданные сдвинулись с места, как Накта, все как одна вскинули руки к волосам, резко и механично каждая из них вытянула из причёски острую, как небольшой кинжал, шпильку, и, продолжая отрешённо смотреть перед собой, воткнули себе в горло.

Все как одна, рухнули на пол, захлёбываясь и истекая кровью. Все как одна какое-то время бились в предсмертных судорогах. А мы, ошеломлённые происходящим, просто растерянно таращились, оцепенев. Пока все Накта, как одна не уставились в пустоту потухшими взглядами.