Потусторонний. Пенталогия (СИ) - Муха Руслан - Страница 350

Элайни смотрела на Арни, а он на нее, они о чем-то мысленно говорили. Разрешение он у нее, что ли спрашивает?

— Хорошо, поговорим, давай, — смущенно улыбнулся Арни. — О чём ты хотел говорить?

Честно говоря, я и сам не знал, о чем с ним говорить.

— Покажешь мне жилые пещеры? — спросил я первое, что пришло в голову.

— Покажу, — снова смущённо улыбнулся парень, — только не пойму, почему я. Вам могли показать пещеры и другие, — он кивнул в сторону нашего стола.

— Ты выглядишь более дружелюбно, чем они, — пошутил я, — к тому же, насколько я знаю, ты здесь вырос. Наверное, знаешь все куда лучше остальных.

— Это точно, в пещере я знаю каждый угол, — рассмеялся Арни, его смех мне показался знакомым.

Затем Арни взглядом указал на проход вдалеке:

— Что ж, идемте, — сказал он, приглашая меня следовать туда. — Как мне вас звать, кстати?

— Азиз, — ответил я. — Азиз из рода Игал.

Парень широко улыбнулся:

— Игал — это ведь орел на вадайском?

— Верно, — согласился я.

— Арн — тоже значит орел на шитале. Значит мы почти тезки, — снова смущенная улыбка, напомнившая мне кого-то очень знакомого.

И почему-то эта улыбка снова вызвала во мне печаль. И вдруг Алисана дала о себе знать. Надежда — я отчётливо почувствовал ее надежду вперемешку с сомнениями, изумлением и робкой радостью. Нет, этого не может быть?! Это просто невозможно!!!

Глава 3 или "Выбор"

Мы с Арни вошли в длинный каменный туннель-коридор, освещенный факелами. Здесь было неожиданно тепло и сухо и куда комфортнее, чем наверху.

Я всё не мог отделаться от этого назойливого чувства. Теперь оно стало куда сильнее и отчетливее. Еще и Алисана добавляла, настойчиво подталкивая немедленно убедиться, он это или не он. И она права — для начала я должен в этом убедиться.

— Ты ведь не хладный? — спросил я, сканируя парня на наличие силы. Как я и предполагал — он ракта.

— Конечно же, нет, — усмехнулся Арни, стянул шапку, показывая темно-русые, почти рыжие волосы. — Моя мать нашла меня в океане. Что-то произошло с тем кораблем, на котором я плыл. Наверное, наткнулся на льдину, а может попал в шторм. Теперь не узнать. Никто с того корабля не выжил, кроме меня.

— А родителей или родственников своих найти не хотел? — я внимательно изучал его черты лица, находя все больше и больше сходства с Халами.

— Мой дом здесь, — пожал он плечами, — а там, на большой земле, что меня ждёт? Да и родители….Если они выжили, если б я им был нужен, разве они меня сами бы не нашли? Никому я там, значит, не нужен, — махнул он рукой, нахмурясь.

Какое-то время мы шли молча, пока Арни вдруг не начал рассказывать о пещерах:

— Пещера эта еще богов помнит. Сколько ей лет, никто уже не знает, — сказал он. — Многие приезжие почему-то думают, что хладный народ сам ее создал. Нет. Когда-то она была подземельем дворца богов. Тогда эта земля ещё не была ледяной пустыней.

— Большая здесь территория? — спросил я.

Арни кивнул, таинственно улыбнулся:

— Очень большая. Некоторыми ходами давным-давно не пользовались, некоторые остались под завалами, а есть еще и потайные. Один я даже как-то нашёл, — с гордостью сказал он, но потом смущённо добавил: — Правда, это был старый склад с трухлявой древесиной.

Туннель впереди раздвоился, мы остановились:

— Там у нас теплицы и фермы, — показал Арни на первый туннель, перевел руку на второй: — а там жилой отсек. Куда пойдём?

— В жилой, — ответил я. Фермы и теплицы меня не интересовали, впрочем, как и жилой отсек. Меня интересовал только Арни.

Арни улыбнулся, и мне показалось, что улыбка у него в точь, как у Симара. Я отогнал эти мысли. Наверное, я просто уже начал накручивать себя. А может, просто отрицал очевидное.

— Здесь система отопления, — рассказывал Арни, указывая на трубы вдоль стен, которые очень органично и почти незаметно покоились внутри выдолбленных в камне каналов-выемок, — подогревает все печь, она работает на эктава-шакти там, внизу.

Про печь эктава-шакти я бы с любопытством послушал, но не сейчас.

— Ты помнишь своё детство? — спросил я, оборвав Арни на полуслове.

— Нет, — смутился он. — Когда меня нашли, я ещё и не разговаривал.

— А при тебе что-нибудь было? Например, такое? — я достал из-за ворота медальон с орлом.

Парень вытаращился на медальон, удивления в его глазах становилось всё больше и больше.

— Твой медальон… Откуда ты знаешь? Ты…

Арни закачал головой, начал пятиться, тереть лоб, обмахиваться шапкой.

— Мой медальон выглядит почти так же, — наконец сказал он, подняв на меня глаза. — Ты объяснишь, что происходит? Мы родственники?

Алисана внутри меня взвилась. Ее эмоции, казалось, заполонили все и внутри и снаружи.

Парень продолжал что-то говорить, а меня трясло и шатало, я не слышал и не видел — меня разрывал дух отчаявшейся матери, считавшей, что ее сын мертв.

— Прости, ты мешаешь, — кажется, я сказал это вслух. Я отключил Алисану, хоть она и сопротивлялась изо всех сил. А когда я ее заблокировал, я снял медальон.

— Азиз, что с тобой? — Арни смотрел на меня перепугано. — Ты в порядке?

— Я? Да, все хорошо. А где, говоришь, твой медальон?

— Он у матери, — развел руками Арни. — Она говорила, что он очень опасен для окружающих и лучше держать его в надёжном месте.

— У матери, говоришь? — зло спросил я, развернулся и стремительно зашагал на выход. Пора поговорить с это жрицей Элайни.

— Подожди! Ты объяснишь?! — Арни семенил следом. — Что это значит? То, что у нас похожие медальоны? Мы родственники?

— Мы? — я остановился, с сожалением посмотрел на него. — Нет, мы не просто родственники. Мы, возможно, куда больше, чем родственники.

— Это как? — Арни растерянно открыл рот.

Я сжал в кармане медальон, борясь с желанием отдать дух его настоящей матери парню. Но так и не решился.

— В другой раз — отчеканил я. — Сейчас у меня появилось неотложное дело.

Я оставил его, чувствуя, как он провожает взглядом, полным беспомощной растерянности. Так паршиво я давно себя не чувствовал. Какого черта хладные оставили его здесь, а не вернули родным на материк? У него ведь был медальон, и они знали, что он аристократ.

А теперь что? Как мне поступить? Его место занял я. Отдать все? Забрать его отсюда, привезти домой. Сказать, вот он, настоящий Азиз Игал, а я так — простой самозванец. Или сделать вид, что я никогда не встречал настоящего Азиза Игал? Забыть и продолжить жить дальше?

По пути мне встретились возвращающиеся с ужина люди с материка. Кто-то — из тех с бандитской физиономией — что-то бросил мне вслед, потом раздался дружный хохот, но мне на это было сейчас плевать.

На выходе из пещеры мне встретился Сэдэо, он разговаривал с азиаткой и рыжей. Сэдэо проводил меня тревожным взглядом, бросил в след:

— Азиз, подожди меня!

Я не обернулся, продолжая идти.

Элайни все еще была там, за дальним столом, вместе с отцом Дарием и другими хладными из совета. У их стола уже стоял Карим, что-то рассказывал, почтительно жестикулируя.

Я встретился взглядами с Элайни. Мне показалось, что она меня уже ждала и знала, зачем я пришёл. "Не подходи. Ты все испортишь", — раздался ее голос в голове.

Я замер на полпути.

"Нужно поговорить", — ответил я так же мысленно.

"Я знаю. Время пришло. Жди", — ответила она.

Я ждал. Нетерпеливо, посекундно теряя остатки терпения. Злился, наблюдая за вежливым и неспешным разговором Карима с хладными. У меня было ощущение — они не закончат говорить никогда.

Наконец Элайни встала из-за стола — короткий прощальный кивок и мысленное послание для меня:

"Следуй за мной".

Мы вышли из дворца на дикий, свирепый мороз. Снег под ногами не просто хрустел, а трещал и лопался как стекло. Элайни была в легком струящемся платье. От вида ее мне становилось ещё холоднее, я затянул капюшон куртки на голове, закрыв рот и подбородок так, что остались одни глаза. Потянулся энергией к земле, стараясь поскорее согреться, но не сильно — главное, не вспотеть, иначе будет еще хуже.