Потусторонний. Пенталогия (СИ) - Муха Руслан - Страница 364

— Где амулет?! — орал он на нее, сбивая с ног.

Все повторялось, как в каком-то кошмарном сне. Все, как в ту ночь. Амали пыталась вырваться, ударить, но он был слишком силен. Лучше бы они тогда ее утопили. Зачем она только продлевала свои мучения?

Ханил навалился на нее, его руки сомкнулись на ее горле, сдавливая изо всех сил. Амали в отчаянии пыталась разжать его пальцы, вырваться, ударить… Но он держал ее так крепко, так сильно прижимал к земле, что силы начали стремительно покидать ее.

Воздух в лёгких заканчивался, Амали открывала рот, пытаясь вздохнуть, но руки насильника только сильнее стискивали горло. В глазах потемнело. Амали сдалась, понимая, что умирает. Вдруг стало легко и свободно, тьма уютно окутывала, утаскивая в свои бесконечные глубины.

Амали уже попрощалась с жизнью, как вдруг тиски на горле резко ослабли, и она судорожно сделала глубокий вдох.

Тяжёлое тело Ханила, обмякнув, давило сверху. Кто-то рывком стащил его с нее. Несколько хлестких пощечин.

— Эй, милая, ты жива?

Амали удивлённо распахнула глаза, делая вдох за вдохом. Знакомое лицо нависло над ней. Амали непонимающе таращилась на сестру-настоятельницу Мариту, не в силах поверить, что она ей не мерещится.

— Что ты здесь делаешь? Что тебе нужно? — сипло спросила Амали, тяжело закашлялась.

Только сейчас она заметила, что за спиной Мариты еще три сестры из Накта Гулаад — все в боевых костюмах.

— Вообще-то, дорогуша, я спасла тебе жизнь, — иронично протянула Марита, — могла бы и поблагодарить.

Одна из сестер бесшумно и резко рванула к Бору — тот начал приходить в себя. Амали заторможено проводила ее взглядом, наблюдая за тем, как сестра одним взмахом кинжала рассекает его горло.

— Но, что вы здесь делаете, как вы здесь оказались? — Амали потирала горло, непонимающе косилась на сестер, ожидая ответа.

— Мы искали тебя, — Марита наклонилась, помахав у нее перед лицом амулетом Авара, насмешливо разглядывая ее. — Когда ты сняла его, Санта сразу тебя засекла. И вот, как видишь, успели мы очень вовремя, — она кивнула на трупы Бора и Ханила, задумчиво добавила — Ни за что бы не подумала, что ты решишь укрыться среди презренных. Выглядишь, кстати, ужасно. Долго придется тебя приводить в порядок.

— Вы искали меня, — усмехнулась Амали, — зачем? Ни за что не поверю, что только ради того, чтобы спасти.

— Конечно же, нет, — Марита поднялась, протянув Амали руку и помогая встать. — Ты ведь предала нас, сбежала. Но мы готовы тебя простить, если будешь с нами. Ты нужна ордену.

— Ордена больше нет, — мрачно посмотрела на нее Амали, игнорируя протянутую руку. — И я не собираюсь больше участвовать в ваших играх.

— Орден невозможно уничтожить. Орден это не монастыри, бордели и матери-настоятельницы. Накта Гулаад — это наша семья, наш образ жизни, наши принципы и общие цели. Как ты могла об этом забыть?

— Орден уничтожен. Его больше нет, — отрезала Амали.

— Ты и впрямь настолько глупа, что думаешь, словно какой-то мальчишка и горстка аристократов могут нас уничтожить? Это всего лишь временные трудности. Просто теперь мы вынуждены затаиться и уйти в подполье ненадолго. Но мы вернем наши позиции. Мир на грани страшной войны, вскоре очень многое изменится. Тогда и наступит наш час.

Амали, ничего не понимая, закачала головой:

— Что вам от меня нужно? Я не могу остановить войну, я теперь вообще больше ничего не могу.

— Можешь, — ласково улыбнулась Марита. — Ты поможешь нам отомстить Азизу Игал.

— Азизу? Но при чем тут Азиз, он ведь…

— Он уничтожил орден, — сердито сверкнув глазами, воскликнула Марита. — Из-за него все наши планы рухнули, а наших матерей-настоятельниц и сестер казнили. Он — воплощение тьмы!

— Нет, он не воплощение тьмы, — нервно хохотнула Амали, силясь понять, как так вышло, что Азиз уничтожил орден.

Лицо Мариты расползлось в злой улыбке:

— Ты думаешь, что знаешь его, но это не так. Санта видела, как тёмные ракта откроют врата в нараку и выпустят асуров. И Азиз Игал был в том видении. И я скажу больше, этот человек и есть тёмный ракта. Он очень силен, и кроме него никому не под силу открыть врата. Но ничего, вскоре ты поймёшь, что это так.

Марита приобняла Амали за плечи, ласково тормоша:

— Идём, сестра. Ты важна ордену, ты поможешь нам выйти на Азиза и убить его. Ты должна спасти Хему. Орден превыше всего.

Все естество Амали в этот миг воспротивилось. Сознание и воля вздыбились. Главная преграда, — невидимая внутренняя стена, мешающая ей жить полноценно и чувствовать себя свободно — рухнула.

— Орден превыше всего, — неуверенно повторила Марита, озадаченно глядя на Амали.

— Нет! — сердито скидывая руки Мариты с плеч, возразила та. — К ракшасу ваш орден! Накта больше нет, и я больше не стану вам подчиняться.

— Ты это сделаешь, — зло и настойчиво сказала Марита.

— Нет, не стану. И что вы сделаете? Убьёте меня?! Вперед! Я не стану поддерживать ваши бредовые идеи и уж тем более не стану убивать Азиза.

Марита разочарованно поджала губы, обернулась, посмотрев на других сестер.

— Бедная, маленькая, глупая Амали. Как же тебя так угораздило? Ты влюбилась в этого темного? М-м-м! Разве можно было совершить большую ошибку, чем влюбиться во врага? Ты наплевала на все заповеди ордена! Нельзя любить даже своего пати! Но ничего….

Марита снова обернулась к сестрам, едва заметный жест пальцами.

— Ничего, — повторила Марита, — мы это исправим.

— Вы все сдохнете! — вскинув подбородок и окинув яростным взглядом сестёр, заявила.

В ответ сестры только ласково и снисходительно улыбались, как взрослые смотрят на мелкие шалости детей.

Амали больше не сопротивлялась, она знала, что ей не убежать от них, да и сил на это не было. Она сдалась. Но только внешне. Про себя же она была уверена — она не поступится своими принципами. Она должна предупредить Азиза, должна подыграть им. Амали знала каждый шаг сестер, который они предпримут, чтобы использовать ее в своих целях. Гипноз, внушение на отложенное действие, после чего она все это забудет, а потом ее отправят к Азизу. Но зря они ее недооценивают.

— Ты устала, милая, — ласково протянула Марита, — тебе нужно отдохнуть.

Амали заторможено кивнула, наблюдая, как одна из сестер достает шприц.

Укол в предплечье, затем сестры, взяв ее под руки, куда-то потащили.

— Ты еще не понимаешь, но вскоре осознаешь. Только мы — твои сестры, тебя любим, — ворковала Марита, пока Амали плавно проваливалась в сон. — Только мы твоя семья. А больше ты никому не нужна, глупая Амали.

Земля, Антарктида

Я, цепляясь за страховочный репшнур и притормаживая, быстро спустился вниз, скатившись по скользкой пирамиде, будто по горке.

Жестами показал Кариму, что у нас гости, и чтобы он был готов. Карим сразу же схватился за винтовку, я тоже взял свою, закинув за спину. Затем показал Кариму, чтобы и он не угрожал оружием без надобности. Вероятно, наши гости будут настроены мирно. Карим, кажется, не совсем меня понял, но винтовку повесил на плечо.

Скайер приземлился с другой стороны пирамиды там, где был расчищен вход. Заметили нас? Естественно — с воздуха нас сложно было не заметить.

Уже через несколько минут я увидел тех, кто прилетел. Приложив палец к губам, показал Кариму, чтобы тот держал рот на замке, а говорить буду я. Он кивнул и отступил немного назад.

Их было четверо. Мужчины в одинаковых толстых пуховиках цвета хаки. Сразу отметил, что все они вооружены. А, судя по тому, какие суровые были лица у впереди идущих, ничего хорошего от них ждать не стоило.

— Добрый день! — как можно дружелюбнее сказал я по-русски, стараясь вести себя непринужденно.

— Кто такие? — спросил один из мужчин по-английски.

— Ученые, — ответил я тоже по-английски.

— Ученые? — усмехнулся второй и иронично добавил: — Все мы здесь ученые. Русские?

Я кивнул.