Эльфийское жертвоприношение (СИ) - Зайкина Нина - Страница 15

Я прикрыла глаза, прислушиваясь к ощущениям, покрутилась на месте и показала рукой направление. Только после этого открыла глаза и увидела, что глаза Танна больше похожи на блюдца.

— Может к гадалке надёжнее? — еле выдавил он после моих телодвижений.

— Хочешь, можешь к ней сходить, я не возражаю.

— Да я не про это! Мы что, все время будем идти… по таким ориентирам?!

— Идти по другим, если они у тебя есть.

— Понятно.

— Что понятно, — заинтересовалась я, желая внести в наше путешествие побольше ясности, так как моё направление мне тоже доверие не внушало.

— Что ничего не понятно, — разочаровал меня Танн.

— Тогда пошли на выход, — потопала я по направлению к воротам.

Камелик послушно шёл за мной и Танну ничего не оставалось, как последовать нашему примеру.

Траки остались за спиной, обедать было ещё рано, так что я смело залезла в седло, вдоволь насмеявшись над потугами Танна залезть на кобылу. Велинка смирная, но молодая кобылка, долго ждать пока на неё залезут ещё не приучена, и как только Танн отрывал вторую ногу от земли трогалась, а горе всадник повисал поперёк седла.

— Давай я привяжу тебя в таком положении, и кобыле легче будет, и тебе мучиться не надо, — сквозь слезы выдавила я.

— Смейся-смейся, — прохрипел от злости Танн, сползая в очередной раз на землю.

— Не волнуйся, я подожду, пока кобыла не устанет и не ляжет, что бы тебе было проще залезть.

Наконец он забрался в седло самостоятельно. Пусть учится сейчас, когда время позволяет, чем когда надо будет быстро 'делать ноги'.

— Эй, Танн, ты ничего не забыл? — улыбнулась я.

Он опустил взгляд и увидел, что не прикрепил сумку к седлу и она сиротливо лежит на земле. Танн чертыхнулся и начал спускаться. Со скалы и то быстрее спускаются.

— Объясняла же я тебе, что… надо ноги из стремян вытаскивать…. а уж потом спрыгивать…. и ноги не через кобылью голову… перекидывать…. тут кто угодно шуганется…. когда ноги над головой летают…. а через круп перекидывать, — давясь мехом, объясняла я в который раз, помогая этому остолопу подняться с земли, потому что кобыла была не приучена к летающим над головой ногами и дёрнулась от испуга, свалив Танна с седла в пыль.

— Но я же видел, так спрыгивают!

— Да, если хотят показать себя и хорошо знают лошадь. И уж точно не делают такое на молодой кобыле, которая только прошла заездку! — строго сказала я, помогая прикрепить сумку, а то ещё не хватало потерять её в дороге и остаться без провизии.

Дорога под нами пробегала быстро и охотно. Мы обгоняли пустые обозы. Хозяева ехали домой не торопясь. Они успели продать свой товар перекупщикам и заглянуть в таверну перед выездом — отметить успешную сделку. А домой они не торопились для того, что бы дать выпитому в таверне выветриться и ждавшие дома жены не унюхали запаха спиртного. Оно и понятно, кому хочется нагоняй получать.

К вечеру мы добрались до деревушки с одним постоялым двором, где и решили скоротать ночь. Заказав картошку с мясом, пошли проверили, как обустроились наши животинки.

Вернувшись Танн заказал пива, а я сок, так как из спиртного уважаю только очень качественное вино хорошей выдержки, а тут кроме браги и смотреть не на что было. С пивом Танн погорячился, что стало ясно после первого глотка и округлившемся глазам. Глотать эту гадость ему не хотелось, а выплюнуть некуда. Посмеявшись над его смятением, предложила ему выплюнуть в стакан, что он и сделал. А вот картошечка удалась на славу и пока тарелки не стали пустыми мы не проронили ни слова.

— Куда мы потом? — после того, как наелся, спросил Танн.

Я повторила манипуляцию с закрытыми глазами и указала направление.

— Будем пересекать реку или нам вдоль?

— Наверно поперёк, через мост, а что?

— Пытаюсь понять направление движения, — задумчиво произнёс сосед. — Мы идём к границе, там дальше горы и непроходимый лес, а что за ним, пока никто не выяснил, так как никто не вернулся. Ты абсолютно уверенна, что нам туда?

— Да. Боишься не вернуться?

— Ещё бы! Меня дома мать ждёт! Я у неё единственный сын, не считая Слока.

— Я у моей тоже единственный ребёнок.

— Да знаю я эту историю, про то, как твоя мать стала императрицей, но хотелось бы услышать от тебя. А пока давай-ка поднимемся наверх, а то вон тот пьянчужка, — Танн указал взглядом, на одного из постояльцев, — глаз от тебя не отводит.

— На красивую девушку не грех и засмотреться, — я показала Танну язык, но вместе с ним поднялась и пошла наверх, от греха подальше.

Номера заказали соседние, но в мой номер зашли вдвоём. Танн проверил, как запирается дверь, самолично закрыл ставни, заглянул в шкаф и под кровать. И кого он там хочет найти? Удовлетворённый осмотром и принятыми мерами, а также дав указания по закрыванию двери вышел. От двери отошёл, только когда я закрыла её изнутри. Ему ли не знать, что замки от хороших людей, от плохих они не защитят.

Кровать, с непривычки, оказалась узкой и жёсткой. А ещё, кажется, по ней ползают то ли блохи, то ли клопы. И, чувствую, не только по кровати. А не меньше ли их на полу? Я с надеждой глянула на пол. Чистота ему была не свойственна.

Проснулась от того, что кто-то шёл по скрипучим доскам комнаты. Точнее скрипели они не очень сильно, но в тишине звук резал по ушам не хуже боевого барабана. На фоне открытого окна тень приближалась к моей кровати. Спасибо луне, которая светила в окошко и давая небольшой свет. Окно открыто?! Но и я, и Танн его проверяли, оно было закрыто на крючок. Тень добралась до кровати. Страх не позволял шевелиться, но не закричать, когда над кроватью в свете луны сверкнул нож, уже не смогла. Вышел не крик, а пронзительный визг. Забравшийся не успел остановить движение ножа и он проткнул одеяло, вонзив нож по самую рукоять.

И мне, может быть, был бы конец, если бы в этот момент дверь не вышиб Танн, представ перед нами в одном нижнем белье, но почему-то гладко выбритым. И когда только успел? В очередной раз, спасая меня. Мой герой, не задумываясь, бросился на погубителя. Предупредить, что тот вооружён, я не успела, один прыжок и забравшийся настигнут и повержен. До окна он не успел совсем чуть-чуть и, получив от Танн мощный удар в челюсть, потерял сознание.

— ЛИА! — бросив обездвиженного, мой спаситель кинулся к кровати и упал на колени, заметив дыру в одеяле.

Зато резко подпрыгнул и обернулся, когда я дотронулась до его плеча. Сжал меня в стальных объятьях, так что воздуху поместиться было некуда.

— Отпусти…, - прохрипела я. — Дышать…

И в этот момент зашёл трактирщик и охранник с фонарём, осветив место преступления:

— Что за…?! — возмутился хозяин заведения, переводя взгляд с нас на распростёртого преступника.

Мой друг тут же отпустил меня, дав возможность набрать в грудь воздуха, и вышел, оставив меня наедине с ними. Ну, спасибо! Правда я не успела открыть рот и густо покраснеть, как он вернулся одетый и с деньгами. Протягивая их трактирщику сказал:

— Надеюсь, этого хватит, что бы вы ничего не видели и не слышали. Да и стражники ни нам, ни вам ни к чему.

Ещё он отсыпал монет отдельно охраннику.

— Все довольны? — уточнил мой спутник, пристально обводя их взглядом.

Оба кивнули, взвешивая монеты на ладонях, потом развернулись и вышли. Попытались прикрыть за собой дверь, но без петель она не желала стоять, громко упав на пол.

Мы остались втроём. Танн сгрёб в охапку преступника, я вещи и удалились в соседнюю комнату, ибо только там можно было остаться с закрытой дверью, без посторонних любопытных глаз. Покрутив меня, подняв руки и убедившись, что я цела, успокоился и выдохнул. После чего, не теряя времени, мы связали этого злодея и привязали его к стулу, чтоб и не пытался сбежать.

Пока мы ждали, когда очнётся убийца, у меня начался допрос.

— Ты окно открывала? — начал Танн.

— Нет, конечно! За кого ты меня держишь?!