Эльфийское жертвоприношение (СИ) - Зайкина Нина - Страница 39

Я кажется, зарычала. Дёрнула руку, чтоб съездить по довольно ухмыляющейся физиономии, но только погремела цепями. Жаль нет силы, чтоб вырвать крюки. Его довольная морда выводит меня из себя!

— Не дёргайся, — оскалился Шликар. — Ты более чем надёжно прикована. Кстати, я люблю строптивых и непокорных! Будет очень даже интересно тебя укрощать. Это хорошо, скучно не будет.

Я плюнула, не смотря на то, что во рту пересохло напрочь. Пусть я пожертвовала последними остатками влаги, зато я попала! Оно того стоило! Этот гад вытерся, зло посмотрел на меня и улыбнулся. За этим последовала пощёчина, от которой у меня во рту образовалась кровь. Что ж, не смотря на боль от которой потемнело в глазах, я плюнула ещё раз. Правда уже никуда не попала.

— Поверь мне, — обратился он ко мне сладко-спокойным голосом, — тебе будет лучше, если ты будешь добровольно сотрудничать со мной. Я никуда не тороплюсь и держать тебя здесь могу сколь угодно долго. И никто тебя здесь не найдёт, можешь не надеяться. Об этом месте давно все забыли, да и мимо моих големов даже армия не пройдёт. Так что если ты хочешь отсюда выйти у тебя есть всего один способ — подписать бумагу. Чем быстрее подпишешь, тем быстрее вернёмся домой, — ещё слаще улыбнулся вымогатель, меня аж передёрнуло, и спросил. — Как, Ваше Высочество, согласны быть моей женой?

Зараза! Убила бы гада! Хотя чего это я? Так оригинально мне ещё руку и свободу не предлагали! Ничего и на тебя управа будет, только бы до дома добраться.

Проклятая империя, проклятая власть, проклятое наследство! Да гори оно всё синим пламенем! Я человек и хочу чисто человеческого счастья, а какая жизнь меня ждёт рядом с ним, если он сейчас себя так ведёт?! Уж лучше смерть, а править там есть кому и без меня. Конечно, добавлю седых волос родителям, но лучше седые волосу у двух человек, чем у всей империи. Что ж, выбор принцессы никогда не будет лёгок! Я решилась: смерть лучше, чем пожизненное рабство у этого подлеца! Я законы тоже знаю.

— Твоя бумажка годиться только для того, чтобы в кустики сходить! — морда у него вытянулась, уже хорошо. — Ты и сам прекрасно знаешь, что этот документ не имеет силы без свидетелей, а твоих големов император в свидетели не примет!

Ух! Кажется, я ввела его в замешательство! Но продлилось оно не долго, быстро сменясь неизменной слащавой улыбкой.

— А ты не так глупа как кажешься. Откуда ты так хорошо знаешь законы? Этот-то из древних! Хорошо, свидетель так свидетель. Тебе нужен тот, кому будет доверять император? Отлично! — обернулся к двери и позвал кого-то. Указав на вошедшего уточнил. — Этому твой отец поверит?

Я не поверила своим глазам! У меня аж дар речи пропал. Я как рыба на суше закрывала и открывала рот. Человек, которой стоял напротив, смотрел на меня с такой злостью и неприязнью, что я поняла — он подтвердит всё, что скажет Шликар.

Но как, КАК?! он мог так со мной поступить! От кого угодно я могла ждать удара в спину, только не от него! Я же знаю, что он не злой! Неужели я так сильно его обидела?

В мерцающем свете светлячка на меня смотрел посеревшем лицом мой лучший друг. Бывший лучший друг! Для меня мир встал с ног наголову! Сначала я потеряла Танна, а теперь ещё и друг детства предал! Пропади пропадом эта жизнь в роскоши и власти, если даже люди, которым веришь больше чем себе, оказываются с отравленным кинжалом за твоей спиной!

— Барток?! Барток, что происходит! — подала голос я, а слезы против воли текли по щекам!

Но друг ничего не ответил, а остался стоять так же прямо, как и стоял, только взгляд карих глаз перевёл с захлёбывающуюся слезами меня на Шликара.

Что ж, ответ более чем красноречив. Я опустила взгляд, что бы никто не узнал как же мне больно! Бывший друг, стал заклятым врагом. И все это против моей воли. Судьба значит у меня такая — терять всех, кто дорог моему сердцу: отца, мать, брата, Танна и вот настала очередь Бартока.

От тягостных мыслей меня вырвал донельзя довольный и торжествующий голос Шликара:

— Как думаешь, этому свидетелю поверит твой отец? — и не дожидаясь ответа продолжил. — Мне почему-то кажется, что поверит. Интересно почему?

Рано радуешься! Без моей подписи это бумажка ничего не стоит, даже при наличии свидетеля. Надо было писать не от моего имени, а от своего или на крайний случай Бартока. Тогда конечно всю власть к рукам прибрать бы не смог, но был бы гораздо ближе, чем мог сейчас. А так решающее слово за мной. Ты много поставил на карту и ты это проиграешь, я этому поспособствую.

— Ты мою подпись не получишь. Пусть даже плата будет равняться моей жизни, — я, достойно дочери королевских кровей, задрала голову и, будучи ниже ростом, чем Шликар смогла найти силы посмотреть на него сверху вниз, напоминая, кто здесь наследник.

— Ты это серьёзно?! — он рассмеялся. — Неужели ты действительно думаешь, что я позволю тебе умереть не получив мою империю? Я был уверен, что ты умнее!

— Эта империя не твоя, она даже не моя. Её получит мой брат. И я не дам упасть с его головы хоть волоску!

— Ты плохо читала законы империи, трон займёшь ты, даже если и не хочешь этого. Читать надо было внимательно!

— Уж куда внимательнее! Порядок наследования по старшинству от правящей ветки империи! Пол в данном случае не имеет значения, — ответила я, прокручивая все воспоминая по законам, которые я читала, точнее меня заставляли читать.

— Ты действительно не знаешь?! Это даже лучше чем я мог предположить! — наслаждался ситуацией Шликар.

— Чего не знаю?! — потребовала ответа я.

Он опять улыбнулся и сказал:

— Подпиши документ — всё тебе расскажу и домой отвезу.

Почему-то захотелось глотнуть яда, а не на документ посмотреть.

— Я уже сказала, что подписывать это не стану. Я предпочитаю смерть, — посмотрела в поисках поддержки в сторону бывшего друга, может хоть что-то хорошее в нём осталось, но он смотрел сквозь меня. Ладно. — Можешь засунуть себе эту бумагу так далеко, как только сможешь. Я бы помогла, да вот руки заняты.

— Значит, добровольно ты не хочешь подписывать? — и дождавшись моего отрицательного мотания головой крикнул в сторону двери. — Принести подарок принцессе.

— Неужели свадебный подарок? — съязвила я.

— Что-то близкое к этому, если за подарок можно считать жизнь.

Я сначала не поняла, как мою жизнь можно считать подарком, если я от неё уже отказалась. Но все оказалось куда гораздо проще, чем я могла предположить. В помещение внесли тело. Жив человек или мёртв сказать было нельзя. Одежда вся порвана и в крови, открытые участки тела все в порезах и ссадинах. Руки безвольно болтаются, голова свисает, черные волосы прилипли к лицу…

НЕЕЕТ!!! Моё сердце ухнуло к самому полу, глаза застила пелена. Меня звала спасительная темнота. Я держалась из последних сил. Такое просто не может происходить со мной.

Наверно я закричала вслух, потому что Шликар обратился ко мне:

— Вижу, ты его узнала. Очень хорошо. Я предлагаю следующее условие. Его жизнь за подпись. Вижу, вижу! Ты сейчас не можешь принять решение. Я даю время тебе до утра. Если утром не будет подписи под бумагой, то он уже дышать больше не будет. Надеюсь я достаточно доходчиво объяснил свою позицию? — кивнул Бартоку. — Свяжи его покрепче, ты знаешь чем.

И даже не посмотрев в нашу сторону вышел. Но я уже не заметила, как он покидал помещение. В моей голове билась всего одна мысль: ОН ЖИВ! Без сознания, но ЖИВ!!! ЖИВ!!!

Пока я радовалась Барток скрылся за дверью и вернулся с верёвкой серебристого цвета в руках. Молча, даже не посмотрев на меня, прошёл к пленнику.

— Барток! Прости меня. Я виновата. Но виновата я одна. Зачем ему такие муки? Отпусти его. Ради нашей дружбы… ради меня.

Он бросил быстрый взгляд в мою сторону, и на доли секунды мне показалось, что вернулся тот Барток, которого я знала. Но только показалось. Он все также неприязненно смотрел на меня, как будто мог измараться в чём-то очень неприличном. Он с силой затянул верёвки на запястьях за спиной Танна и приступил к ногам.