Эльфийское жертвоприношение (СИ) - Зайкина Нина - Страница 59

Меня, конечно, носили на руках. Особенно часто Барток, так как я часто падала, разбивала коленки, вывихивала ноги, а он меня брал на руки и нёс в дом, где мной уже занимался лекарь. Барток… Как давно это было!

Но сейчас всё было совсем по-другому. Я обнимала за шею Лайела и слезать, мне почему-то совсем не хотелось. Мне было тепло и уютно, а ещё мне нравился запах лесной земляники, который исходил от эльфа. Я так понимаю, что запах земли был из-за того, что мы в ней извалялись? Мы уже подошли к берегу. Может лодыжку вывернуть, чтоб назад он меня тоже донёс? Эх!

Я попыталась выскользнуть из рук, но ничего не вышло — меня крепко держали. Обычно девушки бояться, что их уронит кавалер несущий их на руках. У меня же всё наоборот, мне бы из них выбраться, так как берег был в десяти шагах от нас и стремительно приближался.

Ох, не нравиться мне это! Я дёрнулась:

— Пусти, — меня только крепче стиснули.

И почему в голову стали закрадываться смутные подозрения? Я задёргалась и завертелась уже с воплями: 'Отпусти меня!'.

Эльф уже по щиколотку был в воде — испортит же обувь и свою, и мою.

— Лайел, отпусти меня немедленно! — приказала я.

— Отпустить? Хорошо, — и чего это он вдруг так легко согласился?

Ответ был на поверхности… воды, которая ему доходила до бёдер. Сначала он наклонился к моему лицу близко-близко. Я чувствовала я горячее дыхание на своей коже, а потом… а потом он, как и обещал, разжал руки и я плашмя ушла под воду. Не ожидавшая такой подлости я даже не успела зацепиться за эльфа. Уйдя под воду с головой, издала возмущённое бульканье.

Теперь и волосы намокли и испорчены не только туфли, но и настроение. Сейчас только начало лета, и теплота воды оставляет желать лучшего. Я кое-как встала, злая, как дракон, сокровищницу которого разворовали. Эльф максимально быстро отдалился от меня в сторону берега:

— Я просто пошутил! — донеслось из-за спины.

— Ах, просто пошутил?! Я сейчас тоже пошучу, моему рыку позавидовал бы даже самый злой пёс.

В итоге мы устроили догонялки на берегу пруда и почему-то догоняла только я. Хотя 'почему'? Потому, что не могла догнать зловредного эльфа: мешало платье и скорость остроухого — я так быстро никогда не бегала.

Зря он надеется, что если я его не догоню, то отстану. Хорошо, что он не знаком с коварством человеческих девушек. Я сделала вид, что устала за ним гоняться и стала приводить в порядок платье и волосы. Когда смыла грязь, вышла на берег выжать платье и волосы, туфли я скинула на берег ещё когда пыталась догнать белобрысую заразу.

Видя, что я на него не обращаю внимания, Лайел вышел к самому берегу, снял сапоги, жилет и, и стал отжимать последний.

Ага, то, что надо! Я, как могла, тихо подошла к нему и пинком по мягкому месту отправила остроухого в воду. Кто ж знал, что ему хватит реакции развернуться и в полете схватить меня за ногу, которую я не успела отдёрнуть. Мы так и полетели в воду вдвоём — эльф вперёд головой, а я ногами.

Второй раз за вечер я пробулькала всё, что думаю о наглом остроухом блондине. Привела себя в вертикальное состояние. А эльф хохочет, держась за живот. Знает же, что я его не догоню. Ничего, вот поправиться Танн, попрошу за меня заступиться.

Вылезла на берег сушиться. Села на поваленный ствол, сняла туфельки, вздохнула и начала отжимать волосы. Если я опоздаю из-за эльфа на бал, пусть сам оправдывается перед Владыкой!

Когда начала отжимать платье, рядом оказался эльф и, кося на меня своим голубым глазом, расшнуровал сапоги. Стянув обувь, вылил оставшуюся воду. В моих туфлях жидкости было меньше. Когда расстёгивал блузу, оттуда с возмущённым кваканьем выпрыгнул лягушонок и поскакал к воде. Как Лайел смотрел в след удаляющемуся земноводному! Глаза как два блюдца, рот приоткрыт — такого соседства он явно не ожидал. Я, прыснув со смеху, схватилась за живот, чуть не свалившись с бревна и снова не извалявшись в грязи.

Голубоглазый посмотрел на меня, на лягушонка, опять на меня и тоже захохотал своим мелодичным серебристым смехом.

Ой, а нет ли какой живности под моим платьем?!

Когда мы пришли к Танну, у него сидела Калниилинай. При нашем появлении она встала, окинула нас изумлённым взглядом, потому что мы пришли ещё мокрые — не капает и на этом спасибо. Затем коротко поклонившись, вышла. У Танна тоже округлились глаза:

— Что это с вами? Где вы были?

— Дорогу срезали, — бросила невинный взгляд на Лайела. — Вижу, у тебя здесь появились друзья. Рада за тебя.

— Друзья не просят, что бы я, как только восстановлюсь настолько, чтобы преодолеть путь домой, покинул Долину, — по взгляду Танна, устремлённому в потолок, нельзя было понять его истинных чувств. Как будто ему всё равно. — Чем будете заниматься сегодня вечером?

— Для начала обсохну, — кинула сердитый взгляд на эльфа, а тот как будто и не заметил, паразит. — Потом бал, на который я не могу не прийти, — вздохнула я.

— И меня пригласили, — дракон кивнул в сторону стола, на котором лежала бумажка.

Я вперилась взглядом в Лайела, ему же нельзя! Белобрысый только пожал плечами, сказав, что не пригласить гостя на торжество — равносильно оскорблению. Другое дело пойдёт этот гость на вечернее мероприятие или нет. Да чтоб вам было хорошо с вашим этикетом!

— Танн, ты бы отдохнул. Это не последний бал, ещё успеешь потанцевать. А завтра я обязательно тебе расскажу, что там было.

— Лиа, Ты хочешь, что бы я пропустил всё веселье? Да ни за что!

Вот как ему объяснить, что для него это смертельно? Эльф явно помогать мне не собирается — стоит статуей в дверях.

Ушла от дракона со слабой надеждой, что он меня услышал, но с чувством, что не послушается.

В спальне действительно был подарок. На моей кровати лежали одна на другой три коричневых коробки, перевязанные красной лентой. Помню, что любопытство до добра не доводит и кому-то за это дело нос оторвали, но ничего не могу с собой поделать. Развязала ленточку и открыла верхнюю коробочку. А там… красота неописуемая! Внутри лежал жемчужный кулон перевитый золотой нитью, такие же серёжки и браслет на руку. Налюбовавшись, открыла вторую коробку. В ней лежали туфли на низком каблучке пшеничного цвета украшенные кисточкой цвета старого золота. Очень хотелось примерит на ногу, но побоялась испортить, сначала в душ. Вот только гляну одним глазком на содержимое третьей коробочки.

Всё это время Лайел стоял у двери и слушал мои восторженные возгласы. На его лице мелькнула улыбка, когда я с визгом вприпрыжку поскакала к зеркалу, приложив платье к плечам. Оно было длинное, в пол, цвета старого золота с подбивкой оливкового цвета. Получила смешок от эльфа, когда спохватилась и спешно отодвинула от себя платье, чтоб не запачкать.

— Рад, что моё платье тебе по душе. А вот кулон отец выбирал.

— Спасибо конечно, но у меня уже есть платье, куда мне столько?

— На бал. Куда же ещё?! — подмигнул белобрысый.

— Хорошо, я надену наряд, но с тем условием, что я его потом верну, — я твёрдо посмотрела в голубые бездонные глаза.

— Нельзя подарки возвращать. А это именно подарок и замечу от чистого сердца, — улыбнулся Лайел.

Я вздохнула:

— Нехорошо принимать подарки, когда не можешь че… дарителей отблагодарить.

Эльф развеселился ещё больше:

— А ты абсолютно уверенна, что не можешь?

Я открыла рот, закрыла. Потом снова открыла и закрыла, прям рыба на берегу!

— Позволь уточнить, какую конкретно благодарность ты имеешь в виду?

Лайел улыбался, а я начинала злиться. Зря я сюда пришла. Прав был Танн, когда говорил, что лучше домой вернуться.

— Не злись, — эльф протянул ко мне холёную руку с длинными изящными пальцами. Я отшатнулась от него, как от чумы. — Я не имел ввиду ничего такого, о чём ты подумала. Я же сказал, что подарки от чистого сердца, а ты? Как ты могла подумать, что я могу что-то за это потребовать? — на его лице улыбка сменилась грустью.