Хранители секретов (ЛП) - Дрэйк Бренда - Страница 57

Его слова камнем опустились в животе и смешались с энергетическим батончиком, вызывая тошноту.

— А вы не пытались выбраться?

Он оглянулся на меня через плечо. Его карие глаза с густыми бровями и морщинистой кожей скрывали печаль.

— Я перепробовал все заклинания, каждую частичку магии, которую знаю, но люк остается закрытым.

Я встала.

— Так ты просто сдался? — Мех соскользнул с плеч, и холод мгновенно охватил меня. Я поспешила к Бастьену и склонилась над костром.

— Нет, у меня просто не было выбора. — Мужчина уставился на пламя, и его лицо нахмурилось, морщины вокруг рта углубились. — Пребывание в этой пустыне так долго заставило меня забыть о хороших манерах. — Он выпрямился и посмотрел на нас. — Пожалуйста, прости мои прегрешения. Мы не были должным образом представлены друг другу. Я — Джан Бьянки из убежища Мантелло.

У меня отвисла челюсть, когда я поняла, что он сказал.

Мой прадедушка? Этого не может быть. Он мертв. Они сказали, что он мертв. Как этот человек может быть им?

— Этого не может быть. — Бастьен озвучил то, что я не смогла. — Его убили.

— Уверяю вас, так оно и есть. Я использовал иллюзию чародея, чтобы инсценировать свою смерть. — Он положил руку на огонь и поднял ее.

Пламя взметнулось вверх, тепло окутало меня. Я была уверена, что он сделал это, чтобы подчеркнуть магию.

Я бросила озадаченный взгляд на Бастьена.

— Иллюзию чародея?

Бастьен раскрыл ладонь, и на ней появилось совершенно красное яблоко. Я потянулась к нему, но когда мои пальцы коснулись его, то прошли сквозь него. Прохладное покалывание пробежало по коже.

Бастьен опустил руку.

— Чародеи могут создавать иллюзии. Предметы из их воспоминаний.

— Это, черт возьми, не правдоподобно. — Я подошла ближе. — Как ты можешь быть жив? С тех пор прошло уже больше семидесяти пяти лет…

— Это было так давно, да? — Он сглотнул. — А моя жена? Она ушла?

Я кивнула, слезы застилали мне глаза при виде его.

— Я… хм… я твоя правнучка. Моя мама назвала меня в твою честь. Меня зовут Джианна, а это Бастьен из Куве.

Он остановился на полпути к глиняному горшку на столе и уставился на свою руку.

— Я должен сделать нам чаю, — наконец сказал он и схватил чайник. — Это согреет наши кости, правда. — Он оглянулся через плечо. — Ты ведь любишь чай, да?

— Да. Я бы с удовольствием, — сказала я, внимательно наблюдая за ним.

Он начал свою работу, наливая воду из деревянного графина в глиняный горшок.

Я с любопытством посмотрела на Бастьена. Либо Джан был в шоке, либо ему было безразлично, что я его родственница. Держу пари, он пытался собраться с мыслями. Наверное, все это время он думал, что его жена жива.

— Итак, — прервал молчание Бастьен, — ты использовал иллюзию, чтобы инсценировать свою смерть? Почему?

— Я искал в библиотеках найденный Чиаве, — сказал Джиан, добавляя несколько листьев в горшок. — Ланиар напал на меня из засады и вонзил кинжал мне в грудь. Я уже отмечал слип на этом Сомниуме раньше, так что я знал, что он там был…

— Он помечен? — выпалила я. — Чтобы они могли нас найти.

Джиан покачал головой.

— Нет. Я его не регистрировал. Никто не знает о его существовании, кроме меня.

Мои плечи поникли. Вторая надежда, которую я пережила, смялась, как засохший цветок между страницами книги.

— Но он не получил свиток, — сказал Бастьен.

— Я отдал его Тоду и попросил спрятать. Когда Конемар был занят обыском моих вещей в поисках Чиаве, я создал двойника самого себя и проскользнул в ловушку.

Мне хотелось плакать. Здесь жил мой прадед. Живой. Прямо передо мной, и ему, похоже, было все равно, что я здесь.

Бастьен взял мою руку и сжал ее.

— Что вы искали в библиотеках?

— Я шел по чьему-то пути. Я отыскал записи прыжков в старой книге. Этот человек изменит оба мира. Наше спасение. Когда придут предвестия, кто бы они ни были, они должны защитить того, кто остановит Тетраду. — Он зацепил плетеную ручку горшка за шест, укрепленный поперек костра. — Я должен вернуть его в убежище. Он должен быть защищен любой ценой.

— Кто же это? — спросил Бастьен.

— Мой спутник. Мальчик снаружи. — Джиан оглянулся через плечо, словно желая убедиться, что он не вошел. — Ройстон.

— Ройстон? — Я отшатнулась и упала на стул. Может ли это быть? Это было имя, написанное на свитке, который мы нашли у Тода. — Как ты узнал, где его искать?

Он подошел к стопке книг и вытащил потрепанный синий льняной журнал.

— Здесь. Заметки Агноста. — Он положил его обратно в стопку. — Наследник седьмого чародея — наше спасение. Я обнаружил в старых записях, что охранник Ройстона видел, как он исчез через слип. Я знал, что если он все еще жив в одном из Сомниумов, он будет ближайшим наследником и нашим спасением. Это стало моим стремлением вернуть его.

— Я никогда не слышал об этой книге, — сказал Бастьен. — Разве ты не показывал ее Совету Чародеев?

— Нет. Я подозреваю, что в Совете есть люди с дурными намерениями. — Когда он пересек комнату, его шаги слегка прихрамывали. — Полагаю, я хранитель секретов. Секретов, которые нельзя доверить другим.

Он вернулся к огню, взял котелок и процедил жидкость через тряпку в деревянные чашки, стоявшие на столе.

— Если бы я только мог записать этот слип, то не оказался бы здесь в ловушке. Пип поставил бы метку в сфере, и мой прыжок в Сомниум был бы зафиксирован.

— Но надежда есть. Каждый месяц голубые огни люка становятся серебряными на несколько дней. Мне удалось открыть его на несколько секунд. Я заглядывал в библиотеку, но у нас никогда не хватает времени, чтобы перепрыгнуть через нее. Следующий — через три недели. У нас может быть шанс держать его открытым достаточно долго с двумя чародеями. Это может занять несколько попыток, но, в конце концов, мы сможем сбежать. У нас есть время, чтобы вытащить Ройстона до конца времен.

— Джан, — я практически прохрипела его имя. — Хм, видишь ли… я — предвестник. Твоя внучка была моей матерью. Она и мой отец оба были Стражами. Конец уже начался. Мы должны быстро вернуться.

— А кто второй? — Джан вытер руки о штаны.

Мы с Бастьеном недоуменно переглянулись. Ничто не могло остановить этого человека. Я просто сказала ему, что я его правнучка и что я — предвестник, и ничего от него не получила. Никаких слез. Никаких широко раскрытых глаз. Никаких эмоции. Ничего.

— Есть два защитника. — Он взял чашку и передал ее Бастьену. — Один останется верным, другой — нет. Показывался ли другой?

Ник.

— У тебя есть правнук от романа с Анис. — Я хотела взять назад ту часть, которая касалась этого романа. Моя мать и Жакалин обнаружили его после исчезновения Джана.

— Вижу, мои мемуары нашли. — Он дал мне чашку.

Взяв чашку, я посмотрела на него. По-прежнему ничего.

— Он сын Конемара.

Он взял чашку и сделал глоток.

— Вот это уже прискорбно. У Конемара есть сын, который может найти Чиаве и освободить Тетраду для него.

Выражение обреченности на его лице напугало меня до смерти.

— Ну, Ник на нашей стороне. Он ненавидит своего отца за то, что тот убил его мать. Он никогда не поможет Конемару. Кроме того, Бастьен отправил Конемара в неотслеживаемый или не отмеченный метками Сомниум. Он в основном в тюрьме.

— Пророчество в действии, — пробормотал Джиан в свою чашку. — Ты использовал древнее заклинание, чтобы отослать его?

Бастьен нервно заерзал.

— Да. Но… откуда ты это знаешь?

— Это есть в пророчестве. Вон в той синей книжке.

— В то время я не знал, что это приведет его в какое-то место, где он обретет силу. Я просто пытался спасти Джию и остальных.

Джан сделал глоток из своей чашки.

— Я не нашел в дневниках Агноста никаких упоминаний о том, где может находиться это место. Все, что я знаю наверняка, это то, что он вернется.

— Прелестно, — пробормотала я себе под нос. — И мы застряли здесь.

Ройстон вошел в пещеру, а за ним бежали шесть хорьков. Светлые спутанные волосы обрамляли его лицо и закрывали подбородок. Его ледяные голубые глаза изучали мое тело, как будто я была бифштексом или чем-то в этом роде. Парень был крепкий, широкоплечий, но волосатый и грязный. Я отступила немного назад, чтобы избежать пристального взгляда Ройстона. Как будто он никогда раньше не видел девушек.