Дворец (СИ) - Голд Джон - Страница 54

Белояр! О его молодости в Титардо журналисты писали целые романы. Хитрый, старый, изворотливый демон, способный годами выжидать подходящего момента. Он не станет действовать, пока не будет уверен в том, что сможет контролировать ход ваших рассуждений. Однако сложность в другом. В Титардо официально известно, что у Белояра три класса — боевой заклинатель, прирожденный правитель и мастер фортификаций. Свою слабость в ближнем бою изворотливый Высший демон компенсирует почти полным бессмертием, связанным с перемещением основного сознания в никому не известное тело. Важно другое — Белояр не ментат!

Услышав объяснение, Святогор стал мрачным как туча.

— Вы были заняты войной с Дворцами, Алексей, — собеседник запнулся, подбирая слова. — Психея, потратив половину очков фракции, призвала в наш мир второго старейшину. Имя Амелия Хейс вам о чем-нибудь говорит?

— Красные глаза и одевается во всё красное и черное? — глава Ока кивает, понимая, к чему я клоню. — Тогда у вас проблемы, уважаемый.

Амелия была тем самым Монархом-ментатом из Дворца Психеи, отправившим в мир Земли воина Кейо. Проще говоря, Белояр уже нашел способ влиять на Око Императора, и прибытие Амелии лишний раз доказывает мои слова.

Против мастера ментальной магии в прямом противостоянии никакие фокусы не помогут. Ни амулеты, ни ментальные щиты. Всё это временные решения против Амелии — монстра в человеческом обличии, который страсть как любит копаться в чужих мозгах.

Самое забавное то, что чем сложнее план, тем проще его разрушить. В случае Святогора и его коллег, им достаточно иметь слабую, но постоянную защиту сознания, не завязанную на артефакты. Проще говоря — духа-фамильяра. Эти хитроумные зверушки питаются всем тем, что считают плохим ментальным воздействием для своего владельца. Негатив от собственных мыслей, чрезмерные переживания… чужие ментальные следы.

Главе Ока и его коллегам надо сходить к нашему Колодцу Духов и получить себе фамильяра. О чем я и сказал собеседнику. Мой интерес в том, чтобы контроль над Россией не был перехвачен Дворцом Психеи до начала Битвы. Население страны с каждым годом будет пробуждаться всё больше и больше. Они сами придут в Дворец Голда. Именно поэтому сегодня не я пришел к Оку Императора. А они ко мне! Бедного Козликова сжили бы со свету, не договорись он о встрече именно сейчас, когда Дворец Голда стоит в шаге от захвата Великого Храма [7].

В итоге с «Оком Императора» договорились о паритете власти — они берут на себя контроль над государством в реальном мире. А Дворец Голд расширяет наши общие возможности в Изнанке, готовясь к началу Битвы за Будущее через несколько лет.

…

Сразу после разговора со Святогором поднялся на последний этаж небоскреба, куда пригласил Джинронг, обещая некий сюрприз.

Когда двери лифта открылись, меня прямо с порога встречали знакомые лица. Сам Джинронг, старейшины, наш великий строитель Ребко и Нек-Романтика — все они стояли вдоль красной ковровой дорожки, ведущей к трону. Собралось человек пятьдесят, не меньше. Но что меня действительно удивило, так это люди, стоящие около трона. Молли, Асадал, Собачник, Таша и беседующий с друзьями в сторонке Еремей.

— Император, — Ребко обозначил головой поклон, нахально улыбаясь.

— Да иди ты!

— Нет, ну правда?! Какой ты патриарх Дворца, если тебя Императором еще никто ни разу не назвал? Вот мы с Джином и решили сделать тебе небольшой сюрприз.

— Трон? Чтобы потешить мое самолюбие?

Кореец хохотнул, и тут вся толпа заржала.

— Джон, мы все на нем посидеть успели, — Джинронг прослезился от смеха. — Официанты, уборщики, поломойки…

— Эй!

— Мои дети, их собака, неживой питомец Нек-Романтики…

— Да вы трон осквернили! Я там теперь след от каканделя вижу.

— Это ты еще не знаешь из чего он сделан! — Ребко продолжить хохотать.

— Джин, ты то чего ржешь? — Корее ржал, как конь. — Что это за фекальный символ власти?! Типа «я тут нагадил и теперь по закону телесных выделений, эта территория моя?» Так что ли?

Трон через интерфейс не распознавался, а значит был сделан в реальном мире и только потом перенесен в Изнанку. Массивная конструкция из камня с подлокотниками не имеет вообще никаких признаков императорского величия. Ни резных узоров, ни обивки, ни драгоценностей. Просто огромное кресло из серого камня.

— Займите свое место, Император, — Джин указал правой рукой на трон, держа в левой фотоаппарат. — Хочу заснять этот момент для истории. «Джон Голд занимает завоеванный трон».

Спустя несколько секунд, когда я сел на место, Джин взял было в руки фотокамеру, заглянул в объектив, но потом нахмурился и не стал делать снимок.

— Скучно выглядит. Будь добр, изобрази всё, что думаешь о своем Дворце.

— Уверен? Тебе потом кошмары сниться будут.

Глава Дворца усмехнулся.

— Не первый день женат. Меня и не таким пугали.

Хм? А что я думаю о Дворце? Бремя, морока и сложности, которые мне уже порядком поднадоели. Теперь понятно, почему на пятьдесят пять тысяч обладателей ранга силы Императора в Титардо всего полторы тысячи Дворцов.

Только забравшись на недостижимую для большинства Пробужденных вершину, я понял, насколько сильно мне всё это осточертело. Кригеры? Пусть другие Дворцы с ними сами разбираются. Драконы, необъятная армия Зараженных, интриги Системы, цели Братства, Гермеса и Дворца Психеи. Почему я за всех должен отдуваться? Всё, чего я хотел, — это снова встретить Клементину и пойти учиться в Академию Магии. На кой черт мне все это? Пусть власть берут в руки те, кому она действительно нужна.

В руках Джинронга щелкнул фотоаппарат.

Вечеринка в честь возрождения павших друзей продолжилась после короткой фотосессии. Нашлось много желающих посидеть на троне после самого Джона.

Пышущий жизнью Еремей болтал с Лейхом и внуком Артемием. Майор аж прослезился, видимо, вспомнив, сколько всего ему пришлось пережить, пока официального главы клана не было в живых.

Наконец, настал момент истины. Джинронг дождался, когда Молли сообщила Джону о своем уходе из Дворца Голд. Когда на лице патриарха проскочила едва заметная улыбка, кореец признал, сколь многого он не замечал всё это время.

«Всё это время мы видели в нем то, что хотели видеть. А теперь он отпускает нас».

Собачника, Молли, Асадала, Ташу. Несмотря на новости об уходе, Джон продолжал болтать с ними, как ни в чем не бывало. Обсуждал планы на будущее, предлагал помощь. В этом, наверное, и есть весь Джон. Он ничего не ждет от окружающих. Всё, что ему реально нужно, этот парень уже имеет.

Прошло немногим больше часа. Первый в своем роде светский раут Дворца Голд проходил в узком кругу тех, кто знал Джона лично. Встав в углу, бубнит про себя ведун Эрчим, которого заставили одеться специально для сегодняшнего вечера. Жених Молли, тот самый Филип Мещерский, принес на встречу их сына Алексея. Он вернулся из крепости клана Мленур вместе с их патриархом. Сразу стало понятно, с кем именно Молли будет работать после ухода из Дворца. Их с Капуром издательство «Земной вестник» никуда не делось. На одной только газете эти двое могут сделать целое состояние!

Галатея и Таша отошли от всех в сторонку и о чем-то тихо шептались. Судя по мимике мечницы и взглядам, бросаемым в сторону Джона, едва воскресшая подруга сейчас выпытывала у Галатеи, кто же ее таинственный парень и почему девушка так похорошела за время, пока они не виделись. Помимо Джона, только глава Дворца знал, что жена патриарха недавно выиграла на арене второй бой с трижды-мутантом, став Стражем с двумя личными способностями.

Собравшись у панорамных окон небоскреба, Ребко, Асадал и Нек-Романтика явно обсуждали ближайшее будущее студента-медика. Главный строитель Дворца держал за талию девушку-некромантку, всем своим видом показывая, кому именно досталась эта красотка. Студент намек понял и куда не нужно не глазел. В разговоре троицы то и дело мелькали фразы «выучить английский» и «поехать работать за границу». Видимо, едва возродившись, Асадал для себя твердо решил завязать с жизнью Пробужденного. Ни прокачка, ни ранги силы его не интересуют. Как будущий медик, он и впрямь решил посвятить свою жизнь лечению других людей.