Убийца любви (СИ) - Князева Анастасия - Страница 32

— Как видишь, — повел он плечами, отгоняя прочь ненужные мысли. Воображение уже давно отказалось подчиняться ему и рисовало картинки того, что он с ней может сделать...

Оттолкнувшись от двери, Саманта медленно направилась к нему, замерев в шаге от мужчины. Ее глаза сияли он возбуждения, а пухлые губы чуть приоткрыты, готовые к страстным поцелуям.

— Сегодня был слишком длинный день, — начала она издалека, обойдя кресло и встав за спиной Майкла. — Ты, наверное, очень устал... — томный шепот прозвучал над его ухом, а нежный язычок искусно коснулся его мочки. — Я хочу помочь тебе расслабиться, — женские руки с аккуратным маникюром опустились на его плечи, сжимая их и посылая импульсы дальше, по всему телу.

— Саманта, я пьян, — засмеялся Майкл, когда та опустилась к ему на колени. Последние остатки разума почему-то противились ее ласкам.

— А я обожаю запах виски, — отмахнулась она и, уже через секунду, накрыла его губы своими.

Животная страсть. Вот, что он испытывал в этот момент. Никаких чувств, только секс и возможность расслабиться...

Обхватив податливое женское тело руками, Майкл сорвал с нее ночную рубашку и уткнулся лицом в грудь Сэм.

«Не буду думать о ней! Мне не нужна Мелоди! Она — мой ключ, и больше ничего. Я не хочу ее! Не хочу...» — кричало подсознание, в то время как под ним извивалось тело Саманты.

Резкие, лишенные жизни, движения приближали их обоих к разрядке, но удовольствия от этого не было никакого. В груди зияла черная дыра, грозившая поглотить его целиком.

Положив руки на плечи Саманты, Майкл закрыл глаза, отдавшись в плен своих воспоминаний. Он надеялся, что снова увидит свою Эмили, но ее там не было...

Картинки прошлой ночи замаячили у него перед глазами, возвращая его к НЕЙ.

— Ты все-таки стала им,» — внезапно осознал мужчина, почувствовав отвращение к себе. Отстранившись от Саманты, он лихорадочно застегнул ремень брюк, проклиная себя последними словами.

— Чарльз, что с тобой случилось? — возмущенно спросила девушка, поднимаясь со стола. — Тебе не понравилось?

— Извини, — бросил он уже у двери. — Я должен идти. У меня появилось неотложное дело...

Глава 21

Вбежав верх по лестнице, Майкл, словно сумасшедший, оглядывался по сторона, максимально напрягая слух. К его большому удивлению во всем доме царила мертвая тишина, даже собственный пульс отзывался эхом в пустых стенах здания.

Дойдя до нужного крыла, Майкл замер в нерешительности. Мужчина вдруг осознал, какую глупость хотел совершить, врываясь в комнату к супружеской паре. Что бы он не думал о Хейзе или Мелоди, это не дает ему права вести подобным образом. Даже в собственном доме. Он никогда не опустится до уровня этих людей.

— О чёрт, — простонал он, ударив по стене кулаком. Глухой хлопок утонул в его собственных проклятиях, а мужчина все никак не мог успокоиться. Его словно кто-то душил, медленно и безжалостно сдавливая горло и отбирая по каплям жизнь. Майкл будто очутился в пустом замкнутом вакууме, откуда невозможно было выбраться. Он кричал, стонал и звал на помощь, но из горла вырывались лишь сдавленные стоны. Будто раненное животное, которого безжалостные люди посадили на цепь, лишая его самого главного — свободы. Её больше не было, силы оставили Майкла, превратив мужчину в пустую оболочку, тень самого себя.

Прижавшись к стене спиной, медленно сполз по ней вниз, одновременно хватаясь за голову. Все запуталось настолько, что он уже ничего не понимал. В какой момент Мелоди стала для него кем-то большим, чем просто орудие мести? Когда это началось и почему он почувствовал это лишь сейчас, в то время, когда держал в объятиях другую?

Она уже давно потеряла счет времени. Грань между реальностью и забытьем стерлась настолько, что девушка едва улавливала происходящее вокруг.

С той ночи, когда Виктор, в очередной раз, избил ее, прошло уже несколько дней. Мелоди знала это, потому что каждое утро просыпалась от невыносимой рези в глазах, когда палящие лучи солнца проникали в комнату. Всего на несколько секунд сознание возвращалось к ней, но боль была настолько сильной, что терпеть ее дольше пары минут казалось невозможным.

Голос Мелоди давно охрип из-за нескончаемых стонов и всхлипываний. Его, некогда нежное, звучание превратилось в жалкое сипение. Голова раскалывалась, а лицо опухло настолько, что она едва могла уловить его очертания, проводя по нему дрожащими руками. Каждое движение отдавалось резким уколом в ребрах, напоминая ей события трехлетней давности. Когда гнев Виктора дошёл до такой степени, что он не смог остановиться... Стальная выдержка изменила ему. В тот раз несколько её рёбер были сломаны, а после бесконечных месяцев мучений, неправильно срослись...

— Уже проснулась? — услышала ненавистный голос, от которого мурашки пробежали вдоль позвоночника. — Еще долго планируешь валяться здесь и строить из себя великую мученицу?

Виктор ходил по комнате, лихорадочно ища что-то. И судя по его недовольному тону и громким звукам, он не мог этого отыскать.

С трудом заставив себя немного приглядеться на постели, Мелоди вдруг ощутила сильнейшее головокружение и тошноту. Набрав в рот побольше воздуха, девушка пыталась перебороть тот спазм, что скрутил желудок.

Впервые за все это время она осмотрела помещение, в котором находилась и удивилась, так как все вокруг было незнакомым. Голубые стены, небольшая кровать, где она лежала, распахнутые настежь шторы и чужой вид из окна.

Прикрыв на несколько секунд глаза, Мелоди попыталась восстановить дыхание, прокручивая в памяти события того дня.

Когда Виктор закончил с ней, девушка уже была в полуобморочном состоянии и с трудом балансировала на грани реальности. Проклятья мужа эхом зазвучали в ее голове. Он тогда завернул ее в какой-то плед и перенес в машину, словно какую-то дворняжку. Мелоди вспомнила тихий разговор между Виктором и одним из охранников поместья Уокера, пожелания того хорошо добраться и... Все обрывалось. Сколько она ни старалась, мыслей больше не было.

— Где... где мы? — прошептала девушка потрескавшимися губами, пытаясь хоть как-то прояснить ситуацию.

— В коттедже, который я арендовал, — ответил Виктор, продолжая копаться в своем чемодане. — И если ты сейчас же не прекратишь действовать мне на нервы, — повернувшись к ней лицом и одарив жену ненавидящим взглядом, мужчина скривился от отвращения. Глаза его угрожающе сузились. — Я не знаю, что с тобой сделаю.

Этого было достаточно, чтобы все внутри нее превратилось в жалкий комок. Послушно сжав губы, Мелоди отвернулась от Виктора, разглядывая узор на обоях.

Воспоминания, словно в замедленном фильме, стали проплывать перед глазами, возвращая боль и бередя старые раны.

Фото в медальоне... Она не могла ошибиться! Там были Эмили и тот парень из прошлого... Боже, неужели она сходит с ума? Разве такое возможно?

Этот голос... Бархатистый баритон, от которого ее бросало в дрожь... Его взгляд... Такой холодный, но, в то же время, манящий своим светом и потаенным теплом... Мелоди никогда не забудет его. Там, в лифте, ей хватило всего пары минут, чтобы навсегда сохранить этот образ в своем сердце. А сейчас... Все ее несбыточные мечты и радужные замки, которые она строила в своем больном воображении, рухнули под неподъемной тяжестью действительности. Человек, которого она полюбила еще будучи подростком и воспоминания о котором так бережно хранила в своем сердце, оказался парнем Эмили... Даже тут сестра успела раньше нее... Господи, как же больно!

Слезы отчаяния и бессилия выступили на глазах, из-за чего замысловатый рисунок на стене потерял свои очертания. Хотелось плакать, кричать и стонать от этой несправедливости. Все внутри будто разрывалось на части, а она так ничего и не могла сделать. Жалость к себе, своей загубленной, бессмысленной жизни накрыла девушку волной, доламывая оставшиеся крупицы гордости. Мелоди больше не могла бороться. То, что когда-то заставляло ее дышать и продолжать надеяться, оказалось всего лишь фантазией. Несбыточной и причиняющей боль...