Чувства в клетке (СИ) - Янова Екатерина - Страница 12

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я в глазах твоих утону — Можно?

Ведь в глазах твоих утонуть — счастье!

Подойду и скажу — Здравствуй!

Я люблю тебя очень — Сложно?

Нет не сложно это, а трудно.

Очень трудно любить — Веришь?

Подойду я к обрыву крутому

Падать буду — Поймать успеешь?

Ну, а если уеду — Напишешь?

Только мне без тебя трудно!

Я хочу быть с тобою — Слышишь?

Ни минуту, ни месяц, а долго

Очень долго, всю жизнь — Понимаешь?

Значит вместе всегда — Хочешь?

Я ответа боюсь — Знаешь?

Ты ответь мне, но только глазами.

Ты ответь мне глазами — Любишь?

Если да, то тебе обещаю,

Что ты самым счастливым будешь.

Если нет, то тебя умоляю

Не кори своим взглядом, не надо,

Не тяни за собою в омут,

Но меня ты чуть-чуть помни…

Я любить тебя буду — Можно?

Даже если нельзя… Буду!

И всегда я приду на помощь,

Если будет тебе трудно!*

Нестираемые кадры из нашего прошлого стоят перед глазами. Я счастливая и полная надежд. А этот томик стихов Э.Асадова, я помню, как случайно нашла его в том лесном домике среди старых книг. Эти строки… тогда мне казалось, что они про нас. Я помню, как старательно выводила его имя здесь, на этой странице. А потом я читала эти строки ему, а он подхватывал. Мы вместе проговаривали их, и тогда они звучали как клятва. Глупая, наивная дурра! Никто не помнил меня, и никто не пришел на помощь, когда мне было действительно трудно.

Ничего я уже не понимаю. Только это не его вещь. Прижимаю томик к груди, отползаю подальше к окну, задернутому шторой. Пытаюсь успокоиться, получается плохо. А Амин вдруг открывает глаза и резко садится на кровати.

В тексте использованы строки из стихотворения Э.Асадова «Есть в близости людей заветная черта…»

Глава 8

Мне снова снилась она. Снова звала, снова манила, и я снова шел за ней. Только что мы были на берегу нашей реки, как вдруг очутились в шумном зале, и передо мной стояла блондинка с золотой змеей на спине. А когда она обернулась, то волосы ее оказались каштановыми, а глаза зелеными. Передо мной стояла моя колдунья и снова звала. Я потянулся к ней губами, наш поцелуй вспыхнул давно забытыми эмоциями. Все смешалось в голове, все закрутилось, как вдруг моя зеленоглазая девочка исчезла. Она снова сбежала от меня. Во сне я искал ее, и не мог найти. Не знаю, что выдернуло из объятий морфея, но проснулся я со стойким ощущением, что она рядом и смотрит прямо на меня.

Резко сел в кровати, огляделся. Было темно и тихо. Вдруг в углу мелькнула какая-то тень. Она метнулась к двери. Я подскочил следом, но когда выбежал из спальни, в номере уже никого не было. И только открытая балконная дверь говорила о том, что мне не показалось. Здесь кто-то был.

Вышел на балкон, огляделся. Никого. Вернулся в спальню, включил свет. Надо разобраться. Все это начинало дико не нравиться. Череда странных совпадений. Появление девушки, так напоминающей Марину, мои с новой силой восставшие воспоминания, теперь странный ночной гость. Что-то я не улавливаю, и это дико бесит. Еще вечером после того, как Маргарита убежала от меня, я дал задание своим людям узнать о ней все, что возможно. Не мог я разгадать эту женщину и то, как она на меня действовала. Это снова было остро и ярко, как много лет назад, но быть такого не могло. И дело не только во внешнем сходстве с Мариной. Дело в ощущениях.

Я набрал номер начальника службы охраны. Глубокая ночь на часах меня не смущала. Он ответил быстро. Значит, не спал. Вызвал его к себе срочно. Пусть разбирается, кто сумел пробраться ко мне в номер и так легко ускользнул. Врагов у меня достаточно, поэтому думать, что кто-то просто хотел пожелать спокойной ночи, оснований нет.

Тут взгляд зацепился за что-то странное. На ковре перед кроватью лежал нож. Очень необычный нож. Это нож для метания. Профессиональный. И клеймо на нем не простое. Знаю я, где он сделан, и это не нравится мне еще больше.

А потом я замечаю то, что меня просто убивает. Раздавленная сухая ромашка, а книги нет. Оглядываюсь кругом. Она пропала. Как? Кому она могла понадобиться? Я точно оставлял этот потертый томик стихов на тумбочке, потому что перед сном листал его. Это единственная вещь, оставшаяся в память о Марине. А сейчас она пропала!

Предчувствия становятся еще более тяжелыми. Похоже, кто-то разузнал все тайны моего прошлого и теперь пытается играть на моих чувствах. Или есть еще один вариант, но он невозможен…

Раздается стук в дверь, я иду открывать. На пороге, как и ожидалось, Алекс — начальник службы охраны и двое его ребят. Показываю все, что уже заметил, они обследуют номер дальше. Я спрашиваю у Алекса:

— Ты узнал то, что я просил?

— Да. Только сведений немного. Она из России, полтора года назад стала вдовой. Была замужем за Василием Николаевичем Соболевским.

— Как ты сказал? Соболевским? Мне знакомо это имя, — начинаю лихорадочно вспоминать. Соболевский. Он обращался в нашу тайную организацию несколько лет назад для поиска своей дочери. Только мы ее так и не нашли. Правда, уже тогда он был далеко не молод.

— Отчего он умер?

— Точно не узнавал, но лет ему было под восемьдесят.

— Понятно, — что ничего совершенно не понятно. — Что еще? Где училась, работала?

— А вот тут самое странное. Ничего о ее прошлом не известно. Только последние несколько лет. Ты понимаешь, что это значит, ведь так?

— Конечно. Значит это не ее имя. Что ее связывает с городом, о котором я тебе говорил?

— Ничего.

— Понятно. Работайте и копайте дальше! Мне подготовить другой номер, и вещи мои пусть перенесут туда. Жду результатов.

До утра заснуть больше не получилось. Голова гудела от беспокойных мыслей. Откуда взялась эта женщина и почему вела себя настолько странно? Почему убежала вчера после нашего поцелуя у бассейна? Казалось, за ней черти гонятся. Хотя, не сказать, что она была против. Отвечала жарко, так, что у меня крышу снесло. Не просто снесло — разорвало. Дико хотелось продолжения, но за ней я не пошел. Решил подождать и разобраться в своих чувствах, которые были какие-то неправильные. Ненормальные. Слишком яркие. Поэтому я отправился к себе в номер. Долго сидел в раздумьях, не находя разумных объяснений, но память упорно отправляла меня к Марише, на которую так похожа была эта Марго. Перед сном достал я единственное, что осталось в память о моей девочке, и если мою пропажу не найдут, это станет для меня огромной потерей. Этот томик стихов был моим оберегом, талисманом, да как угодно можно назвать. Не расставался с ним, хоть листал редко, потому что строки эти рождали в душе бешеную тоску. Но всегда брал его с собой, верил в его особую силу. А вчера перед сном впервые за долгое время читал то самое стихотворение. Хотя, я его наизусть помню. Строки эти на сердце кислотой выжжены. Потому что она, как и говорится там, навсегда затянула меня в свой омут, а вот я не сумел поймать ее, когда она с обрыва падала. Горько это и печально, но вернуть ничего уже нельзя.

Как только рассвет начал окрашивать окна, я встал, по сути больше не сомкнув глаз. Выпил кофе. Но беспокойные мысли не отпускали. Набрал Алекса, он поделился интересными новостями. В номер ко мне проник явно профессионал, только вопрос, зачем? Обошел все камеры. Значит, знал, где они находятся. Только на одной, которую установили позже других, на несколько секунд попала в кадр черная тень. Лица не было видно, но, по фигуре и кошачьим движениям, понятно, что это женщина. И последний факт меня просто добил. На ноже, найденном на полу, есть отпечатки, и они принадлежат ей. Я даже не удивлен. Уже и так был почти уверен, что Алекс назовет имя Маргариты. Можно уже сейчас задержать эту девицу, но я хочу разобраться сам. Если бы она хотела меня убить, уже сделала это сегодня ночью. Значит, ей нужно что-то другое. А самое главное, мне нужно понять, кто за ней стоит.