Тори (СИ) - Воля Алёна - Страница 14

— Не выделывайся. Иди чистить зубы. — Я на минутку отвлеклась от сковородки. — Тебе омлет или глазунью?

— Омлет.

— Чудесно. Я так и думала. — Грязной посуды, благодаря его выбору теперь будет больше. И как ее мыть?

Собрав малого в садик, полусонная прошлась с ним, и, вернувшись домой, заварила полную джезву кофе. На две чашки. Да. Последнее время мне одной было мало. Потом еще полчаса вызванивала сантехника. Кран на кухне пугал. Договорилась на час дня. Тарелки отправилась мыть в ванную, так как побоялась затопить кухню.

А потом, в обед, вынырнув из прочтения очередных объяснений по поводу ведения бухучета, я отклеилась от монитора, и, открыв входную дверь, замерла. На пороге стоял парень в серой форме. Что за?! Им что, в ЖЭКе теперь такие костюмы выдают? Молодой человек был словно из немецких фильмов для взрослых. Да-да. Именно этих. Про сантехников, чистильщиков бассейнов или службы доставки пиццы. Я даже растерялась. И тут он выдал:

— Шпрехен зи дойч? — а увидев мои ошалелые глаза, заржал. Скотина!

— Что?

— Вам трубы прочистить? — он продолжал лыбиться, скользнув по мне взглядом от макушки до пят.

— Кгхм… — подавилась вдохом, и, покраснев, промычала: — Было бы неплохо. А вообще — у меня кран на кухне протекает. Я бы даже сказала — фонтаном бьет.

— Фонтаном? — округлил глаза, в притворном страхе.

— Ага. Натюрлихь.

— Ох. — Он сделал шаг в квартиру, не дожидаясь приглашения. — Струя сильная? — снял обувь.

— Сегодня не включала. Боюсь.

— Хап кайне андст… — (Hab keine Angst (нем) — не надо бояться) — проговорил с усмешкой и повернул влево, словно зная наперед, куда надо идти.

Я, не понимая значения сказанного, как-то стушевалась и пропустила внутрь квартиры.

— Можно приступать? — он, открыв дверцу под раковиной, обернулся и поиграл бровями.

— Да, конечно. — Не выдержав, рассмеялась. Он тоже улыбнулся, сверкнув белыми зубами.

Минут через десять вынес приговор:

— У вас прохудилась прокладка. Сейчас я ее заменю. Но по уму — надо бы поменять кран.

Еще через несколько минут включил воду, показывая.

— Зер гуд?

— Я, я, дас ист фантастиш. — Подыграв ему, давясь от смеха, протолкнула заученные непонятно когда слова в ответ.

Глава 11

Он стал собирать инструменты в пластиковый саквояж.

— Так что по поводу крана? Могу купить сама? Любой? — Спросила, вдруг почувствовав себя не в своей тарелке. Какая же неприятная на вкус беспомощность…

— Я могу купить. Если хочешь. — Его панибратство неприятно полоснуло слух. Мы уже на «ты»? — Давай завтра поменяем. Ну, или жди очередной фонтан…

— Н-нет. Давай…те завтра.

Мы обменялись телефонами и договорились, что в районе обеда он даст о себе знать. Слово за слово и через десять минут уже сели пить чай.

Так я познакомилась с Юрой. Человек — салют. Мужчина — в общении с которым, забыла обо всем окружающем. Ржала как лошадь над его шутками и легко рассказывала о своей жизни. Эдакая жилетка для плача. Симпатия с первого взгляда.

Только не надо «ля-ля»! Я наперед знала, что между нами не будет никакого интима. Женщина с самого начала чувствует, будет ли у вас секс или нет. Этот момент понимаешь буквально с первых минут общения.

Утверждайте что угодно, но существует та самая дружба между мужчиной и женщиной, в которую толком никто не верит. Юра был женат. А для меня это табу. Он не скрывал сложностей своей незамысловатой жизни. Он вообще ничего не замалчивал. Мы общались на обоюдно равных условиях, рассказывая о трудностях и подсказывая друг другу иную точку зрения на какую-то проблему, словно помогая выговориться и найти решение непростых ситуаций.

Эх, Юрка! Моя ситуация: мамашка с ребенком — его совершенно не смущала.

— Рит, ну что за глупости ты себе наворотила?! Шикарная женщина. Даст ис фантастишь! Ну, какому нормальному мужику может стать преградой ребенок?! Знаешь, как говорят? «Нормальным мужчинам чужие дети не помеха, а дуракам — и свои в тягость»

Я слушала его и не слышала одновременно. Пребывая в собственной шкуре, и учитывая, как сложно складываются отношения, объяснять то, что в действительности происходило — бесполезно.

— А что муж? В смысле отец Димы? Где он?

— Он не участвует в нашей жизни. — Вздохнула, пытаясь абстрагироваться.

— Но… ты с ним общаешься?

— Общаюсь. Юр, ты пойми. Есть такое правило. Только без обид. Это закон природы. Мужчине нужны дети ровно до тех пор, пока ему нужна женщина, которая их родила. Если на арену выходит другая — все остальное становится чужим.

— Ну, ты даешь!

— Хорошо. Согласна. Не все такие. Но процентов девяносто — точно. Это жизнь. Как в прайде, когда новый вожак-лев убивает потомство предыдущего вожака. Разница лишь в том, что человеки — не звери. В отличие от животных — у нас есть обязанности и социум.

А потом мы вместе пошли в садик за Димкой и еще несколько часов гуляли по парку. Притормозив возле детской площадки, продолжили болтать без умолку.

— Неужели твой муж не появляется? Не хочет видеть своего сына?

— Редко.

— Когда ты видела его последний раз?

— Давно.

— И не звонит?

— Ну почему же. Звонит. Мы общаемся довольно часто. — Покраснела, стыдясь объясняться на эту тему, словно я нагуляла ребенка. Но ведь это было совсем не так. Юношеская страсть вылилась в непланируемую беременность. Потом была свадьба и лишь потом отрезвление. Таких историй тысячи. О чем тут можно говорить? Мой бывший не интересовался сыном, и общались мы крайне редко.

Где-то в глубине души теплилась надежда, что все может сложиться иначе… но не срослось. Я, глядя на своего нового знакомого, понимала, что не все мужчины одинаковые, и, видя его удивление, осознавала насколько промахнулась в выборе. Иметь бы такого… даже «бывшего» мужа… который голодным взглядом следит за ребенком…

Следующий день. Суббота. Мы вышли с малым в магазин. Возвращаясь домой, я не обратила внимания на припарковавшийся возле парадного внедорожник. Возле него стоял Юра.

— Привет. — Он широко улыбнулся и открыл дверь авто. — Присаживайся. — Сделав пару шагов ко мне, подхватил кульки. Я, округлив глаза, не понимала, что происходит. У нас все сантехники нынче разъезжают на таких машинах?!

— А-а-а… э-э-э…

— Я подумал, что мы лучше вместе выберем кран.

Свою тупость я осознала, когда очутилась внутри салона и неизвестный мне мужик, вынырнув с переднего сидения, сел рядом. Мы с Димой оказались зажатыми с двух сторон. Как в дурном кино. Юра подхватил моего сына на руки, садясь слева. Неизвестный закрыл мой рот влажной рукой, вжимая в сидение и просычал на ухо:

— Ни звука! Поняла?!

Я рванулась, но жесткая рука чуть не выдавила мне зубы.

— Ты дура, что ли?

Рядом мычал Димка. Юра, держал его, крепкой хваткой.

— С тобой хотят поговорить. Не вздумай орать, а то заклею рот. — Сантехник больше не улыбался. Выждал минуту, глядя в глаза:

— Успокой мальца.

— Кто вы? Что вам надо? — прошептала, когда липкая ладонь освободила мой рот.

— Успокой ребенка, и сидите молча. Все узнаешь. Скоро.

Я, немея от страха, потянулась к Диме:

— Сынка, тише, тише. Успокойся. Не кричи. Я рядом. Тихо, слышишь? Иди ко мне. — Протянула к нему руки, и, получив его, крепко прижала к себе. — Т-ш-ш-ш… Не надо. Не плачь. Я тут. Мы сейчас во всем разберемся. Это ошибка. Не переживай. — Успокаивала не столько Диму, сколько себя.

Ехали около получаса. Не понимая, что происходит, пыталась рассмотреть хоть что-то.

— Куда зыркаешь?! Глаза вниз! — и меня стукнули по темени. А еще через полминуты на голову одели большой кулек. Димка глухо скулил мне в грудь. Я почувствовала, как машину накренило вправо. Значит, мы куда-то свернули. Минут через десять автомобиль остановился. Кто-то грубо дернул за плечо: