Тори (СИ) - Воля Алёна - Страница 6

— Присаживайтесь. — Он улыбался, сощурив глаза. Защитная маска на подбородке не портила его. Наоборот. Придавала странного шарма.

Я уселась в стоматологическое кресло.

— Как ваше самочувствие?

— Супер.

— Вы опять поражаете меня.

— Чем же?

— Силой воли. Выдержкой.

— Не ожидали, что я решусь прийти к вам снова?

— Не ожидал. Каюсь. — Он подошел, наклоняясь и опираясь левой рукой у моего плеча. Никак не жест врача. Задержав дыхание, выдохнула:

— Давайте не будем растягивать удовольствие.

— Почему? — его лицо находилось на опасной близости.

— Потому, что моя выдержка на исходе. Не стоит тренировать ее. Это чревато последствиями.

— Какими?

Он, что, издевается?! Похоже на то. Глаза в прищуре, но губы не улыбаются.

— Тяжелыми увечьями. А за это есть уголовная статья.

— Маргарита… Игоревна… я готов рискнуть…

— Уверены?

Он, наконец, усмехнулся. Поднял маску на лицо.

— Лена. Нагрудник.

Его ассистентка появилась сзади. На моей груди возникло сине-зелено-серое бумажное полотенце. Тонкие пальцы прикрепили его железными прищепками, обвивая шею телефонным проводом.

Дальше все происходило, судя по всему по накатанной программе. Он смазал мне десну, после чего, через пару минут сделал укол. А потом мы смотрели друг другу в глаза. Ох. Что это был за взгляд! Как у Киану Ривза. Пронизывающий, черный, заставляющий сжаться сердце. Да! Именно такое чувство пробрало до костей за одну секунду и не отпускало ни на миг. Мама мия! Я забыла свое имя.

— Прикусите. Сильнее. Подвигайте челюстью. — Он вынул кусочек бумажки, которая напоминала копирку. Посверлил еще. — Удобно? Сомкните челюсти. Ничего не мешает?

— Нет. — Я плохо соображала, машинально подчиняясь просьбам с его стороны. — Вроде нормально.

— Мне не надо нормально. Мне надо, что бы было хорошо. Удобно.

— Сзади. Что-то мешает.

— Откройте рот.

Минут через пять все закончилось. Сплевывая вязкую слюну, я вытерла губы платком, отказавшись от бумажных салфеток.

— Лена, узнай, пожалуйста, может ли Ульман посмотреть сейчас Маргариту… Игоревну.

— Ульман? — промычала, сдерживая удивление. Однофамилец Жеки?

— Это наш ортопед.

— Мне что, нужны новые коронки?

— Я бы рекомендовал. Нижняя левая. Ну, или два импланта.

— Нет!

— Маргарита… это не так страшно, как кажется.

— Спасибо. Нет. Буду жевать тем, что есть.

— Сделать снимок — это не больно.

«Зато стоит дохрена!» — эту мысль я не стала высказывать.

Как только за ассистенткой закрылась дверь, Александр наклонился, помогая отсоединить нагрудную салфетку, вытирая мне подбородок.

— Не бойся.

Ух ты! Мы уже не на «вы»?

— Я прекрасно знаю, что такое «сделать снимок».

— А дрожишь почему?

— Остаточные моменты анестезии.

— Уверена?

— Вам виднее.

— Поужинаешь со мной сегодня?

Сердце дернулось в груди.

— Может быть.

— Подождешь меня еще час?

— Нет.

Он выжидающе всматривался мне в лицо, потом оттолкнулся и проехал в кресле пару метров. Нажал на кнопку:

— Лида. Отмени всех на сегодня.

— А… вас уже ждут…

— Или перенеси или направь к Шуйскому.

— Хорошо, Александр Владленович.

Он встал, снимая маску.

— К концу нашего свидания ты сможешь нормально улыбнуться.

— Вау!

— Прибереги свои возгласы на потом.

— Э-э-э… — слова застряли в горле.

— Да неужели? У тебя нет слов? Такое бывает? — Он стал расстегивать халат. Мысли запутались. Передо мной стоял красивый мужчина в джинсах и футболке с длинным рукавом. В клиновидной горловине виднелись темные волосы на груди. О. Мой. Бог!

Он улыбнулся, сжимая челюсти. Поборов робость, простонала:

— Бывает.

Александр Владленович отошел в сторону. Открыл шкаф, и, повесив халат на тремпель, достал куртку:

— Я сейчас скажу то, что никогда больше тебе не повторю.

Увидев мое недоумение и поднятые брови, он плотоядно ухмыльнулся:

— Сплюнь.

Вдох застрял где-то в районе солнечного сплетения.

Глава 5

— Тихо. Тихо. Не надо. — В два шага очутился рядом, подхватывая меня за предплечья. Прижал к себе. Святые угодники! Сердце колотилось, выбивая мелкую дробь. — Рита… только не истери. Не надо портить то, что происходит. Хорошо?

— Да… — чувства плясали на острие ножа. Какая истерика?! Я готова была запрыгнуть ему на талию, обвив ногами!

Выходя из клиники, мне в какой-то момент стало неудобно. Несмотря на то, что холл был пуст, сладкая конфета по имени Лида бросила на меня уничижающий взгляд, который словно говорил: «Убью. Найду и убью».

Подавив приятное и с тем же непонятное ощущение триумфа, я потрусила вслед за Александром, который тянул, не отпуская руку.

— Ты была в Италии?

— Нет.

— А кухню итальянскую любишь?

— Если это не паста с чернилами каракатицы, то да.

Он рассмеялся в ответ.

— Чудесно. Садись. — Открыл передо мной дверь машины размером с однокомнатную квартиру. Зашибись!

Сел за руль, и, заведя двигатель, повернулся, глядя своими темными глазами:

— Ну что? Поехали?

В тот момент мне даже показалось, что у меня дернулась та половина лица, которая еще пребывала под анестезией.

Ресторан был полупустой. Нас провели к столику в углу. Официант, в клетчатой рубашке с имиджевыми «без диоптрийными» очками подал меню.

— Рекомендую «Брускетту с вялеными помидорами» и пасту четыре сыра. — Александр Владленович сказал это негромко, не отрывая взгляд от картонного журнала.

— Ага. Спасибо.

Я стала внимательно следить за своим спутником. На первый взгляд все было отлично. Ухоженные руки. Маникюр без заусениц и отросших ногтевых пластин. На правой руке — часы. Темные волосы выбивались из-под рукавов футболки. Ремень перетягивал талию, заставляя свисать небольшой живот. Крепкие, длинные ноги, которые не помещались под небольшим круглым столом.

— Мне, пожалуйста, Карпаччо, пасту Карбонара и сухое вино. Белое. На ваш выбор.

— Бокал?

— Нет. Бутылку. — Встретившись с его насмешливо-удивленным взглядом, я скорчила недоумевающую рожицу.

— Мне «Гамберетти ди Риети», пасту «Четыре сыра», апельсиновый сок и водку.

— Сто? Двести?

— Двести.

— Да, конечно.

После ухода официанта, я не сдержалась:

— А как вы собираетесь после этого за руль?

— Драйвер. Есть такая услуга.

— Аг-га. Ну да. — Пытаясь сохранить хладнокровность, я держала его взгляд, стараясь не моргнуть при этом.

— Маргарита, давай перейдем на «ты».

— Вот так сразу?

— Да. Или для этого нужно что-то?

— Не знаю.

— Хорошо. Надо выпить. Потому как детей крестить — слишком позднее время. — Он усмехнулся. — Все церкви и соборы сейчас закрыты.

— Как минимум — выпить.

Из последних сил, я тоже улыбнулась. Одной стороной лица. Анестезия жестко держала вторую.

— Ты была замужем? — вдруг задал он вопрос, который я ожидала меньше всего в этот момент.

— Да.

— Есть дети?

— Да.

— Сколько?

— Сын. Один. Пять лет. Дима. — Ответила, вглядываясь в реакцию.

Александр Владленович никак на это не отреагировал. Он смотрел прямо.

— У меня две взрослые дочери. Четырнадцать и шестнадцать лет. Был дважды женат. Сорок лет. Официальный статус — в разводе.

В этот момент подошел официант с подносом в руках. Он поставил перед нами корзинку с какими-то тоненькими хлебцами — презентом от ресторана, два стакана воды, сок, водку и вино. Откупорил бутылку и налил мне полбокала.

— Ну, а теперь, когда основные пункты озвучены, давай выпьем и расслабимся. — Александр Владленович улыбнулся и налил из маленького графина себе водки. Протянул руку. — Тост «За знакомство» — как-то банально. Идеи есть?