Сохранить замок (ЛП) - Пирс Моника Эндерле - Страница 39

— Спасибо, Скирон, Хотырь и Семел, — процедил он.

* * *

Все двоилось перед глазами Галины. Она летела без крыльев, рухнула. Ее голова ударилась об брусчатку. Она перекатилась, тяжело дыша, боль вонзалась в уже ноющие ребра, Галина кашляла, вдохнув дым и пыль. Двор был в неестественном тумане. Стена замка обмякла там, где раньше стояли зернохранилище и сторожевая вышка. Где-то под обломками были разбитые покои Таксина.

— Так не обрадуется, — буркнула она хрипло и слабо. Она встала на колени, направилась к безопасности коридора слуг, пытаясь прогнать звон из ушей и сосредоточить взгляд.

Два наемника стояли на пороге кухни с Бриттой, раскрыв рты, щурясь от пыли. Они озирались, призраки в тумане пыли. Галина глядела на них. Они смотрели на нее. На их лицах появилось осознание. Один из мужчин указал и закричал. Его голос был приглушен для ее ушей.

— Кровь Семел, — Галина побежала по двору, не было времени на боль и раны, не было времени гадать, не бежала ли она к проклятым крикунам, как и решать, двигалась ли она по прямой.

* * *

— Чары пропали! — Гетен не слышал свой голос.

— Что? — казалось, Юджин кричал это.

Он указал на разбитый проход, пригнулся, когда мост дрогнул и добрался до линии, где были чары. Он махнул солдатам, которые встали на ноги. Юджин кивнул. Воительница встала, подняла его, и больше солдат присоединилось к ним.

Воин в черно-красном сказал:

— Нужно заходить, пока можем.

— Вы знаете, кто захватил замок, лорд? — крикнула Теола.

Он покачал головой.

— Я знаю только, что леди Кхары и кронпринц в опасности. И там могут быть крикуны.

Это вызвало тяжелую тишину. Юджин нарушил ее:

— Их не уничтожить, отрубив головы, да, лорд?

Гетен кивнул. Он посмотрел на воду и вытер ноющие ладони об штаны. Рыбаки вытаскивали солдат из рва, некоторые были живы, но многие — нет. Он посмотрел на пыль над замком Харатон, в голову пришла идея.

— Ведите как можно больше солдат внутрь, пока чары не вернулись. Мне нужно, чтобы враг отвлекся, и его руки были заняты.

Юджин и воины кивнули.

— Куда вы? — спросила Теола с подозрением в голосе.

Он оскалился.

— Охотиться.

* * *

Галина бежала по двору, перебираясь через обломки, ворвалась на лестницу Северной башни, наемники следовали за ней. Она потеряла нож после взрыва, оставались только быстрые ноги, воля выжить и жуткая способность подавлять боль, когда жизнь была в опасности.

Один из солдат отстал, другой направился за ней.

Она миновала по две ступеньки за шаг, надеясь, что не столкнется с наемниками или крикунами впереди. Шаги мужчины за ней становились громче, ближе. Она бежала по винтовой лестнице, а та все вилась и вилась. Галина надеялась, что оторвется от наемника.

Проход на третий этаж был близко, Галина бросилась туда, повернулась и захлопнула дверь перед лицом наемника. Мужчина врезался в деревянную дверь. Он закричал, она улыбнулась. Она открыла дверь и схватилась за нее сверху. Она ударила по груди мужчины обеими ногами. Тот потерял равновесие, охнул и упал кубарем по лестнице, ударяя голову об стены и ступени, пока он катился, кряхтя и вскрикивая.

Не было времени радоваться небольшой победе. Галина побежала дальше, стараясь купить несколько минут, оторваться от другого наемника, спрятаться, перевести дыхание и продумать план. Она не остановится, пока Аревик и Магод не будут свободны. И Валдрам, если он еще был жив.

Северо-восточное крыло замка выпирало в гавань Харатон, стены спускались в глубокую воду, позеленели от водорослей и мха. Галина повернулась налево, увидела открытое окно. Она схватилась за подоконник, хотела запрыгнуть и забраться по стене замка. Если она не удержится, упадет в холодную воду, а не на острые камни.

Появился другой наемник. Он поймал ее за талию и бросил в коридор. Она ударилась об стену. Голова попала по дереву. Зубы лязгнули. Мужчина ударил кулаком, и Галина едва уклонилась. Он был выше, тяжелее. Она была быстрее, опытнее и хитрее. Она была закалена в бою, стремилась получить больше силы, лучшие техники, большую скорость. Она останавливала его удары. Она отбивала его кулаки. Она нанесла несколько хороших ударов. Но она устала и была ранена, и если она не уйдет быстро, ее превратят в кровавую отбивную.

Хотырь не бросила любимую дочь. Галина уклонилась, ударила кулаком по ключицам наемника. Он охнул, отшатнулся. Она толкнула его плечом. Он ударился об выступ окна. Она подняла его ноги, и он улетел из окна в гавань.

Галина благодарила богов, пока бежала по лестнице к четвертому этажу. Она открыла двойные двери, закрыла их за собой, выдохнула, сделала два шага и завизжала. Боль обжигала, пронзала ее от ступней до мозга. Она обмякла на полу, подавила всхлип и посмотрела на свои окровавленные ступни. Осколки стекла торчали из пяток и у пальцев ног левой ступни. Она бежала по разбитому стеклу во дворе, так сосредоточилась на выживании, что не чувствовала боли. До этого.

Кровавые следы вели к двери.

Галина выругалась, застонала, глотая слезы и сопли, пока ползла к комнате Гетена, надеясь найти то, что притупит боль и остановит кровотечение. На пороге она выругалась сильнее. Комнату обыскали. Графин с водой и чаша для умывания были разбиты, шкафчики — открыты и опустошены. Содержимое валялось на полу, разбитое и смешанное. Мази и настои слились с травами, порошками и пеплом, чтобы создать пруд испорченной работы. Даже его медовуху разлили.

— Заразы, — она закрыла глаза и пожалела себя. Тело не могло долго терпеть издевательства. Но она взяла себя в руки. — Хватит этого, — процедила она. — Ты нужна Аревик, — Магод не мог защитить ее сестру от комнаты наемников и двух мерзких магов. — Боги, как я хочу убить этих козлов.

Галина нашла сухое полотенце, стряхнула с него обломки и вытащила три длинных осколка из правой ступни, еще два из левой. Она отдала бы многое ради сомы из Скорвалы, чтобы ослабить боль. Но и этого не осталось. Спешные стежки остановили кровотечение. Порванные простыни и окровавленный мох сделали потертые сапоги мягче внутри. Она хромала, но не перестанет сражаться, пока Кадок и его подельники не умерли.

Она посмотрела на кровавые следы. Она была в покоях долго, чтобы наемники уже нашли ее. Что им мешало?

Дверная ручка повернулась, замок щелкнул, и дверь медленно открылась.

* * *

Воины перебирались по искривленному мосту, проходили во двор. Звенели крики, вопли, лязг брони и мечей с топорами. Звуки боя состязались с грохотом, с которым рубили и резали деревья, солдаты и жители деревни тащили их в ров, укрепляли мост, чтобы он не упал. Пострадавший мост дрожал и стонал от веса солдат.

Гетен стоял в стороне, скрестив руки, смотрел на замок, думая о каждой комнате, коридоре, стенах снаружи и даже туалете. Где лучше проникнуть? Где его вряд ли заметят? Чары были опущены, и сложно было не пройти в замок, а сделать это незаметно. Он мог пройти в центр двора среди сражений и устроить спектакль, но если Галина во власти магов, было глупо привлекать к себе внимание. Никто в замке не знал, что он вернулся в Харатон. Он мог использовать это неведение в свое преимущество. Но только если будет осторожен.

Один из воинов Короля-медведя подошел к нему.

— Чего ты ждешь, маг? — несколько других солдат замерли рядом, слушали и смотрели.

— Нужного момента и места, — Гетен подавил возмущение, но ему надоело, что люди сомневались в его методах и мотивах.

Мужчина ткнул пальцем в сторону замка и прорычал:

— Уже пора. А место там.

— Еще нет.

Воин хотел схватить его, но ладонь Гетена поймала его за лицо, сила потекла по пальцам так, что дурак заплясал, как кукла на нитях.

Юджин прошел мимо солдат, схватил воина и оттащил его от Гетена. Мужчина споткнулся, его удержал управляющий Галины, а потом Юджин дважды стукнул его по затылку.

— Идиот! Не трогай мага без разрешения.

Гетен опустил руку. Он повернул голову и посмотрел на них.