Сохранить замок (ЛП) - Пирс Моника Эндерле - Страница 54

— Что?

— Ключ к твоей оружейной.

— Что?

— Гардеробной, где Филиппа хранила твою придворную броню. Днем тут будет собрание лордов.

— Меня не звали, — горечь звучала в словах, а воспоминание о мертвой фрейлине душило ее.

— Нет, но ты — тема. Ты, лорд Риш и король Зелал.

Галина перестала крутить кольцо, глядя на ключ в руке Ви.

— Ты можешь покинуть замок и вернуться до того собрания?

— Легко. Что тебе нужно?

— Моя лучшая придворная броня.

* * *

Платье Тегвен. Ви вытащила его из сумки на седле Галины. Гетен предложил взять его, думая, что швея в Татлисе спасет его. В дневном свете, льющемся в узкие окна ее комнаты, Галина посмотрела на испорченное платье. Его не восстановить Пятна крови было видно сильнее всего, мох и слизь оставили неприятные следы, вода ужасно повредила цвет. Кусочки грязи остались в золотой вышивке, рукава и подол были изорваны, и символ солнца спереди был разорван и свисал, так что спереди платье закрепить не удалось бы. Платье безжизненно свисало. Она надела под него темно-синее платье. Ви заплела ее волосы, повесила синие кристаллы на ее горле и в косах.

Галина посмотрела на свое отражение. Она не выглядела красиво, не ощущала себя сильной.

— Я выгляжу жутко.

— Знаю. Разве это не чудо?

Галина вздохнула и пожалела. От платья слабо воняло крикунами, рвотой и мочой.

— Я хочу, чтобы ты вернулась в дом своего брата. Оставайся там и выглядывай меня. Мне нужны уши и глаза в Татлисе до конца этого боя.

— Долго он будет идти?

Галина протянула ладони.

— Не знаю, — Ви сжала их и прижалась лбом к костяшкам Галины в шрамах. Маркграфиня Кхары склонилась и поцеловала девушку в опущенную голову. Верность была предложена и принята. — Береги себя. Убегай, если придется. Я отправлю к тебе Энор, — они выпрямились.

— Слушаюсь, Красный клинок.

Галина сжала ее ладони.

— Спасибо, — она расправила плечи и прошла к двери.

Ви вытащила еще ключ и две иглы, на кончиках блестел быстро действующий яд.

— Для сна.

Галина отперла дверь, открыла ее. Ви вышла и уколола в шею удивленных стражей. Мужчины обмякли. Их поймали и утащили в комнату.

Ви выскользнула в коридор и слилась с тенями. Галина расправила плечи и замерла. Ее меч и кинжал были на полу рядом с дверью.

— Благодарю, господа, — она пристегнула оружие к поясу.

Теперь она ощущала себя жуткой и опасной. Боевой запал покалывал пальцы. Эффект оставался с ней, пока она шла по замку. Слуги смотрели, отступали, когда она бросала на них взгляды. Покалывание стало гудением. Чем больше людей было в коридорах, тем сильнее была тревога, которая катилась от нее по проходу, а потом пол задрожал перед ней, и она вошла в главный зал, заставляя мелких лордов и леди отпрянуть с дороги. Они зашумели, узнавая ее, бормоча и охая от вида ее в уничтоженном платье Тегвен.

Маленькая темная комната для встреч была через дверь от главного зала. Это была темная комната для темных решений. Стражи у скромного входа глядели, их глаза расширились, пока Галина подходила.

— Ваша светлость, — прошептали оба. Они охраняли эту дверь с ее детства.

— Белен, Эцио. Остановите меня?

— Нам не приказывали не пускать вас, леди Кхары, — они поклонились, отошли и открыли дверь.

Она приподняла бровь, удивившись. Илькер знал, что ее не удержать в клетке. То, что он не предупредил стражей, показывало, как сильно на него влиял Валдрам.

— Простите, опоздала, — ее голос отразился от каменных стен. — Были сложности с платьем, — дрожь разбила спокойствие комнаты, подавила потрясением некоторых лордов, другие поднялись, глядя на Галину и Илькера, гадая, что происходило. Она подняла палец. Они перестали вытаскивать мечи. — Сядьте. Это не нужно.

Столы стояли в форме подковы. Она прошла в центр комнаты к брату. Валдрам сидел справа от него. Она остановилась посередине.

— Было время не так давно, когда я сидела справа от короля. Похоже, странные времена приводят к странным союзам, Ваше величество.

Слева приподнялся маркграф Этериас и заявил:

— Вам тут не рады, леди Кхары.

— А ты — трус с вялым членом, лорд Этериас, — рявкнула она.

Она указала на Валдрама.

— Вы все — идиоты, жаждущие власти, раз по своей воле впитываете яд врага Урсинума? — это вызвало гул протестов. Она ждала, пока они утихнут. — Я пришла с предупреждением, лорды.

Валдрам и Илькер молчали.

— Твои угрозы нас не пугают, — проскулил ландграф Валмер.

Она посмотрела на жителя севера.

— Предупреждение, дурак. Это не угроза. Почитай книгу. Научись новому, да и мыться хоть иногда не мешало бы, — она посмотрела на брата. — Я говорила правду утром, Илькер. Ты сидишь с тем, кто в ответе за смерть Короля-медведя. Он уничтожит тебя и Урсинум, всю Кворегну. Он сам мне это говорил.

Больше возражений. Больше угроз. Но некоторые лорды молчали, пока все вокруг них гремело. Лорды, с которыми она объединялась на поле боя, с которыми проливала кровь. Они знали воительницу Галину, Красный клинок Ор-Хали, знали, что она не была дурой.

— Довольно! — Илькер встал. — Галина вернись в свои покои. Твой разум запутала магия волшебника.

— Не меня тут обманул некромант, брат, — она пересекла расстояние между ними. — Прошу, выслушай меня.

— Нет. Ты не знаешь, кто говоришь или делаешь, — он выпрямился. Помрачнел. — Тебя запутали, принцесса Галина. Из-за этого, хоть мне очень больно, я передаю управление и защиту Кхары в руки твоего управляющего Юджина, пока ты не придешь в себя.

Галина вздрогнула и отпрянула, словно ее ударили по лицу.

— Нет, — она покачала головой.

Она потеряла Кхару. Все, за что боролась. Все жертвы, все победы были за миг отобраны у нее. Огненная ненависть пылала в ней. Она опустила взгляд, поймала ярость и подавила ее. Илькер и все лорды в комнате смотрели на нее, ждали, станет ли она бушевать или закатывать истерику, будет ли рыдать и молить о прощении. Она ощущала эти взгляды, и взгляд Валдрама был тяжелее всего.

Она сжала правую руку в кулак. Она не вытащит меч и не пронзит крысу, хотя искушение было велико. Шемела нужно заставить раскрыть себя, его нужно было уничтожить Гетену. Она не могла это сделать. Даже призрак не справился. Если она убьет Валдрама сейчас, Шемел очарует кого-то еще, кого-то, как Илькер. Было больно оставлять брата во власти магии, но ей нужны были союзники. Если она проявит слабость, лорды поверят лжи, что ее разум запутан магией.

Галина прошла к столу, провела языком по рту и плюнула в лицо кузену.

— Фэдерика передает привет, убийца, — она ухмыльнулась. Пусть думает, уязвим ли он. Его серебряные глаза расширились, шок мелькнул на холодном лице, а потом сомнения. Ее слюна стекала по его щеке.

Она повернулась и прошептала:

— Тень, унеси меня к Гетену, — тень окутала ее прохладой и тьмой.

— Галина! — закричал кто-то.

Ее шею неприятно скрутило, тень утащила ее в ничто, потянула по Кворегне, бросила ее на мраморный пол посреди изящного зала. Она сжалась в комок, стонала. Все болело. Потрясенные крики ударили по ее ушам. Солнце ударило ее по глазам. Потеря дома и доверия брата ударила по ее сердцу.

— Галина, — руки Гетена обвили ее. — Ты ранена? — она покачала головой, зажмурилась. Он поднял ее.

— Отнеси ее в мою комнату.

Глаза Галины открылись. Она знала этот сладкий голос.

— Аревик? — вид ее сестры радовал, ее прохладные пальцы успокаивали. В ее волосах были жемчужины, на ней был шелк цвета моря. Она выглядела как сон. — Постой. Опусти меня. Я не ранена.

Гетен игнорировал ее.

— Путешествие с тенью неприятное.

Она зарычала.

— Это я знаю.

Раздался низкий смех.

— Похоже, леди Кхары в состоянии ходить.

— Магод? — Галина стукнула по груди Гетена так, что он охнул. Он опустил ее на ноги. Она пошатнулась, схватила его, колени были как желе.

— Приветствую в Остендре, ваша светлость, — сказал Магод.