По праву закона и совести
(Очерки о милиции) - Панчишин Игорь Николаевич - Страница 31

Преступники схвачены, порок наказан, справедливость восторжествовала. Но закономерно возникает вопрос: почему до сих пор в нашем обществе творят зло лица, подобные Бобринову и Гасилову? Почему преступники находят все же благоприятную почву для своих черных дел? Бобринов и Гасилов — отнюдь не воры в прямом смысле этого слова. Они ведь никого не грабили, не вырывали из рук своей жертвы ценности. Потерпевшая сама добровольно, как в этом смогли убедиться читатели, передала в руки жуликов принадлежащие ей ценности. Преступникам потребовалось только применить большую хитрость, изобретательность, выдумку, чтобы обмануть, ввести в заблуждение намеченную ими жертву.

Лариса Дубок серьезно поплатилась за свою доверчивость. Имея в своем личном распоряжении ценные вещи и желая их продать, она избегала законного пути их реализации. Дубок искала обходные пути, стремясь сбыть вещи как можно подороже. Вот этим самым корыстолюбием и воспользовались преступники.

И еще одну нравственную проблему затрагивает рассказанная история. Вячеслав Гасилов внешне даже отдаленно не похож на злодея. Это красивый, рослый парень, не утративший веселого нрава даже в камере.

Потерпевшая и ее подруга рассказали в суде, как очаровал их Славик за время короткого знакомства манерой общения, эрудицией, начитанностью.

Судьба Вячеслава, действительно, складывалась на редкость удачно. Интеллигентные и в высшей степени порядочные родители окружили сына вниманием и заботой. И на первых порах Вячеслав оправдывал возлагаемые на него надежды. Вот рассказ Гасилова-старшего в суде: «В школе он учился прилежно, любил много читать, увлекался филателией, мечтал стать моряком». Мечта его сбылась. На всю жизнь запомнили родители возвращение сына из первого рейса: музыка, цветы на пирсе и загорелый Славик — веселый, бодрый и довольный.

А потом пошло: рестораны, кутежи, мимолетные знакомства. В своей записной книжке В. Гасилов «увековечил» около тридцати женских имен. А потом он вообще покинул родительский дом.

В последнем слове на суде Вячеслав сказал:

— Вам, граждане судьи, довольно часто приходится слышать заверения преступников в своем раскаянии, просьбы о снисхождении. Насколько искренни подобные слова — показывает будущее, желание или нежелание встать на честный жизненный путь. Скажу только одно: я наконец-то понял, что так жить, как я жил последнее время, нельзя…

Ну что ж, будем надеяться, что наступившее прозрение вернет парня на правильный путь. Ради этого в повести не названа настоящая фамилия Вячеслава. По настоятельной просьбе потерпевшей изменена и ее фамилия.

ЧАСОМ РАНЬШЕ…

Был понедельник, 19 июля 1982 года.

Заместитель начальника отделения угро Псковского УВД Г. М. Алексеев и по прошествии нескольких лет расписывает тот день чуть ли не по минутам.

Сообщение об исчезновении двух девочек поступило в их отделение около полудня. Спустя полчаса он и начальник отделения П. П. Ваганов уже беседовали с матерями девочек. Обе женщины, подавленные случившимся, едва сдерживая слезы, поведали следующее.

Их дочери, двенадцатилетние Вера и Ира в субботу, 17 июля, ушли купаться на озеро, что в пригороде Пскова, и домой не вернулись. Охваченные паникой, родители обошли заросли вокруг водоема, наткнулись на старое одеяло, на котором загорали девочки, но их самих не обнаружили. Оставалось предполагать самое страшное. С тем и пришли в милицию.

— Может быть, уехали к кому-нибудь из родственников? — со слабой надеждой поинтересовался Петр Петрович.

Посетительницы в один голос заверили, что такое исключается. Да и оставленное на берегу озера одеяло, — девочки занесли бы его прежде домой. Не могли девочки и утонуть, убеждали матери. Озеро неглубокое, девчонки хорошо плавают, кругом всегда люди, и чтобы вот так, сразу, утонули двое — нет, нет, это невозможно. Да и к тому же в пять вечера, проходя мимо озера, отец Веры видел обеих девочек живыми и невредимыми, Вера обещала быть скоро дома.

— Искать пропавших, что же нам еще остается, — заявил Алексееву Ваганов, отпустив женщин.

Петр Петрович Ваганов, 1935 года рождения, в органах милиции с 1960 года, с этого же времени в уголовном розыске, женат, имеет сына.

В третьем часу дня была создана оперативная группа, которая тут же выехала на поиск. Неподалеку от озера располагалась небольшая военная хозяйственная команда. С согласия начальника команды в поиск включилась и группа солдат. Растянувшись цепочкой, поисковая группа начала прочесывать лес вокруг водоема. Около четырех часов дня из зарослей раздался крик:

— Сюда! Ко мне! Нашел!

Через несколько минут сбежавшиеся на крик работники милиции и солдаты столпились на краю оврага, на дне которого друг подле друга лежали обе девочки, Алексеев сбежал вниз, опустился на колени, взял одну из девочек за кисть руки. Ощутив пальцами ледяной холод, он опустил руку девочки, взял за руку другую девочку и почувствовал слабые толчки.

— Эта жива! — срывающимся голосом крикнул Алексеев. — Давайте сюда два пиджака!

Спрыгнувший в овраг солдат бережно укутал в один из пиджаков тельце девочки и, осторожно держа ее на вытянутых руках, выбрался наверх и направился со своей ношей к стоявшей неподалеку милицейской машине. Девочка вдруг зашевелилась и, открыв глаза, уставилась на несшего ее солдата. Сдавленный, полный боли и ужаса детский крик повис в воздухе.

— Быстрей! В больницу! — Алексеев рванул дверцу машины, вскочил в салон и бережно принял из рук солдата вновь потерявшую сознание девочку.

Геннадий Михайлович Алексеев, 1940 года рождения, в органах милиции с 1970 года, женат, имеет двоих детей.

Даже беглого взгляда на оставшееся лежать в овраге мертвое тело было достаточно, чтобы убедиться, что девочку зверски задушили. Какой-то изверг сорвал со своей жертвы всю одежду и еще надругался над ней. В двух шагах от трупа валялась консервная банка из-под селедки. Оперуполномоченный Трудолюбов поднял банку, осмотрел ее со всех сторон. Странное дело: хотя банка и проржавела основательно, но создавалось впечатление, что кто-то ее недавно тщательно вымыл. Откуда эта банка, для чего? Банка была внесена в протокол.

Александр Александрович Трудолюбов, 1957 года рождения, в органах милиции с 1977 года, женат, на иждивении дочь.

Метр за метром продолжалось обследование прилегающей территории. Метрах в тридцати от трупа на влажной, болотистой земле была обнаружена цепочка относительно свежих следов.

— Сапоги, похоже — солдатские, — рассматривая следы, заключил оперуполномоченный Гусаков.

— А вот смотрите, что еще. — Гусаков поднял с земли какую-то тряпку, развернул ее. — Портянка, солдатская портянка. Солдатские сапоги, портянка, а, Петр Петрович? — Гусаков выжидательно уставился на Ваганова.

— Да, здесь есть над чем помозговать, — задумчиво ответил тот.

Анатолий Александрович Гусаков, 1942 года рождения, в органах милиции с 1965 года, в уголовном розыске с 1969 года, женат, имеет дочь.

Шел первый день следствия. Из протокола следственного эксперимента:

«19 июля 1982 года овчарка Рубин, обнюхав обнаруженную на месте преступления портянку, уверенно повела по тропинке, на которой видны отпечатки следов сапог, вывела к строению, где расположена военная хозяйственная команда. Тут же по указанию военного следователя Калинина были выстроены все военнослужащие. Рубин, пройдя вдоль шеренги солдат, остановился у ног рядового Килиса, обнюхал его сапоги и залаял».

Из протокола допроса Килиса:

«Вопрос: Где вы находились 17 июля между 17 и 23 часами?

Ответ: Я находился в расположении команды.

Вопрос: Как вы можете объяснить, показания других солдат, что в это время, вплоть до отбоя, вас никто не видел?

Ответ: Объяснить этого не могу, но я все время был в казарме.

Вопрос: Поясните, почему ваше обмундирование и сапоги оказались запачканными болотной жижей?