Забирая жизни. Трилогия (СИ) - Бец Вячеслав - Страница 452

Когда они оставили врагов позади Игорь рассчитывал, что сможет, наконец, разговорить «призрака», но он ошибся – у Шестого будто испортилось настроение и он стал ещё более молчаливым и скрытным, чем был там, внизу. Игорь, по‑прежнему пребывавший в неведении относительно настоящих целей «призрака», нервничал из‑за его замкнутости и желал во что бы то ни стало добиться хоть каких‑то ответов, непрестанно бомбардируя спутника вопросами. Но эффекта не было.

– У тебя есть имя?

Молчание.

– Зачем ты спас меня?

Молчание.

– Куда мы идём?

Молчание.

– Что ты собрался делать?

И снова молчание.

«Почему ты молчишь? Кто ты такой? Зачем я тебе? Почему ты так странно себя ведёшь? Что дальше? Ты – онемел?», – какой бы вопрос Игорь не задал ответ был неизменен – молчание.

Парень чувствовал, что «призрак» спасает его, но куда он его ведёт? И главное – почему? Эти существа… люди, они точно его враги, но почему тогда вот этот помог ему бежать? Почему выступил против своих, устроил ту жестокую битву с другим «призраком», которую Игорь будет помнить всю жизнь?

Только вот Шестой не собирался ему отвечать и тем более пускаться в подробные объяснения. Он просто молча шёл вперёд, иногда останавливался, чего‑то выжидая и делая Игорю знак рукой, и тогда парень останавливался рядом с ним и тоже с волнением ждал, прислушиваясь к шуму ветра и скрипу ветвей, а затем они вновь продолжали идти. В итоге они целый день прошагали по горам, но за всё это время «призрак» так и не обмолвился ни словом.

Игорь рассчитывал, что ночью они хоть немного передохнут, но «призрак» в отдыхе не нуждался и продолжал идти так же уверенно, как днём. На просьбы уставшего парня дать ему хотя бы небольшой отдых Шестой коротко отвечал: «ещё рано». В конце концов, стараясь не отстать от «призрака» и не потеряться во тьме горного леса, Игорь совершенно выбился из сил и «бездушной железной хреновине», как Игорь его обозвал, пришлось удовлетворить просьбу парня. Под одним из склонов им попалась небольшая выемка, защищённая от ветра, и «призрак» позволил Игорю поспать в ней несколько часов.

Как только забрезжил рассвет, он немедленно поднял Игоря на ноги, и они снова вышли в путь. Чтобы не скучать парень опять принялся задавать вопросы, а «призрак» – отмалчиваться. В очередной раз столкнувшись со стеной безразличия, Игорь в конце концов придумал самый примитивный, наивный и бестолковый план, пахнущий детством за километр, и, выбрав подходящее место, резко остановился.

– Так, к чёрту это всё, – решительно заявил он. – Я дальше не иду.

Игорь уселся на отломанную непогодой большую ветвь дерева, поставил локти на колени и опустил лоб на ладони. «Призрак» вернулся к нему и остановился в нескольких шагах, но по‑прежнему безмолвствовал. Может, он ожидал, что Игорь скажет что‑то ещё?

– Я больше ни шагу не сделаю, пока ты мне не ответишь на мои вопросы, ясно? – добавил Игорь, видя, что его спутник отреагировал.

Стальной воин стоял, как статуя. Посмотрев на него, Игорь со злостью отметил, какая это неблагодарная и бесящая вещь – разговаривать с человеком, не видя его лица.

– Слушай, я ведь всё равно должен был там сдохнуть, и я с этим даже уже смирился, – продолжал Игорь. – Так что мне уже плевать – там, тут или в том месте, куда ты меня ведёшь. Если ты не объяснишь мне куда мы идём, кто ты такой и зачем мне помог – я дальше с тобой никуда не пойду.

– К силам Альянса. У нас очень мало времени, – немедленно прозвучал краткий ответ.

– К Альянсу, значит, – заключил Игорь, хмуро глядя на «призрака».

Воин по‑прежнему стоял, как вкопанный, не шелохнувшись ни на миллиметр.

– Так почему ты мне помогаешь? Зачем ведёшь к Альянсу? Мы ведь враги. Ты, конечно, спас меня, но я всё равно ничего не понимаю.

«Призрак» молчал и, не видя его лица, Игорь не мог понять игнорируют его или размышляют над ответом. Это злило.

– Возвращаю долг, – наконец, раздался ответ.

– Кому?

Прошла минута, другая, третья. Кажется, в этот раз игнорирует.

– Я ведь не сдвинусь, – пригрозил Игорь.

Реакция оказалась немедленной.

– Тогда я сделал достаточно. Продолжай идти на север. Прощай.

«Призрак» повернулся и пошёл в обратном направлении, оставив парня одного. Упёртая железяка! Игорь поднялся на ноги и яростно смотрел ему вслед, пока «призрак» не скрылся за деревьями. Видя, что план не принёс быстрого успеха, Игорь сразу же пошёл на попятную.

– Аргх! Ладно! Твоя взяла! – громко бросил он в спину сомнительному союзнику. – Вернись!

Разумеется, ответа не последовало. И сам «призрак» тоже не вернулся. Игорь простоял на месте пять минут, десять, но ничего не изменилось.

«Чёрт… Вот я баран. И что теперь делать? Куда идти? Где я вообще?», – «призрак» ушёл, но вопросов не стало меньше, они просто сменились другими.

Ходить по горам дело нелёгкое, тем более когда ты их не знаешь. А вот «призрак», похоже, всё здесь знал. По крайней мере он без труда находил поросшие горные дороги, уверенно сворачивал с них в чащу, а затем выводил Игоря на новые дороги. Но теперь его здесь не было.

Хорошо хоть, что у парня имелась тёплая одежда. Если бы не зимняя одежда, которую «призрак» заставил его впихнуть в рюкзак, Игорь давно бы уже замёрз, однако даже в ней он не чувствовал себя абсолютно комфортно. Передвижение по горам требовало много сил, и Романов сильно вспотел, шагая вверх по склону: нижний слой одежды намок, и парень здорово продрог на ветру, а если бы не бушлат – стало бы совсем туго. Помимо проблемы с холодом была ещё и проблема с отсутствием еды, которую вообще никак нельзя было решить. Слава богу, что хотя бы в воде он не нуждался – её заменял прекрасный, девственно чистый горный снег.

Подождав ещё немного, Игорь нервно сплюнул, выругался, и пошёл в направлении, указанном «призраком». Оставаться на месте и умирать после всего, что он пережил за последние месяцы, точно не входило в его планы: с «призраком» или без него Игорь должен был действовать, должен был предпринимать всё возможное, чтобы выжить.

Температура держалась чуть ниже нуля. Снег не таял, но обувь парня, уже и так изрядно промокшая, всё меньше удерживала температуру. Пока он шёл, то чувствовал, что ноги кое‑как отогреваются, но как только останавливался – холод тут же пробирался сквозь ботинки, особенно через подошву. Укладываясь ночью на свой короткий сон, Игорь укутывал ноги всей оставшейся в рюкзаке одеждой и это кое‑как спасало, но при ходьбе по снегу отогреться ему было нечем.

Как только Игорь остался один, ощущение безопасности, которое укоренилось в нём за последние сутки, внезапно развеялось. Кем бы ни был «призрак», без него парень чувствовал себя слабым и беззащитным, словно маленький зверёк, брошенный в вольер с хищниками. Поэтому Игорь часто озирался, в глубине души надеясь, что «призрак» вернётся.

Но вскоре ощущения изменились. Ему стало казаться, что за ним кто‑то следит. Страх подсказывал: это не Шестой, здесь есть кто‑то ещё. Игорь начал останавливаться из‑за каждого шороха, беря оружие на изготовку и подолгу всматриваясь в чёрные кроны деревьев. Он напрягал зрение, пытаясь разглядеть то, чего там не было, и прислушивался к шуму леса, стараясь различить в нём не скрипит ли снег ещё под чьими‑то ногами, но всё было тщетно.

В таком режиме прошёл примерно час. Когда паранойя стала совсем уж брать верх, Игорь чертыхнулся и вернулся обратно, намереваясь выяснить всё раз и навсегда. Если за ним и правда кто‑то идёт, то снег покажет ему это. Парень прошёл пятьдесят метров, сто, двести, но видел только собственные следы. Триста метров…

– Схожу с ума, – вслух подумал Игорь, когда и там ничего не увидел. – Чтобы не потерять меня, ему нужно держаться неподалёку, иначе…

«А ведь «призраки» обладают кучей электроники и помимо инфракрасного и ночного зрения видят лучше человека и в оптическом диапазоне», – вспомнил он.

Захотелось крикнуть погромче и заставить засранца выйти. Если, конечно, Шестой и правда здесь. Но Игорь понятия не имел, где он сам и где враги. Вдруг, поднимая шум, он привлечёт кого‑то нежелательного? Мысль о том, что этот нежелательный может быть рядом прямо сейчас Игорь отвергал в корне: будь здесь враг или враждебный «призрак» – парня уже давно бы убили или поймали. Нет, если здесь и есть кто, то только Шестой.