40° по Валентину (СИ) - Багрянцева Влада - Страница 35

Спустя час Макар обнаружил себя шарящим по странице Вали в сине-белой — только когда отлайкал все его полторы фотки профиля и штук десять репостов на стене со смешными животными и какими-то типа интересными фотками природы. Ну это и не удивительно: нейромонах Валентин, видимо, образ жизни вел аскетичный и непубличный. Кроме того, у Макара и так уже была мини-галерея из целых двух совместных фоток, вторую они щелкнули перед просмотром кино и за секунду до того, как Макар стянул с Валечки свою худи и уронил умника на диван.

Посмотрел, когда у Вали дэрэ. Кинул запрос в друзья, но умник в сети так и не появился. В списке у него было всего около сотки человек, в то время как сам Макар добавлял всех подряд, и число его друзей-подписчиков уже перевалило за пятьсот. Из них от силы актуальных там было человек пятьдесят — пацаны и бывшие одноклассники вроде Лёхи, народ с универа, дети папиных друзей, с которыми они пару раз в детстве отмечали совместный Новый год на чьей-то даче, сын маминой подруги, друг подруги телки брата… Остальные были лишь потенциальными или бывшими девчонками для секси-тайма. И среди них всех вверху списка Макар больше всего хотел видеть круглую аватарку умника. Полистав еще немного скупую инфу о пользователе, Макар вернулся к билетам экзамена и пыхтел над ними до самой ночи, пока глаза не начали слипаться от столь обильной информации.

«Спокойной ночи», — пришло в ватсап, как раз когда он дожирал заныканную холодную гренку мейд бай Валечка виз лав.

«Добавь меня в друзья в вк», — написал Макар и продолжал сверлить экран ожидающим взглядом.

«Зачем?»

«А хули нет? Потому что так надо».

«Ладно».

Когда мишн был комплит и уведомление сообщило, что пользователь принял его заявку, Макар удовлетворенно улыбнулся, щелкнул свою влажную покупку и скинул фотку с подписью: «Мы будем ждать тебя, Валечка».

А потом хохотнул в голос, когда спустя пару минут умник прислал ему: «Бу-бу-бу)». Что именно это означало, Макар так и не понял, но от скобочки в конце сообщения прям потеплело в душе, и, довольный, он лег наконец спать.

— Хлоп!

Словно сквозь толщу воды, Макар различил приглушенную возню и хлопанье дверьми. Сел на кровати, все еще держа глаза закрытыми и пытаясь вспомнить, какой сейчас год. Что-то ему снилось то ли про природу, которую он вечером налайкал на странице умника, то ли про походы, вместе с Валей, естественно, — трусы натянулись упругой палаткой. Глянул одним глазом в смартфон — тот показывал половину десятого. Зная, что вряд ли ему дадут поспать еще, Макар решил, что встал как раз вовремя, сфоткал свое «доброе утро» и отправил Валечке, которому завтра предстояло уныло трястись в вагоне-купе по дороге на сворачивание олимпийских гор. У Макара в этот день как раз намечался последний экзамен. А в поезде ведь совсем нечем заняться… Хорошо, если у Вали будут с собой какие-нибудь интересные картинки на смартфоне. Или стоило отправить ему еще одно видео? Правда, Макару больше не хотелось слать ему чужие члены и задницы. Один раз посмотрел, так сказать, прикинул хуй к носу, понял, что к чему, и хватит. Стоило лишь допустить, что Валя посмотрит на другие члены теперь, после их выходных вдвоем, и у Макара начинал пульсировать висок. В ответ он ждал что-то в стиле «хватит слать мне всякую порнуху из инета», но телефон молчал. Макар вздохнул, подумал об экзамене и вредной преподше, чтобы стояк побыстрее спал, и, одевшись, вышел навстречу новому дню.

— Ой, ты так рано, сынок! — Мамины брови грозились соприкоснуться с линией роста волос.

Она была загорелой и выглядела отдохнувшей, несмотря на долгий перелет, Макару показалось, что она сейчас особенно красивая. Мама как раз только вышла из соседней спальни, поцеловала его в щеку, и вместе они дошли до гостиной, где за барной стойкой отец уже привычно щелкал пультом, все еще не переодевшись с дороги.

— С возвращением, — буркнул Макар и потащился к шкафчику с кофе. — Как съездили?

История переписки в телефоне уже была забита их фотками, где мама в комментах с помощью смайлов пыталась передать весь спектр своих эмоций.

— Да неплохо. Зря не захотел с нами, мы на кайтах с парашютом катались, — проговорил отец ему в спину.

Забыл, что ли? Не особо они и зазывали, только для галочки спросили разок, а Макар припомнил свои экзамены, из-за которых брони перенести было ну никак не возможно, на этом горячее предложение и закончилось. Хотя он даже почти не расстроился, что в этот Новый год во Вьетнаме не прошло ни одного тайфуна. Потом вспомнил Валины голубые, как прибрежные воды южных морей, глаза и расслабил челюсти — если бы уехал, наверное, хрен он бы с умником так сблизился. Не притерся б точно. А так Новый год в его компании официально можно было бы считать лучшим из последней десятки.

— Что делал? — спросил отец, придирчиво осматривая гостиную.

Кажется, за благополучие маминых статуэток и чистоту стен он переживал даже больше, чем она сама.

— Да так, к экзаменам готовился. Гулял, фильмы смотрел.

— С девушкой? — спросила мама.

Макар налил себе кофе, достал из холодильника запечатанную мясную нарезку и два ломтика зернового из хлебницы — мама приучила покупать только такой. Сел напротив отца за высокий столик и, только набив рот бутербродом, ответил:

— С другом.

Да какая им разница, подумалось Макару, ведь все, что парило родителей, — чтобы свадьба не по залету. Чтобы доучился сначала хотя бы. Поэтому с девчонками дома он не терся, чтобы не нервировать лишний раз и не выслушивать тонны вопросов о своей личной жизни.

— А, с Лёшкой твоим закадычным. Как там у него дела?

— У Лёхи шикардос, девушку завел, на Новый год как раз они и познакомились.

Макар не знал, как сказать родителям про Валю. Пацаны появились как-то сами собой: Лёха еще со школы, Ярик Тихонов, которого за вечную манеру искусно молчать с саркастическим ебалом прозвали Тихим, и Игорь присосались уже на первом курсе. Просто припирались время от времени в гости без расшаркиваний, как само собой. Презентацию со слайдами Макар никому из них не делал и Вале тоже не сказать, чтоб собирался.

— Его зовут Валя, он с химфака.

— Кого? — спросила мама.

— Друга моего. С которым я тусил на праздниках.

И сосался, пришло в голову внезапно, а щеки какого-то хрена опасно загорелись. Мать с отцом переглянулись, думая, что незаметно. Это у них была фишка такая — мамкина рука на отцовом плече, телепатическое общение. Макар тоже мысли читать умел, но перехваченное зашифрованное сообщение ему не понравилось, и он быстро спросил:

— Чё там, слона мне купили?

— Купили-купили! — всплеснула руками мама и побежала обратно в спальню шуршать пакетами, а отец, потирая подбородок, добавил:

— Только в самолет он не поместился. Поэтому мы привезли Копи-Лювак. Знаешь, его добывают из какашек маленьких вьетнамских зверьков.

То, что отец пытался в странные шутки, изображая кривую недоулыбку, немного настораживало.

— Да это ж мой любимый сорт, — усмехнулся Макар, наливая себе еще одну чашку обычного, но все же не настолько говняного кофе.

Поезда

Напоминаю, что все визуалы и скрины в альбоме в вк - ссылка на альбом в шапке книжки. Ну и на фб главы выходят раньше, кто не хочет ждать - вэлкам)

— Ты мне привези оттуда сувенир какой-нибудь. Не магнитик сраный, знаю я тебя, нормальное что-нибудь, чтоб сожрать можно было.

— Эчпочмак или кыстыбыи? Они не доедут.

Антон в телефоне помолчал, потом произнес:

— Ну привези то, что доедет. Хоть цветочек аленькай, только не магнитик, его мне Калмык обещал.

— Калмык? Он тоже едет в Казань?

— Бля, Вэл, иди, ты на поезд опаздываешь, а мне за Машкиной Боней миску мыть. Давай, удачи, порви там все, кроме своей жопы.

На платформе Валик обнаружил вышеупомянутого Калмыка в синем спортивном костюме с логотипом универа и команду пловцов, в которой тот состоял.

— Ты все равно занят был своими книшками-хуишками, сурпрайз тебе! — Лицо Калмыка, и так всегда довольное, засияло, как смазанный маслом эчпочмак. — Два дня в поезде, Валюха, никакой общаги, никаких тебе родаков! Пива вечером…