Прикосновение - Уэст Розалин - Страница 95

Двор был полон верховых ковбоев; крича, как будто это был субботний вечер в городе, они набросили лассо на столбы загона и начали тянуть изгородь. Другие вытаптывали аккуратные грядки и выдергивали нежные ростки, которые должны были превратиться в зимние запасы Эймосов. Пока Джуд в ужасе беспомощно наблюдала за происходящим, один из мужчин привязал копну сена сзади к своей лошади и, потащив ее, упирающуюся, в открытый сарай, стал быстро разбрасывать сено по пустым стойлам. К счастью, Сэмми уже выпустил скот в загон, и животные бегали там с выпученными от страха глазами.

Джуд неподвижно стояла на крыльце — одна женщина со старым ружьем не защита против столь многих, столь хорошо вооруженных мужчин.

В стороне расположилась пара неподвижных всадников, внимательно наблюдавших за побоищем. Одним из них был Латиго Джонс, делавший то, за что ему платили, другим — Кэтлин Джемисон, наслаждавшаяся плодами своих трудов.

Яростно лая и не считая себя лишним, Бисквит бросился с крыльца в гущу всадников, он хватал их за пятки и рычал в защиту своей собственности, пока один из ковбоев, размахнувшись, не ударил прикладом ружья по ребрам старого пса. Тот с визгом полетел вверх тормашками.

— Нет! — Не думая о собственной безопасности, Джуд бросилась к корчившемуся животному и забрала его снова на крыльцо.

Она села на нижнюю ступеньку, прижимая к себе дрожащую собаку. Бисквит быстро оправился и, стараясь вырваться из ее рук, рычал и пронзительно лаял на незваных гостей. Джуд боялась отпустить его, чтобы мародеры не растоптали или не застрелили его. Она как раз пригнулась к приглаженной шерсти на спине собаки, когда позади нее разбилось стекло, и ощутила, как бешено забилось сердце Бисквита рядом с ее собственным сердцем от охватившей их обоих паники. Затем пришла очередь других окон, в которые летели пули и картофель с огорода, пока не осталось ни одного целого стекла.

Когда Джуд осмелилась взглянуть поверх трясущейся головы старого пса, она была поражена разрухой, которую бандитам удалось сотворить за такое короткое время. Сарай горел, хранилище продуктов было полностью разрушено и его содержимое разбросано, разрезанная на куски упряжь валялась по всему двору. Сквозь сдерживаемые слезы Джуд взглянула в сторону Кэтлин и нанятого ею киллера и прокляла их за организацию такого разгрома. Долтона с ними не было, это удивило и обрадовало Джуд — и огорчило, что он предпочел отложить этот особый визит. Вероятно, он решил, что своим отсутствием мог бы заслужить ее прощение. Она не знала, сможет ли когда-нибудь простить его, во всяком случае, только не сейчас, когда лошади мародеров топтали могилу ее отца, опрокинув надгробие на землю, которую Барт Эймос любовно обрабатывал.

Она в тревоге вскинула голову, когда один из всадников с факелом в руке направился прямо к ней, намереваясь заставить лошадь подняться на крыльцо, чтобы он мог бросить в дом горящую ветку.

Прижав к себе Бисквита, Джуд закричала и постаралась встать на ноги, но в это время Джозеф спустился с лестницы на дорожку перед разгоряченным животным, изо всех сил размахивая руками, чтобы отпугнуть его. Лошадь шарахнулась в сторону, своим боком нанеся древнему старику сильный скользящий удар, от которого он упал к ногам Джуд. Держа одной рукой пса за ошейник, Джуд склонилась над старым воином племени сиу, не позволяя ему подняться и встать на ее защиту.

— Нет, Джозеф, не нужно. Прошу вас!

Он перестал сопротивляться, и старыми, усталыми, полными слез глазами смотрел, как его второй дом гибнет в огне, разожженном злобными завоевателями.

— Сэмми. Где Сэмми? — Встревоженным взглядом Джуд окинула двор, ища среди мешанины лошадей и всадников знакомую фигуру брата.

Он был в загоне и пытался поймать пронзительно кричавших лошадей. Джуд с ужасом смотрела, как огромные животные, спасаясь от пистолетного огня, перепрыгивали через сломанную изгородь и мчались к свободе, на скаку сворачивая в сторону, чтобы не затоптать Сэмми. Поняв, что ему не остановить лошадей, Сэмми повернулся к причине их паники. Совершенно ошеломив Джуд, он потянулся к одному из седел и достал кобуру, а затем, взяв в руку ковбойский револьвер, начал угрожающим жестом обводить им круг ковбоев.

— Нет, Сэмми! — закричала Джуд, но она была за тридевять земель от того места, где время, казалось, остановилось.

Краем глаза она увидела, как Монти, злобный начальник охраны Джемисона, неторопливо протянул руку. От страха у Джуд сжалось горло, и она не смогла издать ни звука, чтобы предупредить брата. Она просто смотрела, как вороная сталь пистолета появляется из кожаной кобуры и тонкие губы Монти медленно кривятся в презрительной улыбке.

Не раздумывая Джуд вскочила со ступеньки и бросилась к брату. Сквозь пелену слез отчаяния она видела, как подлый охранник тщательно прицеливается.

— Стойте! — вырвался у нее крик, дрожащий от страха и безумной мольбы. Но, даже крича это, Джуд глубоко внутри знала, что пощады не будет ни от наемного киллера, ни от самодовольно улыбающейся Кэтлин Джемисон, которая глазами, горящими злорадным удовольствием, наблюдала за развертывающейся трагедией. Быстрая насильственная смерть от рук бездушных убийц была ответом на непреклонную позицию Джуд. Бессмысленная жертва человеческим амбициям ради земли, ради бесполезных акров, которые никогда не были ей нужны, о которых она никогда не заботилась. И сейчас, стремительно приближаясь к событию, которого не надеялась остановить, Джуд ясно поняла, что Долтон был прав: все это того не стоило, когда ценой была жизнь ее брата.

Почему она не послушалась Долтона?

— Сэмми! — Крик вырвался из самого сердца, которое будет безвозвратно разбито в тот момент, когда роковая пуля найдет свою цель.

Звук выстрела, громкий и раскатистый, как карающий гром, прогремел в ушах Джуд и потряс ее страдающую душу. На мгновение она крепко зажмурилась, не желая, не в силах смотреть, как жестоко отняли жизнь у ее любимого брата — его добрую, нежную жизнь.

Она остановилась где-то посередине двора, легкая цель для следующего смертоносного выстрела, но других выстрелов не последовало. Горестные рыдания поднялись из глубин ее души, и Джуд осмелилась открыть глаза, приготовившись к тому, что увидит.