Я тебя уничтожу (СИ) - Чащина Евгения - Страница 21

— Блять, ты можешь ответить внятно на вопрос?! — хватаю ее за волосы и вжимаю в себя, я устал гадать на картах.

Она слишком шикарная девушка, одними сиськами любого на лопатки положит. На кой хер я ей сдался? Какую цель преследует? Мою душу истоптать и уйти в закат? Это месть?

— Нет. Я не трахалась с ним. Я приехала, потому что скучала по тебе.

— Врешь? — сильнее сжимаю ее за талию левой рукой так, что нам сложно дышать, но меня это заводит сильнее.

Наши тела уже растворяются друг в друге.

— Ты меня задушишь, — пискнула, но даже не попыталась отстраниться, напротив, прильнула сильнее. — Не останавливайся. И я всё ещё жду поздравлений.

— Я тебя люблю, сука, — злюсь, что принудила открыться вот так, на эмоциях, что как мальчишку трясет от адреналина и безумного желания. — Довольна?

Внимательно смотрит на меня, потом улыбается:

— Довольна. Была бы ещё более довольна, если бы ты не добавил "сука", но будем работать с тем, что имеем.

— А ты любишь розовых пони? — ерничаю я, смелея и шаря по красивой заднице, — или быть любимой сукой тебя не устраивает?

— Я люблю тебя, — отвечает, усмехаясь, — и ладно, каюсь. Вчера тоже не ты признавался в любви, а я. Ты гнал меня прочь. Но так просто ты от меня уже не избавишься.

— Дрянь, — я бешусь от одолевшего меня перевозбуждения и отталкиваю Алю от себя, — ты будешь наказана за враньё, именинница.

Гоню её увесистыми шлепками по заднице в гостиную и пошло улыбаюсь. Толкаю ее на спинку дивана и подтягиваю бедра к своему паху. Вижу, что течет, как сука, как изнывает от желания, а я не спешу. Головкой упираюсь в задний проход и скалюсь. Напряглась. Боится. А говорила, что смелая. Мои пальцы касаются клитора, трут его. Любит, когда делаю ей так. Стонет и смотрит мне в глаза с мольбой. Мелкая шлюшка, знает силу своего тела, видит, как я злюсь, понимая, что теперь только я её мужчина.

— Если ты меня когда-либо предашь, я тебя убью, все поняла?

Делаю движение вперёд и проникаю в изнывающую желания тугую дырочку и не даю моей девочке возможности пошевелиться.

— Тебе нравится грубый секс? Он тебя заводит? — произношу это грубо, с нежностью сжимая тугие соски. Реагируют. Тру их сильнее и чувствую, что мой член становится больше, пульсирует в ней и требует разрядки.

— Не слышу?! — повышаю голос, делая ещё одно слишком напористое движение.

— Меня заводишь ты, — отвечает девчонка, подаваясь бедрами вперед, — ну же, не томи с подарком.

Порочная, горячая, безумно желанная кошечка выгнула спинку и поддалась бедрами мне на встречу. Ей хочется подарка? Будет ей подарок, но позже. А сейчас я просто хочу разрядиться в неё и почувствовать конвульсивные движения Али. Чертова ведьма, подсадила старика на секс и блестит глазами, когда мои яйца впечатываются в складки.

— Я не против, чтобы ты пошумела, стерва, — продаюсь вперёд, до упора и кусаю ее шею, — мне мало твоих кошачьих стонов.

— Заставь меня, — подначивает, довольная, как сто чертей. Выгибает спину сильнее, вжимаясь в моё тело так, словно хочет раствориться в нём.

Я застываю на какое-то мгновение и смотрю в её похотливые глаза. Я не двигался в ней, а она продолжала яростно насаживаться на меня. Девка-огонь, этим и взяла меня ещё в ту первую ночь. Умело сочетает в себе и скромность, и бессовестную порочность.

Выхожу из нее, вижу, что фырчит недовольно. Я не разрываю наш зрительный контакт и надменно улыбаюсь.

— Готова оседлать своего жеребца? Будешь главной.

Сажусь на диван и сжимаю горящий от желания член, делаю несколько движений вверх вниз, оголяю крупную головку и жду эту дрянь, не прекращая надрачивать свой член.

— Горячо, Кхал, — смотрит на меня во все глаза, затаив дыхание, — даже слишком. Но ты потерял меня ещё на слове "главная", ни за что не откажусь.

Девчонка подходит ко мне, но не спешит забираться верхом. Перехватывает член в свои руки, повторяя подсмотренные движения, затем склоняется и жадно облизывает его, целует обнаженную головку и лишь тогда взбирается на меня, принимая его в себя.

— Не жди пощады, — предупреждает, задвигав бедрами так яростно и ритмично, что я весь напрягся.

Смотрю, как она запрокидывает голову, оголяя тонкую шейку, как скачет её полная грудь в такт движениям, и понимаю, что развязка уже скоро.

— Я близко, — срывается вдруг с губ девчонки, — о, черт, — крепче сжимает ноги, насаживаясь сильнее, — я люблю тебя.

Вижу, как её тело сотрясает в оргазмичных конвульсиях, и заливаю ее лоно семенем, кончая вместе с ней.

— Я задыхался без тебя, моя порочная девочка, — хриплю ей на ухо, вжимая хрупкое тело в себя, — с тобой стал полным неадекватом и голодным извращенцем. Я же был нормальным мужиком, всегда и во всем. За какие грехи ты мне послана?

Не даю ей возможности вырваться, даже член до сих пор напряжен в ней, остатки оргазма не спешат отпускать нас.

— Я задаю себе тот же вопрос в миллионный раз, но у меня нет на него ответа, — проводит пальцем по моему подбородку, целует меня, так же не спеша слезать и прерывать наш контакт.

Смотрит на меня, долго, внимательно, вновь пальцем касаясь шрама от того, где прошла пуля.

— Когда он выстрелил в тебя, мне показалось, что выстрел был в меня. Мне еще никогда в жизни не было так страшно.

— Ты хочешь об этом поговорить? — смахиваю волосы с её губ и пристально смотрю ей в глаза.

Понимаю, что Алю это волнует. Пусть выскажется, легче станет. Этот разговор может нам помочь стать немного ближе.

24

— Нет, — качает головой, поднимает взгляд и усмехается, — я вчера уже всё сказала. Мне стало легче. А ты кусай губы, что пропустил.

— Ты меня шантажирует, дрянь? — наиграно рычу и сбрасываю ее на диван, кусаю за живот и ехидно улыбаюсь, — я же могу тоже прибегнуть к шантажу. Например, никакого секса до завтрашнего утра.

Смеётся, совсем не испугавшись.

— Значит, получится скучная вечеринка, но что поделать. Давай, слезай с меня. Я хочу завтрак, кофе и прогуляться в те симпатичные места, куда ты водил меня в тот раз.

— Никуда мы не пойдем гулять, потому что Евгений отвезет нас в город. Я должен сделать тебе хоть что-то приятное. Извини, что забыл об этой дате. Я помнил, честно. Твое досье до сих пор валяется у меня на рабочем столе. И твоя фотка из Инстаграма, где ты в том сексуальном вечернем платье на выпускном. Кстати кто тот урод, что лапал тебя за грудь?

Я почувствовал, как меня прострелило ревностью. Я вообще идиот? Как дальше с ней собираюсь жить? Или запру ее в четырех стенах и не буду выпускать из секс-рабства?

— Ты не хочешь знать, — качает головой и закусывает губу. — Я вчера рассказывала. Может и к лучшему, что не помнишь, — улыбается ангельской улыбкой.

Затем хмурит брови.

— Да сдался нам этот город? Здесь уютнее. И Женю можем отпустить на внеплановый выходной, пусть даму свою в кино сводит, а мы пошумим, — играет бровью.

Моя рука самовольно лезет к тонкой шейке, а пальцы обманчиво трут кожу.

— Я внимательно слушаю о нем информацию из твоих уст, любимая.

- Моя школьная любовь, — говорит нехотя и качает головой, — и первый сексуальный опыт. Под одеялом. Без света. Презерватив с третьей попытки удалось надеть. Это было ужасно. Хочешь знать, кто был моим следующим партнёром?

Смотрит, и особо не дожидается ответа, перебивая мои мысли:

— Это был ты.

— Я тебе не верю, — я срываюсь с дивана и дико смотрю на Алю. — Ты хочешь сказать, что у вас с Давидом до секса любовь так и не дошла?

— Чёрт, — хмурится девчонка. — Сраное дежавю.

Она поднимается с дивана следом за мной. Кладёт свои ладони на мои ладони.

— Этот разговор тоже уже звучал вчера, я не хочу снова делать тебе больно, любимый. Я не знала твоего сына. Он был младше меня на курс. И я даже не знала, на какой специальности он учился. В день аварии я видела его в первый и последний раз в моей жизни.

— Из протокола: была под наркотой. И не вздумай врать, что это не так. У вас брали кровь на анализ. Ты была невменяемой. И я, зная твою любовь к сексу, охотно верю, что ты могла гульнуть от души в тот день и отвести душу с первым мудаком Вы с Давидом в клубе пересеклись или что вы в хера делали?