Потаенные страхи (СИ) - Хворостянова Варя - Страница 38

— Я всего лишь следовала указаниям Ал… доктора Хаггарда.

— Это большое дело. Мало кто строго соблюдает рекомендации. От этого лечение затягивается на более длительный срок. Скажите, сейчас вас беспокоит что-нибудь?

— Почти ничего. Головные боли появляются намного реже и не такие сильные. В целом все хорошо. Только вот… — девушка начала нервно заламывать пальцы.

— Что? Что такое?

— Обмороки… участились…

— Вы не замечали, из-за чего теряете сознание? — Майя вспомнила последнюю причину и густо покраснела.

— Думаю, когда я слишком сильно взволнована или если не могу контролировать эмоции.

— М-хм… В вашем случае это неудивительно. Все-таки не забывайте о сотрясении. Прошло не так много времени, как вам кажется. Я больше тем удивлен, что для такого небольшого срока вы довольно быстро восстанавливаетесь. Давайте сделаем-ка вот что… Я буду ждать вас два раза в неделю — пока понаблюдаем. Вот вам мой номер телефона, будем на связи. Ну, а пока отдыхайте, меньше волнуйтесь, больше положительных эмоций. Только не слишком сильных.

— Да, я постараюсь.

***

Андрей беспокойно ожидал возле кабинета. Сидеть и ждать в машине он наотрез отказался. Майя сдалась, но в кабинет не пустила. Будь его воля, вошел бы и туда. В последнее время актер не отличался ледяным спокойствием, поэтому вышагивал вдоль коридора, чтобы хоть как-то успокоиться. Но в итоге накручивал себя еще больше. Мысль о сигарете становилась все более и более навязчивой.

"Нет, так не пойдет. Надо взять себя в руки."

Только он присел на небольшую скамейку, как увидел Майю, шедшую в его сторону. Подорвавшись с места, он подлетел к ней.

— Ну что? Что он сказал? — с неподдельной тревогой спросил мужчина.

— Все в порядке. Относительно. Буду приходить сюда пару раз в неделю, показываться.

— А что насчет твоих обмороков? Ты ведь сказала о них? — Горин взял девушку под руку и повел к выходу.

— Сказала. Петр Васильевич ответил, что это довольно частое явление после сотрясения мозга. Поэтому хочет пока понаблюдать меня. Дал свой номер телефона, чтобы всегда быть на связи. Он вообще удивился, что я так быстро пошла на поправку, — уже с раздраженной ноткой в голосе рассказала актриса.

— Позже перешли мне его номер. Чтобы у меня тоже был. А то я потерял.

— Зачем он тебе?

— Я же говорю, на всякий случай. Мне так будет спокойней, — Майя резко остановилась.

— На какой случай? — с подозрением спросила она.

— Ни на какой. Просто хочу перестраховаться, вот и все. — Андрей уловил накаляющуюся обстановку.

— Ты что, не доверяешь мне? По-твоему я что-то скрываю?! — взорвалась девушка.

— Подожди хотя бы до машины, потом покричишь. Не привлекай внимания, — попытался успокоить ее актер, но рыжеволосая, вырвав руку, сама пошла в сторону выхода, резко ускорив шаг.

— Эта девчонка меня с ума сведет… — буркнул Горин себе под нос и, медленно выдохнув, пошел следом.

В порыве гнева актриса совершенно забыла о том, что автомобиль был заперт, поэтому уйти эффектно не получилось. Пришлось ждать, сгорая от стыда за внезапную вспышку ярости. Пиликнула сигнализация и девушка мгновенно нырнула внутрь машины. Молодой человек сел не сразу, дав любимой возможность прийти в себя.

— Порядок? — невозмутимо спросил актер, сев за руль.

— Да… — еле слышно ответила Майя. — Спасибо… и… прости меня.

— За что?

— Спасибо, что позволил самой успокоиться. И прости за то, что сцену устроила.

— Все в порядке. Ничего страшного не произошло. Не волнуйся.

— Это как-то само-собой получается. Я не хотела, честно! Снова все внезапно случилось.

— Я знаю… А номер доктора ты мне все-таки дай. Это только для перестраховки. Я… Я очень боюсь, что если вдруг с тобой что-нибудь случится, а я не смогу помочь… Это… Это ужасно… Бояться за себя — одно, но бояться за любимого и самого дорогого тебе человека — совсем другое и… куда страшнее… Хуже пытки… Понимаешь?

— Понима-аю! — всхлипывая, ответила девушка. — Прости-и-и!

— Вот глупышка. Чего плакать-то?

— Ты такой хороший! А я… я…

— А ты как смотришь на то, чтобы приготовить сейчас что-нибудь вместе? Я не успел позавтракать сегодня.

— Нет! Тебя и близко на кухню подпускать нельзя! Я сама… Только скажи, чего бы тебе хотелось — я приготовлю.

— Хм… Дай-ка подумать… Давай для начала в магазин, а там решим. Идет?

— Идет.

Хитрая уловка сработала безукоризненно. Зная то, что любимая просто обожала готовить, Андрей без труда переключил ее внимание. А если учесть и то, что актриса уже очень долгое время не приближалась к плите — вариант отвлечь ее готовкой оказался беспроигрышным.

Через день Андрея ждал Исаев.

— Ну, здравствуй, мальчик мой. Какие новости расскажешь?

— Вы же и без меня все знаете. Зачем же спрашивать?

— В том-то и дело, что на сей раз я ничегошеньки не знаю.

— Теряете хватку, президент, — усмехнулся актер. — если вкратце, то… ей восстановили руку. С лицом настоятельно рекомендовали подождать несколько месяцев. Но я думаю, что для наших гримеров это не станет большой проблемой.

— Как ее состояние? Девочка сможет вернуться к работе?

— Думаю, да. Осложнений почти никаких, за исключением внезапных вспышек гнева. Еще она… она теряет сознание и в последнее время чаще, чем раньше. Мы проводили тренировки. Она так же легко погружается в роль, а играть стала еще эмоциональнее.

— Хм… Что ж… Думаю, пора нашей звездочке обзаводиться собственным менеджером. Так она будет под присмотром. Да и гримера можно выделить, чтобы слухи не ползли. У меня есть один хороший доктор, как раз специализирующийся на ее случае.

— Ее уже наблюдает доктор Фельдман. Он вел Майю с самого начала.

— Ну хорошо… Пусть будет так… Это все, о чем ты можешь рассказать мне?

— Да.

— Уверен?

— Уверен.

— Тогда поезжай домой, завтра тебе доставят все предложения по работе.

— Я бы хотел их сейчас забрать, если возможно.

— Конечно. Забирай, если унесешь, — мужчина кивнул в сторону письменного стола, где среди прочих бумаг возвышались две здоровенные стопки документов.

— Я… надеюсь, это все? — выдавил актер после минутной паузы.

— Все, — с довольной ухмылкой ответил Исаев.

Дождавшись, пока двери закроются с другой стороны, президент прошелся вдоль кабинета и остановился у окна, наблюдая за городской суетой.

— Неужели ты действительно поверил, Андрюша, что я ничего не знаю? Теряешь хватку, парень.

***

— Алексей Павлович? Алексей Павлови-и-ич…

— А? Что? Я не сплю! Не сплю! — спящий мгновение назад мужчина резко оторвался от стола. Это был руководитель отдела талантов и одновременно куратор Майи.

— Бессонная ночь?

— Ох, и не говори. У дочери сегодня отбор на соревнования по фехтованию. Полночи с женой ее успокаивали.

— Понимаю…

— А ты чего хотел-то, Андрей?

— А я хотел бы забрать предложения для Михеевой. Буду проезжать мимо и как раз передам.

— Эм… Хорошо… Вот сценарии, пусть ознакомится.

— Спасибо. Удачного дня.

***

Тремя часами позже Майя гуляла по парку, наслаждаясь последними теплыми деньками. Зазвонил мобильник. На дисплее высветилось официальное "Горин". Она еще не успела переименовать контакт.

— Алло?

— Привет.

— Привет.

— Не занята сейчас?

— Нет. Решила прогуляться.

— Ты хотя бы не одна?

— Скажу, что одна, и ты расстроишься и упрекнешь меня в беспечности. А если скажу, что не одна — тоже расстроишься и скажешь, что я обманываю тебя, — на той стороне тяжело вздохнули.

— Где ты? Я заберу тебя.

— Я в Ботаническом.

— Ох и далеко же ты забралась. Скоро буду.

— Я возле чайного домика.

— Хорошо. Жди меня там.

Горин, как и обещал, был на месте совсем скоро. Молодые люди посетили чайную церемонию, а после еще немного побродили по парку.

Но за потерю бдительности пришлось платить, улепетывая от толпы неизвестно откуда взявшихся поклонников. Ближе к вечеру Андрей отвез девушку к себе домой.