Мой рыцарь, мой герой - Тенчли Глория - Страница 3

- Я не могу идти, - сердито сказала она.

- Но тебе придется.

Слова были полностью лишены сочувствия, но он взял маленькую ручку в широкую сильную ладонь, и Мэгги почувствовала способность двигаться.

Но с каждым шагом в ее тело словно впивались тысячи ножей. Воспитанная в среде, где проявление слабости считалось дурным тоном, девушка, плотно сцепив зубы, старалась подавить любое проявление боли. Но когда мужчина погасил фонарик и на них снова опустилась темнота, Мэгги не сдержала рыданий.

- Если не можешь хранить молчание, придется снова заткнуть тебе рот кляпом. - Жесткий тон не оставлял никаких сомнений относительно серьезности его намерений. - Ступай тихо и не разговаривай. Если со мной что-нибудь случится, забирайся на дерево и оставайся там. Многим людям не приходит в голову посмотреть наверх.

В следующую секунду она уже спотыкаясь брела за бесшумно двигавшимся человеком. Дверь тихо распахнулась, и Маргарет разглядела каменные ступени, ведущие наверх.

Заперев за собой дверь, незнакомец помог девушке подняться по лестнице, прижимаясь спиной к стене и повернув голову к выходу так, что Мэгги видела только строгие очертания его профиля и густую копну коротко подстриженных волос. Ее ладонь все еще покоилась в широкой мужской ладони, теплой и внушающей уверенность, но девушка истинно женским чутьем понимала, что эта рука может быть холодной и жесткой.

Поднявшись наверх, мужчина замер и прислушивался так долго, что Мэгги чуть не упала в обморок. Затем, явно довольный отсутствием подозрительных звуков, он отворил железную дверь и скользнул наружу, осторожно увлекая за собой свою спутницу.

Светало. Все происходившее напоминало ранее виденные приключенческие киноленты и прочитанные авантюрные романы: галантный загадочный герой, попавшая в беду героиня, трудный путь к спасению. Если бы только Мэгги сумела взглянуть на ситуацию с такой романтической точки зрения, то, наверное, справилась бы с испугом, охватившим ее, когда мужчина начал взбираться вверх по крутому склону горы, немилосердно, как казалось девушке, таща ее за собой.

Через несколько секунд она задохнулась, через несколько минут выбилась из сил, но Маргарет понимала, что должна идти, поэтому сцепила зубы и постаралась забыть про боль. Спутник помогал, перетаскивая ее через валуны, останавливаясь время от времени и давая перевести дыхание. Сердце билось в груди так тяжело, что ничего больше не было слышно, кроме его гулких ударов. Вскоре у Мэгги началась сильная головная боль, к горлу подступила тошнота.

Но все нынешние мучения, вместе взятые, были лучше заключения в ящике без малейшей надежды на спасение. С характерным для нее упрямством, изумлявшим большинство знавших ее людей, она карабкалась за своим неизвестным спасителем, благодарная деревьям, укрывавшим их.

Наконец крутой склон кончился.

- Оставайся здесь, - тихо, почти неслышно сказал мужчина и не церемонясь толкнул ее в расщелину скалы.

Маргарет без сил опустилась на землю, пытаясь разглядеть что-нибудь через кустарник, загораживающий щель, но незнакомец исчез, прежде чем она успела заметить, куда он направился. Тогда девушка положила голову на колени, сжала челюсти, чтобы не дать вырваться стону, который едва сдерживала, и позволила своему телу самому восполнить свои силы в краткий миг передышки. Мэгги все еще не могла отдышаться, когда мужчина проскользнул обратно сквозь покрытые густой листвой ветви почти бесшумно, как зверь.

- Как ты себя чувствуешь? - все тем же низким и тихим голосом спросил он.

- Лучше, - еле слышно ответила девушка, избегая холодного взгляда ясных глаз. - Все будет в порядке. Сколько еще идти?

- С милю. - Увидев, что она испуганно встрепенулась, мужчина продолжал:

- Думаю, безопаснее тебя нести.

Маргарет автоматически отстранилась, но он не обратил на это никакого внимания и легко подхватил ее на руки.

Оказавшись прижатой к могучей груди, девушка затихла и задумалась, почему она не ощущает восхитительного вкуса свободы, которого жаждала в кошмарные дни заточения. Ее должен охватить экстаз, поскольку она ожидала смерти, а обрела спасение. Но ничего подобного не происходило. По телу пробегала леденящая дрожь, и, казалось, какая-то часть ее души-и, возможно, лучшая-осталась в том ящике навсегда.

- Моя машина не очень далеко. Когда доберемся, я положу тебя в багажник, - сообщил незнакомец. Его голос был достаточно тверд, чтобы предупредить любые возражения. Он все еще говорил так тихо, словно их могли подслушать. - Чертовски неудобно, но это необходимо. Я положил туда матрас, чтобы облегчить твою участь. Почти наверняка за мной никто не следил, но нам придется проехать через несколько селений, а мне меньше всего хочется, чтобы кто-то заметил в машине пассажира. Поэтому тебя придется спрятать.

Ее забил озноб при мысли о повторном заточении. Подавив приступ паники, она согласилась.

- Хорошо.

Девушка еще раз обдумала слова спутника, прежде чем медленно спросила:

- А... а мой брат там будет?

- Нет. - Мужчина помолчал несколько секунд. - Он разбирается с теми людьми, которые похитили тебя. Нам с тобой придется лечь на дно, пока все не кончится. Я даже не смогу позвать врача, на случай если у бандитов контакт с кем-нибудь из местных лекарей, но у меня есть кое-какой опыт в медицине.

- Замечательно, - отозвалась Мэгги, решив при случае поинтересоваться, где он получил такой опыт. Курсы по оказанию первой помощи? Пособие, как присматривать за похищенными?

Казалось, незнакомец карабкался вечность. Девушка большую часть пути провела в забытьи, принимая как данность и то, что ее несут на руках, и нарочитую грубоватость мужчины.

Этот человек, должно быть, невероятно силен. Он двигался без всяких признаков усталости.

Мэгги ощущала его постоянную настороженность, быструю реакцию на любой сигнал, посылаемый окружающим миром. Несколько раз незнакомец останавливался и прислушивался. Всякий раз, когда это случалось, девушка заставляла и себя притихнуть, пытаясь унять сердцебиение, успокоить бешеный пульс, перевести тяжелое дыхание. Она тоже напряженно вслушивалась, но не могла уловить ничего, кроме звуков леса-щебета птиц, легкого шелеста ветра в листве.