Мой рыцарь, мой герой - Тенчли Глория - Страница 34

Маргарет тяжело вздохнула. Видимо, армия превратила его в человека без сердца, ожесточила, сделала машиной для убийства.

Явно не догадываясь о ее реакции, собеседник на другом конце провода продолжил:

- Я не смог выяснить, чем он занимался конкретно, но Блейк чист. Он ушел из того агентства четыре года назад, потом выполнял частные поручения...

- Какие?

- Хо... обычные. Законные, но дорогостоящие, не исключающие возможности насилия. Можно заработать огромные деньги в короткий срок, если имеешь мозги и не боишься смерти.

Два года на секретной службе, последние четыре года - выращивание цветочков. Все совпадало.

- Значит, я могу ему доверять?

- Я бы доверил такому парню свой кошелек, - осторожно заметил собеседник, - и даже собственную жизнь. Но если бы я был женщиной... Ну, не знаю... Согласно заявлению одного из завистливых осведомителей, он когда-то отбиться не мог от поклонниц. За ним прочно закрепилась репутация человека, не склонного к нежным чувствам, но дамочек это, похоже, не останавливало.

7

Еще раз извинившись за беспокойство, да еще среди ночи, Маргарет положила трубку с чувством, близким к облегчению.

Последние пять лет она не доверяла собственному сердцу, когда речь заходила о мужчинах. Разумом Мэгги не принимала Ричарда, поэтому предпочла Говарда, полную ему противоположность. И наверняка была права. Тем более что Ричард использовал ее, и, несомненно, Маргарет ничего для него не значила. Но, по крайней мере, он не был преступником, каковым она его считала все последние годы.

Конечно, Ричард бесчувственный человек. Он и не представляет, что сотворил с нею пять лет назад.

Маргарет не будет заблуждаться и приписывать ему несуществующие качества, лишь бы потешить свою романтическую душу. Но теперь она знала, что Ричарду можно доверять, так отчего же не отдохнуть с ним вечером в ресторане и не разогнать призраки прошлого?

Девушка выбрала платье попроще. Она не знала, какую сумму мог позволить себе истратить ее сегодняшний спутник. Мэгги понятия не имела, приносило ли разведение роз большой доход, хотя Ричард наверняка обеспечил себе безбедную жизнь былыми частными поручениями, "законными, но опасными" занятиями, где большую, помощь оказывало отсутствие страха перед смертью. От этой мысли у Маргарет закружилась голова.

Одевшись, она подошла к зеркалу. На ней было вечернее платье без особых затей - шелковое, столь любимых ею оттенков золотой осени. Распущенные волосы свободными волнами ниспадали на плечи. Из украшений Мэгги надела лишь нитку жемчуга, подаренную братом к двадцатилетию.

Гадая, какие отличия усмотрит в ней Ричард, Маргарет внимательно разглядывала свое отражение в зеркале. В Шотландии она была худенькой, кожа-сальной и шершавой, волосы-тусклыми и посеченными, невзирая на ежедневное мытье. Теперь ее матово-бархатистая кожа привела бы в восторг любого фотографа. Голубые глаза дерзко сверкали. Волосы обрели жизнь и блеск. Маргарет горделиво повернула голову, рассматривая себя. И скорчила гримасу.

Идиотка!

Полностью подготовившись на десять минут раньше установленного срока, девушка расположилась в кресле перед окном и устремила взор на залив, напряженно сцепив пальцы. Все начиналось снова. То же томление в крови, тот же нервный холодок, пробегающий по коже.

Вспомни, он не принц на белом коне, раздраженно одернула себя Мэгги.

Ладно, он солгал тебе тогда, спорила не сдававшая позиций часть ее души. Но ему пришлось так поступить. А теперь Ричард вновь ищет с тобой встречи. Это должно что-то значить.

Маргарет попыталась остановить поднимающуюся волну возбуждения, делавшую ее слишком уязвимой. Она уже не восемнадцатилетняя девчонка, влюбившаяся в своего спасителя. Старше на пять лет, она зрелая дама, почти помолвленная, имеющая ученую степень в области делового администрирования, сама управляющая своей жизнью. Хотя в ней осталось еще очень много от той наивной девочки. Так что решение отправиться обедать с мужчиной, единственным, кто заставил ее пережить чувственное влечение, грозило стать самым опасным поступком из совершенных ею за последние пять лет.

Маргарет вздрогнула от звонка телефона, но трубку сняла лишь после четвертого.

- Мисс Беннет, это вы? - раздался приятный голос девушки-портье. - Я скажу мистеру Блейку, чтобы он поднимался.

- Нет, не надо. Я спущусь.

В великолепном вечернем костюме, светлой сорочке Ричард прекрасно смотрелся в интерьере отделанного мрамором фойе, где ласково журчал фонтанчик.

Задержавшись на мгновение у дверей лифта, Маргарет определила, что его костюм явно сшит на заказ. Элегантность покроя только подчеркивала суровый облик мужчины.

Гордо посаженная голова человека, привыкшего повелевать, повернулась, и девушка в полной мере ощутила воздействие его взгляда, с проницательной настойчивостью отыскивающего проявления ее слабости.

Ловя на себе восторженные взоры присутствующих, Маргарет изобразила приятную, светские сдержанную улыбку и направилась поприветствовать мужчину.

Маргарет протянула руку. Конечно, она ожидала, что Ричард просто пожмет ее, но как же девушка изумилась и смутилась, когда он поднес утонувшую в его ладони нежную кисть к губам и поцеловал.

- Боже! - вырвалось у нее. - Такого уже никто не делает, Пэр... Ричард, разве что преклонного возраста европейцы, приветствующие еще более древний антиквариат!

- Я живу по своим правилам. - В глубине темно-синих глаз мелькнуло нечто, не поддающееся определению.

О да! У него на все имелись свои правила. И если он причинял людям боль, значит, им просто не повезло.

Автомобиль Ричарда стоял перед входом в отель. К удивлению Маргарет, швейцар почтительно обратился к Блейку по имени, распахивая перед нею дверь.

А чему, собственно, удивляться? Он выделялся из толпы; рост и осанка делали Ричарда легко узнаваемым. Как ему все-таки удалось стать секретным агентом с такой бросающейся в глаза внешностью? Мэгги расположилась на переднем сиденье автомобиля и принялась рассматривать красивые улицы Сиднея, преувеличенно надменно вздернув подбородок. Пять лет назад Ричард держал в руках ее жизнь, теперь пришло время ей обрести самостоятельность и объявить о своей независимости.