Цель оправдывает средства. Том 2 (СИ) - Сергеевич Илья - Страница 475

— Давали им время поразмышлять и найти в себе Равновесие.

— И с каждым годом таких становилось все больше и больше, — заметил смотритель. — Поверь мне на слово — мои хроники самые полные во всем том, что касается учений Темной и Светлой сторон.

— Ты хочешь сказать мне, что раскольники всегда найдутся, — согласился я. — Это понятно и…

— Нет, тебе не понятно, — сокрушенно вздохнул голокрон. — Дело не в раскольниках. Дело в разумных. Многие из нас рождаются нейтральными к Силе — какое учение заинтересует к тому и двигаются. Но рождаются и те, кто имеет предрасположенность к Темной или Светлой. Это их генетические особенности. И вместо того, чтобы косить всех под одну гребенку, делать безликих болванчиков, которые худо-бедно освоят азы твоего учения и останутся рядовыми адептами, не лучше ли проявить дальновидность? Понять их истинную суть — это не сложно. И позволить им развиваться в том ключе, в котором простирается их подлинный талант.

— Но в таком случае они запросто смогут организовать очередной раскол — и пойти войной на остальных адептов.

— Соображаешь. Это хорошо. Но, вспомни, я уже говорил — и с помощью Темной стороны можно совершать благо. А вооружившись Светлой — нести хаос. Вопрос лишь в мотивации.

— Или в умении правильного обучения, — прищурился я. Кажется, я понял, к чему ты клонишь, голокрон. Но, давай-ка сыграем в игру — слегка туповатый слушатель и мудрый наставник. Говори мне больше, чем хотел бы. — У меня тысячи действительных адептов Единой силы и с десяток тысяч — потенциальных.

— Количество — не качество, — резонно заметил смотритель. — Лишь небольшой процент от общей массы одаренных действительно способен понять все прелести Единой Силы — в полном ее аспекте…

— Я, например, смог.

— Повторяй эту фразу почаще и сможешь сам в нее поверить, — пообещал смотритель. — Я — сторонний наблюдатель. Я сужу по тому, что вижу и чувствую. О тебе много говорили в этой комнате, Рик Доуган. За толстыми стенами и вблизи кладезя мудрости. Мне было интересно, когда ты придешь сюда.

— Вот как… Ты ждал меня.

— Да. Когда магистр Йода советовался со мной по твоей личности, описывал тебя, твои способности, мне было интересно самому понять — что же ты за человек. И вот ты здесь.

— И что скажешь?

— Тебе это не понравится.

— Обещаю не взрывать Великий голокрон.

— Я не за себя боюсь, Рик. Истина — опасное оружие. И произнесенная не в нужном месте и в ненужное время, она способна погубить даже лучшие и помыслов.

— И все же?

Смотритель задумался. Затем сказал:

— Ты ошибаешься.

— В чем же? Ну, если не считать того, что я уверен в необходимости Единой Силы для всех своих последователей, а ты нет.

— Я уверен в том, что представители Темной и Светлой сторон Силы в состоянии сотрудничать друг с другом во имя достижения результата, — заявил смотритель. — Ты же перманентно записываешь их во враги. Но, почему они должны сражаться друг с другом, если хотят блага? Просто, каждый по-своему.

— Хороший вопрос, — признался я. — До сих пор понять этого не могу.

— Тогда позволь тебе подсказать, — произнес смотритель. — Радикалов ты не изменишь — от них и в самом деле следует избавляться. Они опасны — не только для себя, но и для окружающих. А вот остальные…

— Общая цель, — сообразил я. — Нечто, чего хотят все стороны конфликта.

— Верно, — обрадовался голокрон. — Не победы одной философии над другой, а всеобщего блага — или максимально близкого к нему состояния, ибо абсолютные величины эфемерны и недостижимы — пределы есть лишь в нашей голове. В истории уже были примеры того, когда джедаи и ситы — не учения, а представители, объединялись ради достижения общей цели.

— Точнее — против общего врага, — поправил я.

— Именно так, — согласился голокрон. — Концепция действенна и проверена временем. Адаптируй и получишь действительный, а не мнимый результат.

— Звучит неплохо, — признался я. — Но остается один вопрос.

— Наконец-то вопросы, — улыбнулся смотритель. — Не терпится их услышать.

— Помощь не бывает бесплатной, — пояснил я. — В чем твоя выгода от того, что одаренные под моей властью будут работать вместе, а не продолжат себя кромсать направо и налево?

— Они продолжат это делать в любом случае, — предупредил смотритель. — Такова природа непримиримых. А помощь… Я же должен помогать юным умам. Кредиток мне платить не нужно.

— Знаешь, мне уже преподносили дары от чистого сердца, мне не очень понравилось то, что из этого вытекает. Не хочу быть обязанным. Ни тебе, ни Мать-Машине, ни Вишейту, ни кому бы-то…

— Причем здесь Вишейт? — голос смотрителя стал угрожающе подозрительным. — Он побежден. Трижды. Как Вишейт, как Валкорион, как Тенебри.

— И продолжает жить живее всех живых, — пожал плечами я. — Сперва наставлял меня как бестелесный дух, намереваясь моими руками захватить галактику, а когда понял, что меня это не интересует от слова совсем, то раздобыл себе тело и сейчас наверняка мелко гадит в стороне.

— Тенебри никогда не гадит мелко, — голос смотрителя стал жестким, — каждый его план — это план в плане, внутри которого еще план и догадайся, что будет если последний раскрыть.

— Еще план.

— Он учил тебя?

— Вроде того. Утверждает, что создавал меня и моих предков тысячелетиями, прививая с каждым новым поколением лучшие качества от всех своих врагов. Стремился создать идеального ученика, который под его мудрым руководством приведет галактику к миру и процветанию, прекратив все конфликты и войны между одаренными…

— Твоя концепция Единой Силы — его рук дело?

— Начиналось все именно так, — не стал скрывать правду я. — Он выбрал меня, потому что ему был необходим слепой, но могущественный инструмент, способный сделать всю грязную работу. Потому и нашел меня — сирого, убогого, одарил своим вниманием и заботой, дал возможность почувствовать власть, реализовать прежние желания и мечты.

— Значит, сейчас я просвещал ученика своего врага, — усмехнулся голокрон. — Хитро… Значит, он решил отправить сюда тебя, чтобы выведать мои тайны и уничтожить. Избавиться от угрозы, как он это сделал с духом Нага Садоу перед тем, как вторгся в Республику?

— Нет, — я покачал головой, переваривая слова смотрителя. — Вишейт перехитрил самого себя…

— С ним такое случается — видит картину в целом, не подмечая особенностей ландшафта, — согласился смотритель. — У тебя та же проблема — мы в этом убедились. Почему ты пошел против Вишейта?

— Потому что не идиот, — покачал головой я. — Кто поверит многотысячелетнему ситу, который пытался уничтожить галактику, чтобы жить вечно и перестроить ее по своему усмотрению? Или хотел захватить в ней власть, избавившись от конкурентов чужими руками, а потом захватить тело победителя и править от его имени? Не знаю как кого, но меня такие перспективы не устраивают.

— Вот как? Тогда в чем же твой интерес?

— Эта галактика слишком мала для нас двоих, — пояснил я. — Уходить я не собираюсь, а он явно не оставит попыток от меня избавиться.

— И?

— Мне нужен совет.

— Как победить его?

— Его уже побеждали. Я хочу его уничтожить — раз и навсегда.

— Уверен, что это возможно?

— Ничто не вечно. Должно быть слабое место. Вишейт способен продумать план на тысячелетия вперед. Но ему не хватает прозорливости дабы обезопасить себя от мелких проблем, грозящих катастрофой. Самомнение ослепило его.

— И не только его, — с грустью признал смотритель. — Вишейт — это зараза, которая отравляет все, до чего успела дотронуться. Ты это понимаешь, но не осознаешь масштабы.

— Так помоги мне их понять.

— В свете твоих слов о том, что он жив — не уверен, что даже я смогу. Я убивал его тело, я убивал его дух, я разрушал его разум… И он все равно жив.

— Так может, стоит уничтожить его источники силы? — предположил я. Забавно вот так внезапно понять, что беседуешь со своим кумиром. — Ты знаешь его лучше, чем кто-либо другой, Герой Тайтона. Помоги мне.