Цель оправдывает средства. Том 2 (СИ) - Сергеевич Илья - Страница 484

Я поглощал ее, вместе с тем, что осталось от Цина Драллинга. Я впитывал все, что он мог предложить — его Силу, его знания, его эмоции и желания, переваривал их и мгновенно превращал в часть себя. Поглотить ее и оставить внутри себя я просто не мог — Цин Драллинг поглотил слишком много Силы, чтобы ее можно было удержать в себе, не опасаясь потери своего Я и физического воплощения.

Он сослужил мне еще одну службу — усваивая его Силу, я стимулировал усвоение всех остаточных знаний. Все, что когда-либо осталось незаконченным, неусвоенным из знаний поглощенных мной Призраков, все сейчас перерабатывалось, прогонялось перед моими глазами и становилось моим. Столь отчетливым, словно осязаемым. Уже не как старые воспоминания, до которых еще было нужно докопаться, а как яркие образы современной жизни. То, что я никогда не забуду и всегда смогу использовать.

Знания Дарта Марра.

Знания Карнесса Муура.

Знания Героя Тайтона.

Все это отныне мое.

Светлая сторона Силы впитывалась мной без остатка. Она обжигала и причиняла боль. И я пускал ее на заживление своих ран, стимулируя свой организм на обновление клеток. Без этого меня просто сожжет без остатка — энергии слишком много.

Цин Драллиг пытался сжечь меня Светлой стороной Силы. Я принимал ее и обращал себе во благо. Поглощал все, что он мне мог дать, и требовал еще больше. Буквально вытягивал из него то, что он намеревался использовать иначе. Моя погибель стала моим спасением.

Я видел величие Светлой стороны Силы и отдавал должное джедаям. Мое отношение было к ним обоснованно предвзято, и до сих пор я не верил, что хоть кто-то из них может перечеркнуть свою судьбу, возвыситься над прежними устоями и стать лучше. Я понял истинное значение слов Героя Тайтона о предрасположенности и талантах. Я сделал выводы на основании своих собственных наблюдений и опыта. И знал, что следует делать впредь.

Сколько продолжалось все это сложно сказать. В океане энергии очень сложно следить за временем. Особенно, когда перед твоими глазами мелькают знания тысяч поколений. Ты словно выпадаешь из реальности и существуешь в некоем собственном мирке, подчиняющимся собственным законам.

Я знал ответы на тысячи вопросов.

Я понимал сущность бытия и Силы.

Я знал, что от поглощения того, чем стал Цин Драллинг не стану сильнее в плане могущества неприкрытой Силы — всю его мощь я тратил на омоложение своего тела, излечивание ран и усвоение знаний. Но я обрел знание, которое не снилось ни одному джедаю или ситу.

Я обрел понимание Силы.

Ее глубинных процессов, перипетий, противоречий и нюансов. Сила говорила со мной, сперва шепотом, словно не верила в то, что я могу ее понять. Затем, с каждой секундой, по мере того, как Сила — не Светлая или Темная Стороны, а именно ЕДИНАЯ СИЛА, то, чем она является изначально, повышала тембр своего голоса, втолковывая мне то, что одаренные могли познать лишь слившись с ней. Она манила меня стать частью себя, отказаться от мирского и физического воплощения. Она обещала мне покой Светлой стороны и заискивающе шептала о великой мощи голосом Темной. Она пророчила величие — стоило только сказать «да» и оставить всю эту возню с недостойными меня разумными, которые столь алчны и недальновидны, что развязывают войны из-за таких пустяков как свобода и личная власть… Право, какая глупость. Свобода может быть только в объятьях Силы, когда становишься ее частью…

И меня это не устроило.

Сила опечалилась тому, что я услышал от нее все, что захотел, но не прельстился покоем и мощью в ее объятьях. Я сказал «нет» и решительно отверг предложение прекратить свою мирской путь. Сила не понимала. Она открыла мне все свои секреты, и считала, что этого достаточно, чтобы закончить жизнь. Ведь не в понимании ли Силы смысл каждого одаренного? Достичь своего логического финала, предела. Разве добившись всего, стоит продолжать жить?

Да, Сила. Стоит.

Еще как стоит. Мой путь — не только самосовершенствование.

Мой путь — величие моего народа.

И не важно — обычные они разумные или одаренные.

Благо для всех моих граждан, сторонников, последователей — и пусть никто не уйдет обиженным. Я готов наставить на пусть истинный джедаев, ситов. Призвать их к порядку и стать медиатором в этом многотысячелетнем конфликте. Демилитаризованной зоной, что будет наблюдать за порядком и обеспечит отсутствие новых войн.

Я не избавлю галактику от войн или противоречий — это естественный порядок вещей. Но в моих силах сделать так, чтобы больше это не несло опустошительного характера. Чтобы народы не исчезали по милости тех, кто считает себя венцом творения. А религия не возобладала над логикой, остановив крестовые походы против инакомыслящих.

«Нет!», — решительно заявила Сила. — «Это неправильно!».

Она говорила мне, что конфликт — это естественный порядок вещей. Конфликт помогает совершенствоваться и двигает научно-технический прогресс. Очень знакомое мировоззрение. Я его не разделяю.

И Сила это знает.

Сила это не приветствует.

Сила велит мне не вмешиваться, но понимает, что я не дам ей такого слова, ибо нарушу его.

И Сила понимает, как ей следует поступить.

Она забирает свои дары, оставляя после них приторное послевкусие, столь приятное, что оно будет сжирать меня остаток жизни в попытке постичь его вновь.

Сила милосердна — она оставляет мне то, что у меня уже было. Она оставляет мне мое могущество, мои знания — все то, что я усвоил. Но Сила коварна — она забирает то, что может дать мне неоспоримое преимущество.

Сила забирает знания Великого голокрона, но оставляет мощь поглощенного мной Призрака Героя Тайтона. Она оставляет мне Силу, но откатывает мой арсенал представления о себе до того момента, когда я усвоил свой самый могущественный багаж знаний.

И Сила прощается со мной. Она заверяет, что всегда будет рядом, и никогда не оставит. Она будет ждать, когда я пойму истину и сольюсь с ней. А до тех пор — мне придется пройти этот путь самостоятельно.

Сила отпускает меня.

Рухнув на колени, потянулся в сторону, дабы избавить желудок от содержимого.

Голова кружилась.

Тело ломило.

Кровь бурлила, а мысли устраивали гонки, никак не желая связаться воедино.

Я чувствовал, что меня разбивает крупная дрожь, словно только что нырнул в прорубь и выбрался погреться на мороз. Зубы отбивали чечетку, а руки напоминали о синдроме Паркинсона.

А еще передо мной лежало тело.

Я подполз к нему, прекрасно понимая, кто это.

Цин Драллиг замер, лежа на спине. Его глаза были открыты, руки сложены на груди. Он не дышал и был холоден на ощупь. Цин Драллиг умер, достигнув наивысшей точки просветления, доступной джедаю.

Он проиграл в сражении мне, но победил в войне за свою душу.

Мертвец улыбался. Слабое остаточное влияние Силы, разливающееся вокруг него, дало мне понимание — он не был зол на меня. Он вообще особо не питал каких-то эмоций. Он жил по своим принципам, уверенный в их правоте. Он сделал свой выбор много лет назад и не отступил от него ни на шаг.

Мертвый джедай вызывал лишь восхищение своей целеустремленностью.

С трудом поднявшись на ноги, обозрев свою одежду и броню, превратившиеся в безобразные лохмотья, я благодарностью взглянул на покойника.

— Спасибо, — произнес я, закрывая рукой его глаза. — Да пребудет с тобой Сила.

Пошатываясь, Бессмертный Император, получивший самый важный урок за свою жизнь, направился к замершим без движения в ожидании приказов имперским коммандос, наблюдавшим за мной с восхищением и плохо скрываемым интересом.

Пора было ставить точку и покинуть эту обитель благодетели, превратившуюся в мрачный склеп.

***

Он пятился, исступленно блокируя удары своего противника.

Меч девушки рисовал в воздухе огненные дуги. Она вертелась, рубила, колола, теснила джедая-наутоланина. Невооруженным глазом было видно, что Фисто запыхался.

Его стиль фехтования — Шии-Чо, который он познал в совершенстве, на самом деле мог дать фору любому. Дураки те, кто считают, что существуют слабые и сильные стили фехтования. Все зависит лишь от фехтовальщика.