Няню вызывали? или Любовь (не)подарок (СИ) - Мишина Анна - Страница 3

— Еще раз приносим свои извинения.

Оказавшись в машине, снова оглядываю расплывшееся пятно на одежды и вздыхаю с сожалением. Поужинал твою бабушку. Чуть приданного не лишили.

Завожу машину и выруливаю со стоянки, направляясь в сторону дома.

Глава 2. Люба

— У меня дома какой-то дурдом, — кричу в трубку, прикрывая динамик, стараясь тем самым отсеять лишние звуки, которые кажется, раздаются по всему дому. Даже моя комната подверглась жесточайшему нападению малышни четы Елисеевых старших.

— Кто там у тебя? — перекрикивает Снежка. — Ты на вокзале что ли?

— Да дома я. Это просто ужас. Ночью приехала родня с Владика. Тут детей полный дом, это еще не считая родных. Мама моя дорогая, — после очередного разгрома своего потайного ящичка, где хранила свои детские любимые игрушки, я просто впала в депрессию.

Нет, от своих троих братьев я смогла спасти свои реликвии. Но вот от этих Елисеевых это оказалось просто не реальным.

— Стоять! — рявкнула я в сторону двои девчушек, которые, по-видимому, решили разорвать моего любимого медвежонка на две части, так как явно не поделили его между собой. — Это мой медведь, — вскочила с кровати и, добежав до них в два больших шага, выдернула из маленьких ручек.

Потеряв свою добычу, две маленькие засранки, примерно четырех лет от роду, завизжали так, что мои перепонки чуть не лопнули, как стекло от звонкого голоса вокалиста. И ринулись в сторону кухни. Маленькие ябеды.

— Люба, — не прошло и минута, как раздался голос мамы. — Дай ты им этого зверя.

— Ни за что! — кричу в ответ и вообще. Это моя комната или что? Что за нафиг происходит? Этих детей кто-нибудь будет воспитывать?

Больше не желая задерживаться, я натягиваю свои любимые джинсы, рубашку. Хватаю рюкзак с учебниками, а в коридоре натягиваю кеды и толстовку.

— Мам, я ушла, — кричу в сторону кухни, и еще раз дернув свою дверь, чтобы убедиться, что заперла ее на ключ, дождалась, когда мама выйдет меня проводить.

— А позавтракать? У нас почти готовы сырники, — стирает следы муки с щеки, и вытирает руки о фартук.

— Я на работе поем, — целую в щеку и выбегаю из дома.

— Все вы мою Любушку нервируете, — тут как тут появляется бабуля. По наряду вижу, что куда-то намылилась.

— Ба, никто меня не нервирует, — вздыхаю я. — Но ты ведь сама видишь, да? — указываю рукой, на проносящихся мимо детей.

— Вижу, — вздыхает она.

— Любчик, ты куда? — подлетает во дворе дома двоюродная сестра?

— На работу, — поправляю рюкзак на плече и шагаю бодрой походкой к воротам.

— Странная ты, — усмехается девчонка.

— И чем же? — оборачиваюсь от любопытства услышать ее ответ.

— А тем, что твои предки достаточно зарабатывают, чтобы тебе не работать, пока ты учишься, — пожимает плечами и усмехается.

— Ты бы лучше за сестрами присмотрела, пока они весь дом не разнесли. Или пока наши близнецы их не заперли на чердаке, — и, развернувшись, продолжаю свой путь.

Вот растишь их, растишь, а потом вот такое выдают эти детки. Работать не надо. Считают родительские деньги. Я с ней вообще не согласна.

Затыкаю уши наушниками и, топаю к остановке, которая находится за пределами коттеджного поселка. Отец снова расстроится, что не воспользовалась его водителем. Но мне и, правда, одной спокойнее. И никого не нужно загружать своими проблемами.

— Ты где? — звоню подруге, так как нам так и не удалось договорить из-за беспредела в моем доме.

— На работу двигаю, — усмехается Снежка. — Ты, судя по отсутствию посторонних звуков, так же поступила?

Со Снежанкой мы дружим уже пару лет. Познакомилась с ней на вступительных экзаменах в институте. Зацепились языками, и до сих пор не может отстать друг от друга.

— Ага, вот до остановки дошла. Сейчас автобус должен пойти. Через тридцать минут буду в кафе, — отключаю звонок, переводя снова на музыку.

Так удается немного расслабиться.

Забираюсь в подъехавший автобус, оплачиваю поездку и усаживаюсь на сидение у окна, и, прислонившись головой о стекло, закрываю глаза. Кажется, это будет супер длинный день. Если учесть, что я не выспалась. Думая, что смогу подучить лекцию, а в итоге приехала родня и выбила почву из-под ног.

— Девушка, ваша остановка, — кто-то дергает за плечо, и я открываю глаза, натыкаясь на насмешливый взгляд рядом сидящей пассажирки. — Водитель просил вас разбудить, — понимающе улыбается.

— Спасибо! — вскакиваю с места и направляюсь в сторону выхода. — Спасибо Сань, — благодарю водителя, парня немногим старше меня, и наконец, оказываюсь на свежем осеннем сентябрьском воздухе.

Хотя я, наверное, погорячилась по поводу свежести. Загазованный осенний воздух. Городской, одним словом.

— Любаша, — на шее виснет Снежка. — Я тебя таки дождалась, — усмехается подруга. — А ты снова чуть не проспала свою остановку?

— Ага, хорошо на маршруте был Санчо. Он уже знает, где меня нужно выпинывать из автобуса, — улыбаюсь в ответ. — Ну что? На работку, а потом на учебу, — заключаю я и, взяв свою любимую блондиночку под локоток, зашагали с ней по центральной улице в сторону уютной кафешки, где обе работали официантками.

День проходит тихо и спокойно. Периодически поглядываю на часы. Почему-то именно сегодня не хочется опаздывать в универ. Хоть он и находится в пятнадцати минутах езды отсюда, но что-то подсказывает, что именно сегодня мое везение даст полноценный сбой в своей системе. Вот чувствую это пятой точкой, хоть убей.

И все выходит именно так как я и предполагала. Очередной мажорчик решает меня задеть своими постоянными замечаниями и вопросами. Но на его беду я узнаю его. А вот он меня видимо нет. Ничего, я тебе припомню, при случае.

Сидит вальяжно, что-то тыкая и перелистывая в своем телефоне, изредка кидая взгляд в окно. Вот когда задумчив, очень даже симпатичен. И кажется, что у него действительно что-то в его симпатичной головушке имеется. Но стоит ему кинуть взгляд в мою сторону…ан нет, основная часть мозга у таких как он находится чуть ниже уровня стола, за которым он сидит.

И я ведь совершенно не собиралась его калечить. Но случай подвернулся как нельзя кстати. Я ведь даже передала стол его Снежанке, чтобы не дай бог не натворить глупостей. А тут он сам налетает на меня, когда я несу свежесваренный американо за другой столик.

Ох, какой он злой. Так и мечет молнии взглядом. И мне ничего не остается, как только пожать плечами. Ну, ведь сам виноват. И про ампутацию это я так, со зла. Почему бы не признать, что сам виноват. Или свалить все действительно на случайность. Но нет, мой внутренний голос кричит: лови бумеранг, засранец. Будешь знать, как обижать девочек не своего уровня, который он, кстати, сам и нарисовал. Уровень этот. Нахал ты этакий.