Ты - моя рана (СИ) - Эндри Полина - Страница 24

— Да, Кир, — вполголоса сказала я, и теплая улыбка образовалась на моих губах. Мне не нужно было думать, чтобы ответить. С ним я готова хоть на край света… — Я согласна.

Кир облегченно выдохнул, одновременно с этим прикрыв глаза. Прошло несколько мгновений, прежде чем он ожил и прильнул ко мне, захватывая в плен своих губ. Он целовал меня снова и снова, и я охотно отвечала, но с каждой секундой всё больше улавливала… Отчаяние. Мне показалось, что он делал это так, будто я могла в любой момент исчезнуть. Поцелуй становился более страстным, когда Кир неожиданно подхватил меня под ягодицы и легко поднял над полом, вырывая из моего рта испуганный писк. Он вжал мое тело в свое, обернул мои ноги вокруг своей талии и резко развернулся, а я почувствовала, как моя спина ударилась об что-то твердое. Стена. Кир прижал меня к ней, самозабвенно набрасываясь на мой рот. Он вдруг целовал меня так, словно не мог насытиться. Словно… В последний раз. Покрывал мою кожу хаотичными касаниями губ, двигаясь по всему лицу, а затем вниз и обратно.

— Ты нужна мне, — раздался отчаянный шепот, а за ним последовал смех. Но не «эй, посмотрите, я счастлив» смех, а другой. Совсем невесёлый. Печальный. Отчаянный. И от услышанного у меня внутри всё сжалось. Кир говорил так, будто внезапно ему открылось это знание. Будто он сам был в шоке от своих слов.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Боже, ты так нужна мне, — говорил он как в бреду, продолжая прерывисто целовать меня. Его руки сдвинулись на мои бедра, сдавливая их так сильно, что мне стало немного больно. Он вжался в меня всем телом, не оставляя между нами пространства и в любой другой момент я бы просто отдалась своим чувствам. Но… Сейчас было всё не так. Я ощущала в его теле дрожь, я чувствовала, как болезненно сжимается мое сердце в ответ на его ласки. Страх сковал мои конечности, и непонятное предчувствие заполнило мое нутро.

— Кир, — я едва нашла в себе силы заговорить. С трудом оторвала от мужественных плеч ладошки и накрыла ими его щеки, заставляя его прекратить поцелуи и поднять голову. — Кир, посмотри на меня, — его глаза были закрытыми, но я не отступила. — Пожалуйста, Кир.

Он боролся с собой. Несколько долгих мгновений боролся, прежде чем повиновался. Открыл глаза, глядя прямо в мои. И в этот момент мое сердце наполнилось тяжестью.

Он был уязвим. Я впервые видела его таким, — раненым зверем, который искал утешения и ласки. Который льнул ко мне так, как никогда раньше.

— Скажи мне… — я вдруг утратила всю свою силу, чувствуя, как щемящее чувство облепило мое сердце со всех сторон. — Скажи мне, что случилось?

Он вздрогнул и ослабил хватку своих рук, после чего опустил голову, делая рваные выдохи, прежде чем ответить:

— Ничего, — Кир перехватил мою ладошку и начал покрывать её поцелуями, двигаясь к запястью. — Ничего не случилось.

Но он избегал смотреть мне в глаза. Вместо этого целовал без остановки и наощупь пытался стянуть с меня фартук. Я сильнее обхватила ногами его талию и не стала сопротивляться, когда этот кусок ткани полетел в сторону, а за ним моя футболка и лифчик. Кир отточенными и поспешными движениями избавлял меня от одежды, но когда он дошел до шортов, вдруг замер и с тяжёлым дыханием закрыл глаза.

Он пытался усмирить свой пыл.

Я видела эту борьбу, видела, что его контроль болтался над пропастью, но мне было нужно, чтобы он потерял его. Мне было нужно, чтобы он успокоился, даже если единственный способ для этого — грубый секс.

Я потянулась к нему, зарылась пальцами в его волосы и поцеловала, дав ему понять, что я принимаю его любого. Делай со мной всё, что захочешь, любимый, я не стану тебя упрекать.

Раздался треск ткани, и у меня перехватило дыхание, когда с меня слетели шорты. Он разорвал их. Вот так просто. Одним движением. Следом отлетели мои разорванные трусики и Кир вжал меня в стенку, завлекая поцелуем. Звякнула пряжка ремня, а за ней расстегнулась ширинка.

Я почувствовала лёгкую боль в лопатках из-за давления в стенку и наряду с этим приятное томление внизу живота, когда Кир одним плавным толчком вошёл в меня полностью. Вопреки моим ожиданиям он не двигался. Замер, склонив голову в изгиб моей шеи и громко дышал. Я обхватила ладошками его шею, скользила пальцами вверх и вниз, поглаживая волосы и натянутые рубашкой плечи. А затем все изменилось. Он поднял лицо и глубоко поцеловал меня, одновременно делая первые толчки.

Я застонала в удовольствии, ощущая, как он начинает ускоряться. Мой живот предвкушающе сжался, и я вдруг услышала, как он шептал напротив моих губ. Сквозь пелену сладкого дурмана было трудно разобрать, но потом я поняла смысл.

— Пожалуйста, Саша. Пожалуйста, ты нужна мне, — взмолился он, а затем: — Прости, прости, прости.

Снова и снова он повторял мое имя, снова и снова умолял простить. Что-то надломилось внутри меня в этот момент и я закрыла глаза, чувствуя как по моей щеке неконтролируемо покатилась слеза. Я не знала, почему он просит меня об этом, но отчаянная боль, сочившаяся из его голоса, въелась в меня и заполнила мое сердце.

Я ощущала, как он стремительно терял контроль над собой. Его движения стали более лихорадочными, дыхание рваным и тяжелым. Он прижался губами к моим губам, шепча эти слова, сильнее и крепче вдавливая меня в стенку, когда я почувствовала, что он близок. Сдавленный вздох прорвался сквозь поцелуй, и его плоть горячо запульсировала во мне, изливаясь в мое лоно.

Несколько секунд ничего не происходило. Его дыхание смешивалось с моим, его губы были на моих дразнящими прикосновениями. После этого Кир вышел из меня и в несколько движений застегнул штаны, затянув их пряжкой ремня. Затем отстранился достаточно далеко, чтобы встретиться с моим взглядом. Прежняя пелена упала с его глаз и теперь он смотрел на меня иначе.

— Ты не кончила, — ровным голосом сказал он и, поцеловав меня в губы, вытянул руку, двигаясь ею вниз по моему телу. Я резко перехватила её и покачала головой, не позволив ему сделать то, что он хотел.

— Это неважно, — я улыбнулась, но не смогла скрыть за улыбкой грусть.

— Но…

— Кир, — я прилепила ладошку к его рту, прерывая его. Нервно сглотнула и посмотрела прямо в его глаза: — Почему ты просил у меня прощения? Скажи мне… Пожалуйста, скажи мне, что происходит.

На последних словах мой голос панически дрогнул и повысился на несколько октав. Я опустила ладошку, заметив, как его лицо побледнело, но я не могла это держать в себе, вспоминая, как он снова и снова шептал мне эти слова.

— Пожалуйста. Пожалуйста, Кир.

Кир покачал головой, но я схватила его за лицо, заставив посмотреть мне в глаза.

— Пожалуйста, — повторила я едва слышным шепотом.

Он плотно сомкнул веки и поджал губы. Но когда он снова разомкнул их, глядя на меня, я увидела там глубокое болезненное раскаяние.

— Я не могу, — выдохнул он.

— Почему?

Кир резко втянул воздух так, будто его ударили под дых. Грустная улыбка тронула уголки его губ, прежде чем он сказал:

— Потому что ты возненавидишь меня.

Слова болью и шоком отозвались внутри меня. Я, поражённая и растерянная, изумлённо открыла рот в попытке ответить. Но мне удалось только с третьего раза.

— Что ты такое говоришь? Как я могу возненавидеть тебя! — я яростно покачала головой, отказываясь укладывать эти слова в своей голове, когда вдруг ощутила хватку ладоней на своих щеках и горящие раскаянием глаза, проникающие на дно души.

— Скажи мне, что любишь меня, — произнес Кир с грустью и отчаянием, которые я понять не могла. Его взгляд заметался между моими глазами, всё его тело было напряжённо, и я чувствовала тяжесть, исходящую от этих слов.

Я закрыла глаза, делая несколько глубоких вдохов, прежде чем открыть их.

— Я люблю тебя. Люблю… — сердцем выдохнула, готовая повторять это столько, сколько ему нужно.

Кир вздрогнул и протяжно вдохнул, после чего вжался в меня, заполняя собой пространство между нами. Его дыхание двинулось вдоль моего виска и опустилось ниже, найдя мой рот.