Огненные острова (ЛП) - Швартц Ричард - Страница 113

— Зачем? Он не верил в то, что мы сможем избавится от его чар. Если бы Артин не знал, как можно убрать ошейник… — Она покачала головой. — Но он знал, и теперь мы свободны. Только одного я не понимаю. — Она взглянула на Искоренителя Душ, свисающего с моего пояса. — Как так получилось, что ты вернул свой клинок?

Я взглянул на полотно Сольатра.

— Думаю, — медленно произнёс я. — Это потому, что я примерился с Сольтаром. Я снова был готов носить меч, поэтому он вернул его мне. Это единственное объяснение, поскольку время было слишком идеальным, чтобы его можно было объяснить только удачей и случайностью.

— Разве что Серафина была права, и ты действительно Джербил Конай и, как и он, обладаешь расположением богов. — Она серьёзно посмотрела на меня. — Тебе часто невероятно везёт.

— Или это просто воля Сольтара, и он всё так устроил, — сказал я, притягивая её ближе, но она внезапно застыла в моих объятьях.

— Хавальд! — крикнула она. — Что-то происходит!

Я огляделся, море вокруг было спокойным. Я не знал, что она имеет в виду.

— Это поток миров! — крикнула она, округлив глаза. — Он вибрирует, словно струна, по которой ударили слишком сильно… это как… о боги! — выдавила она, затем её глаза закатились, и я увидел белки.

Я быстро позвал на помощь Менделла, который стоял у штурвала, и мы поспешно отнесли Лиаднру в каюту, где все вопросительно смотрели на меня, пока Зокора заботилась о ней.

— Я не знаю, что только что случилось, — сообщил я тёмной эльфийке. — Она внезапно застыла, крикнула что-то о том, что поток миров вибрирует, а потом…

Яркий свет проник в окна каюты. Появившись всего на мгновение, колонна из чистого, ярчайшего света, поднялась вдалеке в небосвод, словно игла. Потом так же быстро исчезла, как и появилась, оставив в наших глазах ослепляющий эффект.

— Что, ради всех адов Сольтара, это было? — спросил Менделл. — Там, где только что была эта колонна света, находятся Огненные острова. Что это может значить? — Он открыл одно окно и всмотрелся в темноту. — Сэра Зокора, — вежливо попросил он. — Я слышал, что у вас особенно хорошее зрение. Можете сказать, видно ли там что-нибудь?

Зокора положила голову Лиандры на подушку и подошла к окну, где уже стояли мы.

— Ничего, — ответила она и уже хотела отвернуться, но потом оторопела. — Нет, вижу. Там что-то есть. Красный отблеск, который становится всё ярче, и в то же время вздымающееся тёмное облако… Ради Соланте! — воскликнула она. — Вулкан извергается!

— Но вулкан не просыпался с незапамятных времён! — возразил Менделл.

— Ты спросил меня, что я вижу. А я говорю тебе, что вулкан извергается. Это мой ответ. — Зокора отвернулась от окна и снова опустилась на колени рядом с Лиандрой, которая всё ещё не двигалась. — Хавальд? — спросила она и задумчиво посмотрела на Лиандру. — Разве она не сказала, что поток миров вышел из-под контроля?

— Да, — подтвердил я, снова увидев пред собой ту огромную пещеру, кристаллы в волчьем храме и вспомнив объяснение Лиадры о магии земли, которая поднималась через полую колонну вверх, сдерживая вулкан.

Что, если магия была нарушена, и магическое заклинание, сдерживающее вулкан, разрушилось?

— Простите, штаб-майор Менделл, — вежливо спросила Зиглинда. — Я изучала старые баллады и легенды, и там есть кое-что, что меня беспокоит. Когда в море извергается вулкан, что происходит с кораблями, находящимися рядом? Разве обычно не возникает приливная волна или что-то такое?

— Это зависит от величины извержения. Если оно большое… О боги, — пролепетал он и завороженно посмотрел в окно.

Вдалеке небо внезапно вспыхнуло красным, в следующий момент поднялось чёрное облако.

Даже на фоне ночного неба его хорошо было видно, потому что красноватое мерцание продолжалось. Затем облако внезапно расширилось, но на этот раз стало намного светлее.

— Закройте окна, запечатайте и укрепите всё, что только можно! — поспешно крикнул Менделл, став мертвенно-бледным.

— Но… — начал я.

— Нет времени! — перебил он меня. — Мы должны подготовить корабль, прежде чем придёт приливная волна! — крикнул он, выбегая из каюты. Эльгата находилась на палубе над нами. Видимо, она тоже поняла, чем нам грозило это далёкое свечение, потому что уже выкрикивала приказы. Я почувствовал, как корабль лёг на бок, когда руль резко повернули.

Даже когда мы атаковали чёрный корабль, всё это происходило более спокойно. На этот раз мне казалось, что я слышу в криках что-то вроде паники.

Я быстро закрыл окна и занавесил их толстым одеялом. Поспешил к сундуку и вынул из него гвозди и молоток, чтобы сначала забить окна, а потом закрепить перед ними одеяло.

Один из Морских Змей просунул голову в дверь.

— Закройте дверь и как можно лучше запечатайте каждую щель! — крикнул он и снова исчез.

Я сделал шаг к двери, послышались глубокий рокот и рёв, сначала тихо, издалека, затем приблизившись, стали неописуемо громкими. Доски под моими ногами поднялись, нос корабля задирался всё выше и выше, пока я не упал на стену между двумя окнами.

Другие тоже потеряли равновесие, отчаянно пытаясь за что-то ухватиться. Я с изумлением наблюдал, как фонарь на крюке откланяется всё сильнее, пока он не повис почти параллельно потолку. Потом я почувствовал, как корабль проваливается, возвращаясь назад. Справа и слева от меня море насмехалось над моей работой плотника, когда в каюту, по всей ширине окон, ворвались столпы воды. Фонарь потух, холодная тёмная вода подхватила меня и швырнула на что-то твёрдое. Я даже не смог выругаться.

Когда я на этот раз пришёл в себя, оглушённый, словно мокрая собака, я знал, что боги действительно сотворили чудо, поскольку я всё ещё лежал в каюте «Снежной Птицы», и хотя вода стояла по колено, также был воздух, чтобы дышать. Стоная, фыркая и отплёвываясь, рядом со мной зашевелились мои друзья, но я думал только о Лиандре, которая тихо лежала рядом со мной в воде.

Один бесконечно долгий момент я думал, что потерял её, но потом она закашляла и застонала.

Это было чудом, что «Снежная Птица» всё ещё держалась на плаву, а мы остались живы. Тем не менее море взяло своё. Вместе с дюжиной других, Менделл стал жертвой моря, когда огромная волна толкнула нас под воду. На этот раз его семья будет напрасно его ждать. Эльгата выжила только потому, что привязала себя крепкой верёвкой к штурвалу. К моему облегчению, у Лиандры следующие несколько дней болела только голова, но никаких других травм не было.

Хуже было то, что корабельный врач Девон, тоже оказался среди погибших. Мы нашли его в лазарете, убитым балкой, которая, продырявила палубу. Зокора заслужила искреннюю благодарность выживших, когда вместе с Варошем и Зиглиндой неустанно боролась с Сольтаром, чтобы отобрать у него хотя бы некоторые души. В этот день он и так получил их слишком много.

Маркос, наш пират, тоже исчез. Там, где находилась его камера, мачта врезалась в палубу, образовав брешь.

Значит вот как закончилась легенда о Кровавом Маркосе, владыке пиратских островов.

Никто из нас, воистину, не остался невредимым.

Ангус сломал себе ногу, но даже не ругался по этому поводу. После приливной волны он был очень молчаливым, почти ничего не говорил. Серафина сломала ключицу, мне в бедро воткнулся обломок от дерева, оставив уродливую рану; сначала я даже её не заметил.

Гордая «Снежная Птица» была в значительной степени разрушена, лишившись мачты, такелажа и частей надстроек. Хоть она ещё и не развалилась на части, но во многих местах прочное дерево сломалось, постоянно слышался хруст и треск, так что мы боялись, что корпус в любой момент может рассыпаться под нашими ногами.

Но Эльгата не сдавалась. Остаток экипажа неутомимо греб развалину вперёд, в то время как другая часть поддерживала работу трюмных насосов. Щелчки рукоятки насоса и стук корабельного плотника, отчаянно пытавшегося починить самое необходимое, сопровождали нас почти два дня, пока на горизонте не появился одинокий корабль имперского флота.