Огненные острова (ЛП) - Швартц Ричард - Страница 50

— А что с капитаном Копья? — спросил я.

— Она была достаточно благоразумна, чтобы удалиться в свою каюту. Ей как раз накладывают повязку, — сообщил он. Его голос звучал устало.

— Как она?

— Болт разодрал ей бок. Это, конечно, болезненно, но угрозы для жизни нет. А что с Амосом?

— Он мёртв.

Менделл вздохнул.

— Надеюсь, что это того стоило, — тихо промолвил он.

Сразу три молнии сверкнули вдалеке, осветив море. Несколько мгновений спустя над нами прокатился гром. На небосводе сверкнула ещё одна молния, а из-за порыва ветра застонали мачты. На фоне яркой вспышке света я подумал, что вижу вдалеке очертания стаи вивернов, но потом отверстия небесные распахнулись. Было похоже на то, будто кто-то льёт на нас из ведра. Для меня это был первый настоящий дождь за несколько недель. Я с благодарностью поднял лицо к небу. В такую погоду виверны вряд ли смогут нас найти.

20. Правосудие моря

Когда солнце поднялось над морем, шестнадцать душ ожидали пропуска через врата Сольтара, включая женщину, которая лежала под пилой. Амос тоже был в их числе. Ещё трое лежало на окровавленных койках на нижней палубе, ух участь боги ещё не определили.

Я почти не спал этой ночью, потому что когда вошёл в каюту, Эльгата лежала на своей кровати и тихо плакала. Я предпочёл не беспокоить её и снова закрыл за собой дверь. Я провёл ночь в передней части корабля, пока «Снежная Птица» пробивалась сквозь шторм.

Иногда мне казалось, что нос корабля торчит над пропастью, а потом он снова вонзался в водяную стену, которая обрушивалась на меня. Это было странно, я лишь знал, что нужно крепко держаться, ничего другого делать было не нужно. Мне даже в голову не приходила мысль, что «Снежная Птица» могла бы не справиться со штормом.

И когда наступило утро, выглядел так, будто шторма никогда и не было. На море была лишь рябь, и лёгкий ветерок нёс нас вперёд.

Теперь, при свете дня, повреждения корабля были хорошо заметны, остались места от попадания болтов и стрел, словно шрамы от оспы. На коленях Морские Змеи тёрли палубу до тех пор, пока тёмные места не исчезали.

На одной стороне были сложены мешки с телами, ещё один как раз вынесли на палубу. Теперь на корабле появился новый первый помощник, невысокий жилистый парень со скептической улыбкой, которая, казалось, приросла к его губам. Когда Эльгата в первый раз позвала его, назвав новым званием, я оглянулся в поисках Амоса. Но к ней подошёл капрал Деркин и с любопытством посмотрел на меня.

— Значит это вы тот парень с крепким черепом, о котором говорил Амос, — сказал он, протягивая мне руку. — Я Деркин.

Я крепко её пожал.

— Родерик.

Он кивнул мне и подошёл к Менделлу, который стоял у перил с папкой с зажимом в руке. Лейтенант Меча тоже не спал, это было видно по его лицу. Эльгата смотрела на море, сузив глаза. Вдалеке Огненные острова приближались.

— Скоро мы будем на месте, — промолвила она.

Она оказалась права, совсем скоро с наблюдательного поста раздался крик. Что-то ударилось о борт корабля, я подошёл к перилам и посмотрел вниз. Там плавал большой кусок дерева, с одного боку он был обломлен, в другом месте обуглен.

Обломков становилось всё больше. Несколько Морских Змей мрачно указали на светло-голубой кусок от обшивки корпуса, который, должно быть, принадлежал одному из пиратов. Значит Эсен и другие забрали с собой в мокрую могилу, по крайней мере, одного из них.

«Снежная Птица» медленно плыла через обломки.

Эльгата спустила лодку. Десять Морских Змей гребли с напряжённым выражением лица, в то время как другие длинным крюком вылавливали из воды тела и кричали имя Менделлу, а иногда лишь пожимали плечами.

Часто отсутствовали конечности, один раз крюк столкнул в воду мужчину, который держался за доску, но когда тот погрузился в воду, оказалось, что что-то откусило его ноги.

Это был пир для рыб, тут и там мимо проплывали могучие треугольные плавники. Морские Змеи стояли наготове с арбалетами, капрал Деркин угрожающе поворачивал баллисту, но хищные рыбы — каменные акулы, как мне глухо объяснил Менделл — игнорировали лодку, жратвы и так было достаточно.

Но также случилось чудо, когда заливистый свист обратил наше внимание на дельфина, выпрыгнувшего из воды. И, как оказалось, он был не один, целая стая умных животных отгоняла хищную рыбу. Они кружили вокруг большого фрагмента от корпуса, который немного возвышался из воды. На нём спаслось более десятка Морских Змей. Не все пережили ночь; когда лодка подплыла, стало ясно, что некоторых поднять на борт удалось лишь мёртвыми.

Но по милости богов выжить удалось одиннадцати Морским Змеям. Чудо, которое заставило заплакать даже некоторых закалённых солдат и обратиться с молитвой благодарности к Сольтару.

То, что бог обладал особой формой юмора, стало ясно, когда коренастый человек невысокого роста выпрямился на обломке судна и угрожающе поднял кулак.

— Вы ответите за свою трусость, Эльгата! — горько закричал Эсен. — Я ещё увижу вас на виселице!

После мы никак не могли сойтись во мнениях, что произошло дальше. Казалось, что Эсен потерял равновесие, в то время как один из Морских Змеев ещё пытался его схватить. Мы услышали крик Эсена. У моряка, который хотел его удержать, был в руках кинжал, его я тоже видел. Но я не был уверен, нанёс он удар или нет. В любом случае, он не смог удержать адмирала, поскольку его рука соскользнула, и Эсен упал в воду. К этому моменту он ещё был жив, потому что, отплёвываясь, вынырнул на поверхность.

— За это тебя повесят! — крикнул он, угрожающе поднимая кулак. Он мог иметь в виду Эльгату или солдата. В следующее мгновение из бурлящей воды высунулась огромная треугольная морда, пасть была такой большой, что обхватила адмирала, а могучие ряды зубов даже не коснулись его тела. Округлив глаза, мы наблюдали за этим зрелищем. Этот хищник, несомненно, был достаточно большим, чтобы раскусить пополам нашу лодку.

Огромная рыба не спешила и почти осторожно сомкнула могучие челюсти. Рыба была чёрно-белой и почти величественной на вид. Ярко-синий глаз посмотрел на меня, и мне показалось, будто она подмигнула, снова медленно скользя под воду.

Я ещё увидел её светлый живот, когда она под водой повернулась на бок и медленно уплыла. Дельфины держались от неё на расстояние, и я подумал, что это мудрое решение с их стороны.

— Это была не каменная акула, — прошептал Менделл. — Это был кит, — он недоверчиво покачал головой. — До сих пор я видел таких лишь дважды.

Последние выжившие были поспешно подняты на лодку, что сопровождалось испуганными взглядам в воду, но больше ничего не случилось.

Мы также нашли выжившего пирата. Думаю, в него выстрелили добрых двадцать болтов.

Когда мы добрались до обломков, было раннее утро, а когда лодку подняли на борт, и Эльгата приказала развернуть паруса, солнце уже стояло высоко в небе. Парусный мастер и ещё четверо усердно зашивали мёртвых в парусину. От одного из моряков я услышал, что они опасаются, парусины будет недостаточно.

Эльгата приказала прийти Менделлу в свою каюту. Она, расправив плечи, гордо сидела на своём стуле и принимала отчёт от выживших. На этот раз я тоже сидел за столом и вёл книгу, хотя не мог писать так быстро и чисто, как Менделл. Деркин сидел с другой стороны от Эльгаты.

Что именно произошло на обломке корпуса, так и не удалось выяснить. И похоже, Эльгата не горела желанием добраться до истины.

Важнее для неё было выяснить, что произошло прошлой ночью.

Охрипшим голосом выжившие рассказали о том, как огромный корабль появился из темноты в сопровождении двух десятков других пиратских кораблей и чудовищ, которые сбросили с неба на корабли град горящих болтов. Также отчёт содержал кое-что неожиданное: пираты всего лишь взяли «Самару» на абордаж, и не стали топить.

— Она повреждена, сэр, — рассказал один из моряков. Своё имя он указал как Ансон, и был одним из четырёх выживших с «Самары». — Но её не потопили, в этом я уверен.