Кольцо (СИ) - Басов Дмитрий - Страница 90

Там описываются параллельно две сюжетные линии: как два хоббита пытаются пробраться во вражескую страну к вулкану Саммат-Наур, чтобы сбросить в расселину Великое колдовское Кольцо, а в это время люди в Гондоре сражаются из последних сил. И люди знают, что если Кольцо не будет уничтожено, то победить им всё равно не удастся. И судьба всего мира висит на волоске… Кстати, одного хоббита зовут Фродо. И, конечно, именно он несет это Великое Кольцо. Но про хоббитов я ещё не закончил переводить, пока только про людей.

— Ну они хоть победили в конце?

— Раз мир не погрузился в вечный мрак — видимо, победили, — пошутил Макс.

— Ну правда?

— Конечно, победили. И Кольцо уничтожили. И живы остались. Сказки должны хорошо заканчиваться. Кстати, там один из главных героев — король Элессар, предок твой.

— Это он башню в Белой Крепости построил?

— Не думаю. Историки говорят, что башни строили гораздо позднее. А Королевскую Башню, наверное, построил кто-то из его потомков. А женой Элессара, по книге, была настоящая эльфийская принцесса. Эльдарка. Так что, если тут пишут правду, в тебе, Эл, ещё и кровь эльдаров… В общем, интересная книжка, почитайте.

— А где сама книга? Откуда вы её переводите?

— Ну, всё там же пока… В Тиленском музее. Там особые условия, специалисты по реставрации и хранению таких древностей. Но я, пользуясь особым знакомством, — он, улыбаясь, похлопал Элле по плечу, — заполучил полную фотокопию этой книги. Да ещё некоторых других, которые успели оцифровать. Ты ведь доверишь мне сделать первый перевод на современный всеобщий?

Элле неуверенно улыбнулся:

— Конечно. А что, я — хозяин этих книг?

— Знаешь, там довольно запутанная юридическая ситуация. С одной стороны, ты — очевидный наследник. По крайней мере, точно будешь им признан, когда они закончат все необходимые экспертизы и процедуры. С другой стороны, по гондорскому закону об охране древнего наследия все археологические находки, относящиеся к доарнорской эпохе, объявляются национальным достоянием и находятся под опекой государства. Такая вот коллизия. Никто ведь не предполагал, что может появиться законный наследник древних королей… Ну и, если уж совсем точным быть, на данный момент наследник не ты, а мастер Тарк.

Домой Тани и Элле шли снова сквозь лёгкую метель, держась за руки, разглядывая тающие на руках пушистые, переливающиеся бриллиантовыми искорками снежинки. У подъезда Элле достал из-за пазухи пакет с рукописью и отдал девушке. Она чмокнула его в щёку и, помахав рукой, скрылась за дверью.

ЗИМА

Приближались зимние каникулы. Вообще говоря, для Элле и Тани они уже практически начались. Последнюю неделю учёбы как таковой не было, зачёты получили досрочно, оставалась лишь пара лекций да всякие формальности. В эти дни они больше бездельничали, чем учились: заслуженная награда за напряжённые осенние месяцы. Впрочем, бездельничали — неверно сказано. Конечно, если с утра не нужно в лицей, то поспать вволю — святое дело, но потом находилась масса разных нужных и интересных дел.

Во-первых, в этом году выдалась небывало снежная зима, в связи с чем ребята вдруг решили освоить горные лыжи. Как-то навеяло. Сначала это был каприз Тани, но дело оказалось увлекательным донельзя, и ребята ходили на гору чуть ли не через день. Благо, что трасса — небольшая, но неплохо оборудованная — располагалась неподалёку. Во-вторых, занятия в секции; в-третьих, вышла последняя версия «Цивилизации», и если бы не Тани — ещё неизвестно, смог бы кто-нибудь оторвать Элле от компа.

Он, в свою очередь, вовсю упражнялся в язвительности (такой, чтобы не обидно, но действенно) на тему разных соляриев, спа и всякой такой жути, которой в последнее время что-то стала увлекаться Тани. В-четвёртых, конечно, это вечерние посиделки у Макса, когда он читал им свои переводы древних манускриптов из Башни.

Элле обожал эти вечера, когда они забирались вдвоём на уютный диванчик и попивали чаёк с плюшками миссис Грю, а Макс, расположившись в кресле, клал на маленький столик пачку только-только распечатанных страниц и, освещаемый светом торшера, начинал своим глуховатым голосом читать чудесную повесть.

Остальная часть комнаты была освещена слабо: верхний свет не включали, и Элле чудилось, что они сидят в комнатушке какого-то старого замка, где за могучими стенами бродят огромные тролли и мерзкие орки, рыщут волколаки, а в курганах стонут умертвия, но наперекор им, там, в темноте, стоят на страже суровые бесстрашные следопыты…

Древняя легенда захватывала, казалась реальной, и иногда Элле был почти уверен, что да-да, всё так и было когда-то тысячи лет назад — и его далёкий пращур Арагорн, будущий король Элессар, нёс стражу на осколках некогда великого государства, отмеряя шагами бесконечные лиги своего трудного пути к величию, славе, победе над силами тьмы.

Потом, наутро, при свете дня, повесть о Кольце снова становилась слишком фантастической, совершенно сказочной. Даже само родство с древним королём представлялось странным и сомнительным фактом.

Они много обсуждали эту тему — действительные ли события изложены в книге.

Поразительным и загадочным было совпадение, касающееся Сарумана. Согласно манускриптам, Саруман был великим мудрецом и чародеем, предавшимся силам зла, а вовсе никаким не героическим жрецом. И к постройке Ортанка он никакого отношения не имел. Но неужели это была просто случайность? Как могло всплыть у эльфов это имя? Почему оно оказалось связано с Ортанком? Имело ли кольцо мастера Глоина отношение к тому Саруману? Эти вопросы будоражили ум Элле.

Во время одного из споров Макс сказал по этому поводу:

— Ум человеческий настолько изощрён, что найдёт, если захочет, объяснение всему, чему угодно. Ну, например, такое объяснение. Допустим, действительно в Ортанке жил могущественный чародей Саруман. В том, что он мог пытаться поработить близлежащие племена, — ничего удивительного. Обычный случай, каких в истории не перечесть. Возможно, он изучал эльфийские кольца и действительно сумел создать какое-то их подобие. Вот, даже в тексте он где-то себя называет создателем колец. И, как правильно заметил мастер Амрот, он мог изготовить несколько экспериментальных образцов, прежде чем приступил к созданию своего кольца. По логике вещей — даже должен был. И одно из этих пробных колец дошло сначала до времён Арнора, а потом и до наших дней. Оно не имело магического предназначения, не говоря уж об изысканной красоте, — и никому не было нужно. Поэтому и сохранилось. А эльфы, прозревая суть, правильно назвали его Кольцом Сарумана. Возникновение легенды о Сармуне — тоже вполне объяснимо. Через многие сотни лет, когда Альтемпле превратили в храм, история Сарумана вполне могла забыться, но его имя как-то продолжало увязываться с башней, и когда жрецы сочиняли историю о создателе башни — недолго думая, имя позаимствовали. Так же и с Эохидом.

— Но тогда вообще всё сходится. Значит, в манускрипте говорится о реальных событиях!

— Да послушай, Эл! Из совпадения некоторых фактов вовсе не следует, что вся история имела место быть! Почему тогда не предположить, что и история про Сармуна достоверна, и «Твердыня» Эохида? Давай ещё предположим, что раз в шахте на «Островах» появились какие-то неизвестные науке существа, то миф о крепости Моргота Утумно — реальность и они пробурились прямо в эти подземелья!

— Ух ты! А вдруг?

— Да ну тебя, парень! — Макс начинал смеяться.

В итоге всё равно приходили к тому, с чего начинали.

— Сказка — она и есть сказка. Легенда, миф. Она не может быть полностью правдой. Но, с другой стороны, всё изложенное в ней не может быть и чистым вымыслом. Даже небылицы основаны на чём-то реальном, а тут целая эпопея… — слова Макса были логичны и убедительны, хотя и не развеивали вопросов.

После чтения очередной главы — обычно уже поздно вечером — Элле провожал Тани до её съёмной квартиры, а потом бежал по заметённым дорожкам к себе в общежитие.