Бессмертные (СИ) - Малиновский Дмитрий - Страница 24

Я открыл глаза. Время как близилось к закату, так и… в общем, не прошло и секунды с того момента, как я «вышел на связь» с Ашем.

— О каком гиганте ты говорил? — шёпотом спросил я сам у себя. — Стоп. Твою ж мать!.. А как это я не заметил такое огромное дерево?!

На другом конце озера парил тот самый гигант, чьи корни не касались земли, а крона «пряталась» в кучевых облаках.

Как я за столько встреч с Рэйденом не заметил этого красавца — я не знаю.

За несколько перемещений мне открылась вся деревня Бессмертных. Ещё за несколько — тёплый ветерок подгонял белоснежных коней с малиново-янтарной гривой в мою сторону.

— На закате солнца облака прекрасны, не правда ли? — спугнул меня Рэйден.

— О, привет! Ты напугал меня. А я тут высоту «изучаю», — попытался я оправдаться, но вышло очень тупо.

— А мы тут кое-кого заждались, — спокойно поддержал Рэйден. — Оказалось, что я перенёс совет на чуть пораньше, поэтому все ждут тебя.

Мне стало немного неловко.

— Прости, я…

— Ничего страшного. Мы пять веков живём, поэтому можем подождать лишний часик, если вдруг какой-то «нюанс» возникнет, — улыбнулся Рэйден.

Иногда сидишь в интернете, настроение паршивое, Барсик на заднем фоне мяукает, а еды нет, потому что ты просто-напросто забыл купить пожрать даже себе, думая, что дома что-то ещё осталось. А тут ещё «прилетает» твой гневный заказчик с фриланса, который добивает тебя своей «гневной гневностью».

Но бывают моменты, когда котик хочет спать, потому что славно покушал, да и у тебя энергии хоть отбавляй, ведь сегодня тебе попался достаточно простой заказ от хорошего заказчика, а денег отвалили столько, что хватит на месяц жизни. При всём при том у тебя есть твой любимый торт, пельмени со сметаной, куча свободного времени, и ты врубаешь любимый фильмец, чтобы вечер прошёл на высшем уровне.

Когда я слышу голос Рэйдена — бессмертного самурая, с которым я познакомился совсем недавно, — то чувствую себя именно так, как закончил своё откровение выше.

Бессмертный — значит с опытом — значит понимающий — значит просто приятный человек (относится только к Рэйдену, но я надеюсь, что это не последний подарок судьбы).

— Ты сказал, что есть и другие волшебные деревья, целых шесть, чьи корни парят над землёй, а кроны «прячутся» в кучевых облаках… Это одно из тех шести? — спросил я, хотя и так всё было ясно. Возможно, мне просто хотелось услышать ещё что-то от этого прекрасного человека, ведь его спокойствие и энергетика — глоток свежего воздуха в столь «интересном» мире.

— Да, — кивнул предводитель Бессмертных. — Согласись, прекрасный источник вдохновения?

— У тебя здесь вообще рай для медитаций и уединений. Понимаю, что в моменте «здесь и сейчас» нужно находиться везде и всегда, но здесь это делать гораздо легче.

— Согласен. Однако те люди, которые пытаются сохранять спокойствие и безмятежность в суровых городах — они поистине прекрасные создания. Я горжусь, что живу рядом с такими героями, у которых можно чему-то поучиться. — Рэйден положил руку на моё плечо. — Что ж, Бессмертные хоть и терпеливые, но необходимо уважать и нашего инопланетного друга, который пришёл на совет с хаски.

Ну вот ка́к не улыбнуться после этих слов?

Обновление 71

Совет проходил в том доме, даже в той гостиной, где я впервые очнулся, когда попал в деревню Бессмертных.

«Восемь рыл» сформировали круг прямо на полу: никаких столов, никаких стульев — никакого ничего, только я, Ризруид, Рэйден и пять его преданных воинов. Серёга, как самый необычный гость на совете, сидел в центре, и всё по той же причине: «как самый необычный гость на совете» — не входил в состав «восьми рыл».

Определить преданность воинов не так тяжело, если знаешь, что за пять веков ни одна тварь не проникла в деревню Бессмертных. Более того, каждый из самураев вёл себя настолько расслабленно, что с трудом верилось в Рэйдена, как самого главного. Очень дружелюбная энергетика витала в гостиной предводителя Бессмертных.

— Уверен, ты немного удивлён, — обратился ко мне Рэйден. — Понимаю. У людей слово «совет» ассоциируется с чем-то серьёзным, где деловые дядьки решают глобальные вопросы межгалактического масштаба. Но у нас, Кадзицу, всё немного иначе. Не скажу, что так было всегда, но с каждым новым советом мы растём, а значит, растёт и наше понимание всей бессмысленности в энергии Серьёзности. Видишь ли, мы сторонники энергии Любви, а не Серьёзности, поэтому и живём так долго.

— Ты говорил…

— Кадзицу… — Рэйден сделал паузу. — Если я скажу, что можно похудеть при правильном питании, это ещё не значит, что благодаря только этому человек похудеет. Если я говорю, что энергия Любви помогает жить долго, это ещё не значит, что благодаря только этому чуду мы так долго живём. Всё, что я тебе говорил — правда, хоть ты и узнал совсем маленькую её часть.

— Гав!

— Вот… даже этот милый хаски согласен со мной. Иди ко мне, красавчик.

Серёгу не пришлось упрашивать дважды: хаски быстренько «разлился», как вода, в «полулотосе» Рэйдена.

— У тебя очень умный пёсик, Кадзицу. Женщинам и детям он понравился с тех самых минут, как Ризруид привёз его в деревню. Они излечили хаски буквально за минуту, и теперь он радует мой народ своим присутствием, а детишки радуют Серёжку пловом.

— Плов? Наш плов?!

— Благодаря курочкам Ризруида и нашим женщинам, которые помогают детям в готовке, твой хаски кушает тяхан с курицей.

— Я здесь всего пару дней, как и Серёга, а ты говоришь так, будто хаски живёт здесь минимум год.

— Когда ты проживёшь хотя бы триста лет, то поймёшь насколько всё-таки прекрасно ценить каждое мгновение в жизни, расписывая его так, будто оно длилось вечно. — Рэйден глубоко подышал. — Кадзицу. У каждого из нас своя культура, и в моей деревне привыкли радоваться всему новому, что может случиться здесь. Познавая что-то новое, можно сравнить себя «сегодняшнего» с собой «вчерашним» и обрадоваться хорошим результатам, ибо они всегда заметны, если ты был внимателен.

— А можно уже перейти к совету, то есть к тому, что я подразумевал под этим серьёзным словом? — с долей сарказма выдал я.

Рэйден посмеялся.

— Что ж, Кадзицу, если тебе так не терпится узнать, зачем я тебя позвал, тогда, пожалуй, начну. — Предводитель Бессмертных обнял Сергея и лёг вместе с ним на пол. Рэйден не смотрел ни на меня, ни на Ризруида, ни на свою «пятёрку». — Поразительно. Можно найти пользу в разговоре о еде и о хаски, познать культуру той деревни, в которой ты живёшь, а можно вести себя как дурак и ждать, что на совете расскажут про самый мощный клан якудза.

Моё тело слегка напряглось, но и снова извиняться мне не хотелось, поэтому я продолжал молчать.

— Если я настроюсь доброжелательно к этой крыше, — поднял Рэйден вверх указательный палец, — то поблагодарю её за защиту от дождя. Если же я настроюсь негативно к этой крыше, то обвиню её в «сокрытии» от меня звёздного неба.

Мне хотелось вставить свои пять копеек, но и здесь я промолчал. Нет, я по-прежнему считал и считаю Рэйдена тем человеком, чей голос меня успокаивает, однако я понимаю, что, когда задевают моё Эго, оно начинает сопротивляться.

— Значит, тебе есть над чем ещё работать, — завершил Рэйден.

То ли так совпало, то ли он прочитал мои мысли, но последние его слова вернули меня в ту реальность, где я согласился с тем, что мне ещё работать и работать над собой, поэтому с завтрашнего утра я начну обучение по «успокоению» моего Эго, вечером «вылазка», а в понедельник-вторник продолжу обучение.

— Дима, — шепнул Ризруид. Я посмотрел на него. — Спроси про сектор.

— Как якудза выдают точную дозу, например, в десять импульсов, ты это хотел спросить? — перебил Рэйден уточняющим вопросом. Ризруид тоже слегка напрягся от крутости предводителя Бессмертных. — Я не знаю ответа. Всё узнается на «вылазке». Импульсы появились относительно недавно — четырнадцатого декабря двадцатого года. А устройство ИСУЯ, собственно, с того момента и начали разрабатывать. Насколько я знаю, нашим учёным помогают репты-учёные.