Как приручить рыцаря: инструкция для дракона (СИ) - Каминская Лана - Страница 29

– А он точно придёт?

– Конечно. Это же Ник. За время моего с ним знакомства он ни разу не пропустил пятничной болтовни за пивом. Правда, паб тогда был выбран другой. Попроще.

– Без дракона, а с одной капустой?

– Типа того. О, кажется, народ начинает подходить. – Фиби довольно потёрла руки. – Отойдём в сторонку, чтоб на самом виду не маячить. Как увижу Ника с приятелями, сразу начнём действовать.

Назбу не возражал. После недавних событий в людном месте, где он чуть не потушил пожар в горле водой из отхожего места, он вообще решил не спорить, а плыть по течению. Авось, повезёт и выплывет, где надо. А нет, так пряжку на пояске потереть никогда не поздно. Вот только турнир… чтоб его этот турнир… Назбу заскрежетал зубами. И плюнуть бы на состязание, которое юному принцу, в отличие от его старшего брата, никогда интересно не было, если бы не Вольные драконы. Ну, почему? Почему планы и договоренности составляют одни, а отдуваться за всё должны другие? Полнейшая несправедливость.

Фиби причмокнула губами, смакуя толстый слой пивной пены. Назбу тоже отхлебнул из своего бокала и скривился.

– Моча ослиная.

– А ты, что ль, пробовал? – насмешливо спросила Фиби.

Об этом случае молодому дракону совсем не хотелось вспоминать. Он и Тарр тогда были ещё очень юны и несмышлёны. Хотя… Несмышлён из двоих был только Назбу; Тарр же всегда и во всём оказывался проворнее и хитрее. Удивительно, как ещё у Табеты он дал слабину и позволил изумрудному принцу обойти его. Во всём же остальном Тарр был всегда впереди. Даже когда пробил когтем дубовую бочку, из которой выхлестал всё красное вино десятилетней выдержки, а затем до отказа наполнил ослиной мочой, заткнул дыру паклей и преподнёс бочку Назбу как подарок ко дню салатовых сверчков. С той самой минуты Назбу и запомнил тот самый вкус и уж более никогда в жизни его не забывал.

Вообще Тарру можно было припомнить многое. И бочка с «вином» была ещё тем цветочком. Поэтому уступить противнику сейчас, в столь ответственном для короны деле, было бы верхом безрассудства. Тем более, и оказался в этом мире изумрудный дракон раньше соперника. Вот только рыцаря, дарованного ему, потерял. Но это не страшно. Эта смешная девица, немного нервная и странная (может, болеет просто?) покажет ему другого храбреца. Сильнее, выносливее, смелее. Поскорей бы только. Часы тикают, что на её руке, что на стене, соперник ошивается, непонятно, где, а сам «герой» застрял в харчевне со странным названием, где поят ослиной мочой и кормят странного вида зелёным пюре, напоминающим, что угодно, только не еду.

Фиби, тем временем, залпом выпила свою пинту и заказала ещё.

– Уютное местечко, не так ли? – спросила она, покачиваясь на высоком деревянном стуле. – Только расположено отвратно: если про него не знать, то сразу и не найдёшь.

– Так в том и смак, девочка, – пробубнил то ли себе в рыжие усы, то ли в сторону Фиби похожий на колобок средних лет мужчина, говоривший с сильным ирландским акцентом и сильно пропахший мазутом. – Туристы сюда не заглядывают; каждый вечер здесь только свои да пара клерков из офиса напротив. Все всех знают. Вон долговязый Тим. Послушай, как он говорит. Хоть и англичанин, а я ни чёртика не понимаю. Рядом с ним старина Джефф. Он из Южной Африки. Там дальше Стив, Рей и Филипп. Последний клянётся, что закончил Итон*. По мне, так врёт.

– Почему? – брякнула Фиби и тут же пожалела, что поддержала разговор. Молчала бы, глядишь, рыжий отстал бы быстро.

– Конечно, врёт. Как выпьет больше трёх пинт, так начинает бормотать, что встретить поутру дракона для мужика к счастью. Уж такой ерунде в Итоне точно не учат.

– Полная белиберда, – фыркнул Назбу, вмешиваясь в разговор. – Встретить поутру дракона – к завтраку. Для дракона.

Ирландец похлопал редкими, короткими, словно обрубленными, ресницами, прикидывая, с какого бока его разыгрывают, а с какого – насмехаются. Ничего не придумав, натянул на лицо дежурную улыбку и подался в сторону сплетничать про новых странных посетителей паба с дружками, которым пару секунд назад промывал косточки.

– Дождались, – радостно выдохнула девушка, когда колокольчик на двери приветственно звякнул, и в паб шагнул Ник.

Выцепив из толпы взглядом троицу парней, потягивающих тёмный эль и подкалывающих друг друга, прямиком направился к ним. А Фиби втянула голову в плечи, стараясь оставаться незамеченной, и сделала вид, что потеряла что-то около кадки с большим лопухом, чьи листья драконы в Ниртании любили жевать в минутки задумчивости, кои бывали очень редко.

Короткий свист вывел Назбу из того самого состояния задумчивости, о котором он как раз подумал. Фибс шептала тоном взволнованным, а глаза сверкали не хуже, чем у дикой кошки, подкараулившей добычу и приготовившейся к прыжку.

– Поставь пиво.

Назбу поставил наполовину пустой стакан на стол.

– Расправь плечи.

Дракон фыркнул. Это зачем? Каждый ведь знает, что, чем сильнее морду вперёд наклонить, тем страшнее. Стоп. Сейчас-то не морда, и руки – не лапы. Придётся распрямлять спину. И, хрустнув позвонками, дракон сделал, как просила смешная девица. А та тут же выскочила из-за кадки, вцепилась в его руку и, подтолкнув к выходу, процедила:

– Пошли. Только не скачи галопом. Нам спешить некуда.

Слышать такое было унизительно. Драконы – не кони; их по зубам не выбирают. Но объяснять разницу между благородными чешуйчатыми и простыми копытными было некогда. Выпрямившись и ощутив свою ладонь в горячей ладони девушки, Назбу пошёл за ней следом. Точнее, стал протискиваться через толпу, наполнившую заведение до отказа – насколько сильно, что стены норовили треснуть.

Фиби ломилась вперёд как на пожар. И даже раскраснелась спелым помидором – вот-вот лопнет. Назбу же, напротив, был спокоен, как дрейфующий в океане айсберг.

Когда поравнялись с четвёркой молодых людей, травивших смешные байки, то Фиби, сделав взгляд мечтательным и рассеянным, задела вдруг одного из них острым плечиком, тем самым заставив «совершенно случайно» пролить немного пива соседу на руку. Театрально охнув, она принялась извиняться, а затем снова деланно ахнула и воскликнула:

– Ник! Вот уж не ожидала…

Впрочем, по виду Ника тоже было видно, что и он не ожидал. Зато его приятели тут же окинули девушку оценивающими взглядами, но особо зацепиться было не за что, да и маячивший за спиной Назбу мешал в полной мере понять, стоило ли на этот случай тратить время или нет.

Ник же, приветливо улыбнувшись, глотнул пива и весело кинул бывшей подружке:

– Фибс, и ты здесь. Отличное место, не находишь?

– Я частенько здесь бываю, – ничуть не смущаясь, соврала девушка, надеясь дать понять бывшему, что она не так проста, как ему могло казаться раньше, и знает толк в модных местах, вкусной еде и отличной выпивке.

– Это лучший паб во всём районе, – смакуя каждое слово, словно пивную пену, вымолвил Ник, а его приятели согласно закивали. – Дэн, повторим? – Бокал Ника был пуст.

– Не вопрос, – отозвался приятель. – А дамочке что принести? – Вопросительный взгляд в сторону Фиби.

Фибс засмущалась и, кокетливо моргнув подкрученными ресницами, ответила:

– Да мы вообще-то уже уходим. Кстати, это Шон… – подтолкнула Назбу вперёд, заставив оказаться чуть ли ни нос к носу с Ником.

Оба вперились друг в друга взглядами. Ник смотрел немного насмешливо, но не ревниво, чего так ждала Фиби, а Назбу – непонимающе. И чего она к этому тощему прицепилась? Ни тебе взгляда сурового, ветрами закалённого, песком пустынь измученного; ни щетины жёсткой; ни рук жилистых и крепких, способных держать меч и рубить себе проход среди зарослей крапивы. Такого мизинцем тронешь – сразу трухой шваркнется.

– Рано же ещё.

По тону Ника Фиби поняла: тот не подкалывал, а говорил искренне. Действительно, на часах всего семь, только толпа собралась, а они уже к выходу толкаются. Ну, не скажешь же ему, что она пришла сюда только для того, чтобы перед ним помелькать.