Как приручить рыцаря: инструкция для дракона (СИ) - Каминская Лана - Страница 51

– Меня толкать не надо. – Фиби отшатнулась в сторону.

– Как вашего брата не толкать, если вы мне все нормы нарушаете?

– И всё равно я сама.

– Тогда соберись! Подошла к водовороту, выдохнула и – кувырк к себе в пещеру.

– Значит, собраться. – Фиби подтянулась. – Выдохнуть. – Девушка набрала полные лёгкие воздуха и выдохнула так сильно, что могла бы задуть с сотню свечей, будь перед ней сейчас именинный торт. – И… – Пальцы Фиби успели прочувствовать холод болотной воды.

– Стой!

Назбу схватил Фиби за руку и дёрнул на себя. Табета всплеснула руками.

– Что же ты наделал, окаянный?! – воскликнула ведьма и сверкнула глазами, полными гнева, в сторону принца. – Целый переход перевёл! Целое перемещение вхолостую сгорело!

– Я просто хотел сказать…

Назбу смотрел прямо в глаза девушки и никак не решался продолжить.

– Говори кратко, – не успокаивалась ведьма. – Осталось одно перемещение, и время уже истекает. Я не могу держать портал открытым после заката солнца.

Назбу тряхнул головой, а Фиби мило улыбнулась. Её рука так и оставалась в его горячей ладони, и вытаскивать её девушке совсем не хотелось.

– Что же ты хотел мне сказать? – тихонько спросила Фиби, и улыбкой светились не только её губы, но и глаза.

– Знаешь, быть человеком в вашем мире было совсем не просто, но… мне понравилось.

– Понравилось в белый агрегат головой нырять? – помешал идиллии Тарр, но Назбу только махнул в его сторону и проигнорировал насмешку.

– Мне, конечно, сравнить не с чем, – смущенно ответила Фиби, – в драконьей шкуре как-то бывать не приходилось и слава богу, но на двух ногах ты очень и даже очень ничего. Особенно…

– Особенно когда?

Фиби смотрела на сомкнутые руки.

– Особенно там, в пабе… Помнишь?

И девушка заглянула в красивые изумрудные глаза и тут же поняла, что Назбу помнил всё. Всё до единой мелочи. Каждую мелодию её звонкого голоса, каждую искорку в глазах, каждую, даже совсем мимолетную, улыбку на лице, а ещё вкус её губ и запах кожи.

– Надо было этого хлюпика больше напоить, чтобы трезвел дольше, – шепнул на ухо Боздуру Фодрик. – А то очухался и портит своей самодеятельностью все планы.

– Ш-ш-ш, – остановил помощника смоляной дракон, – про это король пока не знает, и лучше, чтобы вообще никогда не узнал. – И бросил громко в сторону парочки: – Эй, время того… тик-так, ток-тик! Пора бы уже топать.

– Нет, – ответила Фиби, не сводя взгляда с принца.

– Что значит «нет»? – изумилась ведьма.

– В моём мире меня никто не ждёт, а принцев я встречаю не каждый день, пусть даже в чешуе, с хвостом и с ведёрком рукколы на обед.

– Что бы это значило? – нахмурился король.

– Только то, что ваше величество скоро обзаведётся наследничками, с чем вас и поздравляю! – выдохнул Тарр, сделал шажок к пеньку, оставшемуся от спиленной ёлки, на котором всё ещё стоял никому не нужный пузырёк, превращающий дракона в человека, цапнул его лапой, быстро забросил себе в пасть, проглотил и сиганул в начавший потихоньку закрываться портал, успев напоследок крикнуть: – Кто успел – тот съел!

– Ссынок! – только и успел воскликнуть Боздур Сварливый, после того как подскочил к водовороту и сунул в воронку лапу, пытаясь ухватить Тарра за хвост, уменьшившийся до человеческой ноги. Но всё было тщетно: третье перемещение произошло, портал закрылся, воронка пропала, обдав Боздура ледяной болотной водой и унеся Тарра туда, откуда он недавно прибыл.

– Молодёжь… Что с них взять? – развела руками Табета и посмотрела в сторону обескураженного короля, Боздура и Фодрика. – Сами такими были, глупыми, безрассудными и безумно влюбленными. Так что нечего осуждать. Лучше давайте покумекаем, что с энтими делать.

И ведьма кивнула в сторону Назбу и Фиби.

– Не надо ничего с ней делать, – ответил принц. – Пусть остаётся и живет с нами, сколько хочет. Надумает вернуться, вернётся, а нет – я буду только счастлив.

– Воля ваша, – проворчала ведьма. – Но только учтите, коль поцапаетесь, то терпеть друг друга придётся долго. Ближайший портал открою не раньше, чем через месяц.

– Ты же говорила, каждые семь дней! – возмутился король.

– Шабаш у меня. Не до порталов будет. Вот, держи. – Табета протянула Назбу последнюю склянку. – Как надоест миловаться и захочешь полетать, выпьешь.

– Не хочешь попробовать? – Принц посмотрел на Фиби.

– Это? – Девушка испуганно посмотрела на пузырёк.

– Нет. – Назбу улыбнулся. – Не хочешь попробовать прокатиться на настоящем драконе? Это тебе не дротики в кляксу швырять! Тут настоящий размах!

Фиби кивнула.

Быстро откупорив склянку, юноша вылил всё содержимое в рот и проглотил, даже не прочувствовав приторно-сладкого вкуса, зато спустя мгновенье вдруг остро ощутил, как внутри занимается пламя. И стоило горячим всполохам коснуться горла, как всё внутри взорвалось, и земля содрогнулась, так как огромный изумрудный дракон шмякнулся на место, где раньше стоял человечек, и своим тяжёлым хвостом придавил ягодный куст.

– Ух ты ж! – воскликнула Фиби, завороженно разглядывая искрящуюся на солнце зелёную с золотистым отливом чешую. – А я думала, ты будешь такой же страшный, как эти двое.

– Назбу – принц, – горделиво вставил король, – а принцу подобает всегда быть на высоте.

– Залезай. – Назбу склонил к земле шею. – Да держись крепче. По скорости мне нет равных.

Дрожа от волнения, Фиби вскарабкалась на дракона. Тряхнув мордой и разогнав назойливых комаров, Назбу громко и устрашающе фыркнул и спустя мгновенье взмыл в небо.

– Я что-то пропустил, – крякнул король, задумчиво почесал лапой морду и развернулся к Боздуру. – А теперь ты мне ответишь, что за переворот задумал и к чему подводил!

– Э-э-э, стойте, – вмешалась ведьма. – Вначале он ответит мне по всем долгам этих двух оболтусов, а потом делай с ним всё, что душа пожелает.

– Королю удумали перечить?

– Табета права, – быстро согласился Боздур, мигом смекнув, что лучше перенести разговор с венценосной особой на тот день, когда жар в его пасти поутихнет, а недавние события подзабудутся. – Долг платежом крассен, а наши болваны тех долгов сстолько наделали, что на ссто лет хватит. Но если вы, ваше величесство, ко мне приссоединитессь, то вдвоём мы управимсся лет за пятьдессят.

– Сам расхлебывай, – король тут же купился на речи смоляного дракона. – Пусть это и будет тебе наказанием за все твои тёмные делишки. Табета, – прикрикнул он ведьме, прежде чем взлететь, – ты уж постарайся, чтобы этот хвостатый огрёб по полной. Не жалей его и спусти с него три чешуи.

– Уж я-то не пожалею, – ласково пропела колдунья, накидывая на Боздура уздечку и провожая улетевшего короля взглядом. – Ну, что, красавчик, полетаем?

– Фодрик! – Боздур поманил к себе помощника. – Осстаёшьсся за меня на Утёссе. Ссмотри глупосстей не натвори и посследних кузнечиков не потопчи. А как прибуду обратно, решим, как Тарра вернуть. А теперь, ведьма, – дракон посмотрел на Табету, – говори, что делать.

– Сущий пустяк, – кокетливо ответила та. – Утартаешь меня на шабаш, выйдешь к костру эффектно из темноты и пару раз дыхнёшь огнем. Захочешь, можем даже станцевать, как в былые времена.

И колдунья достала из кармашка на груди ещё один пузырёк, точь-в-точь такой, какой недавно проглотил Тарр.

– Ты ж говорила, что в том был посследний глоток.

– Какая же я ведьма, если о чёрном дне не позабочусь? Ах, да, и учти, – добавила Табета, взбираясь на дракона, – я там одному лешему небезразлична. Так что с ним поаккуратней, не спугни и не сожри. Он у меня запасной вариант для отдыха на море, если вдруг ты соскочишь.

Боздур недовольно рыкнул и сделал два шага вперёд, разгоняясь перед полётом.

– Разберёмсся сс твоим лешим. На крайний сслучай усстрою ему отдых во льдах на краю ссвета…

– Ревнивец, – хихикнула ведьма.

– Я? – делано возмутился дракон. – Да развлекайсся ссо ссвоим лешим, ссколько душе будет угодно, а лично я подцеплю ссебе там кикимору.