Пленница его желаний (СИ) - Леманн Анна - Страница 42

— О чём ты думала, Мила? Скажи, о чём? — отчитываю жену, внимательно следя и за ней, и за дорогой. — Если о себе не думаешь, то о родных подумала бы. Какого им будет, знать, что с тобой что-то случилось? А какого будет мне?

— Я хотела к родным, — насупившись, отвечает ангелочек. — Тебе не понять какого, когда твоим близким нужна помощь, а ты за тысячу километров от них.

— Твоим близким будет намного лучше, если ты будешь в безопасности.

— Нет! Им будет лучше, если я буду рядом, — продолжает настаивать.

— Мила, я волнуюсь за тебя. Ты дорога мне. Я не хочу тебя потерять… — высыхаю на пару секунд, обернувшись к ней. — Пойми, я просто не переживу этого.

— Ты меня не потеряешь, — произносит, накрывав мою руку своей маленькой ладошкой. — Но пойми же и ты меня! Я не могу сидеть здесь сложа руки и ничего не делая! Безделье меня убивает. Представь, что что-то случилось со мной, а ты за тысячу километров от меня и тебе не разрешают меня увидеть. Насильно не пускают? Какого тебе будет тогда? Ты будешь сидеть и ждать?

— Нет, — тихо признаюсь, признавая её правоту, потому сдаюсь. — Хорошо. Завтра я созвонюсь с Глебом и если он сможет обеспечить твою полную безопасность, то, так уж и быть, мы полетим, но ты ни на шаг не отойдёшь от меня. Будешь всегда рядом и во всём слушаться.

— Хорошо, — радостно соглашается.

— И полетим мы максимум на один-два дня, — продолжаю и улыбка с её губ медленно исчезает.

— Этого мало! Очень-очень мало! — возмущается она, чуть ли не плача.

— Это мои условия, — строго произношу.

— Но…

— Мила, либо так, либо никак, — раздражённо говорю. — Я и так решаюсь на это, рискуя тобой.

— Хорошо, — обиженно надув губки, соглашается, хотя я чувствую, что мы ещё продолжим этот разговор. — Спасибо.

Приехав в больницу, я радуюсь тому, что по пути ангелочка больше не рвало, хотя тошнило. Вероятнее от запаха алкоголя, исходящего от меня. Мне пришлось заехать в магазин и купить жевательную резинку и переодеться в спортивный костюм, который всегда вожу в машине. Да, от него исходил не очень приятный запах, но Миле он, кажется, пришёлся по душе и она то и дело втягивала этот «аромат», довольно улыбаясь… Странно.

В кабинет к врачу я зашёл с Милой, но затем профессор и моя жена настоятельно попросили меня выйти. Всё из-за того, что моя жена якобы смущается отвечать на вопросы в моём присутствии. Но думаю, причина кроется в том, что Мила просто вредничает, решив меня слегка наказать, а женская солидарность не позволила профессору отказать моему вредному ангелочку.

Но мне всё равно. Главное, чтобы её вылечили и ей не было плохо. А уж с её временной обидой и местью, я смирюсь.

Сев на диван в зоне ожидания, включаю телефон и звоню Глебу, самолёт которого должен был вылететь примерно через десять минут, поэтому разговор получился коротким, но он пообещал,

что по прилёте займётся нашим вопросом и всё будет хорошо и я могу спокойно договариться о перелёте.

После решаю позвонить брату и разузнать, что происходит в его жизни и как обстоят дела. Новости, которые он рассказывает, повергают меня в шок, заставляя заволноваться за жизнь Тиграна.

Да, нам определённо нужно в Россию.

Мила

— Tell me, is this your husband? (Скажите, это ваш муж?) — спрашивает профессор, завершивший мой внешний осмотр.

— Yes, (Да,) — нахмурившись, отвечаю.

Герман же сразу представился.

— Do you have a sexual life? (Ведёте ли вы половую жизнь?)

— Yes. (Да.)

— I suggest you go to the gynecologist now. I think your malaise is caused by pregnancy. But it is still worth making sure of this, (Предлагаю вам сейчас пройти к гинекологу. Думаю, что ваше недомогание вызвано беременностью. Но всё же стоит убедиться в этом,) — ошарашивает меня врач, профессионально улыбаясь.

— Беременна? — пораженно выдыхаю.

В смысле беременна? Стоп, а когда у меня последний раз были месячные? Когда я прилетела в Испанию. Мы с Найрин ещё в тот день, заставили Германа отвести нас в город, а там в аптеке купили необходимое… а после… пачка так и лежит наполовину использованной… Следовательно, я могу и правда быть беременной.

Вспоминаю как начала замечать, что некоторая одежда, которую я раньше носила и была мне тугой, теперь вовсе не застёгивалась. Я всё списала на лишний вес, но он, наоборот, был меньше, чем когда я приехала. Тогда я решила, что с весами что-то не так… тошнота, потемневшие ареолы на груди, задержка… специфические вкусы.

О боже я беременна!

— What did you say? (Что вы сказали?) — переспрашивает женщина, поправив очки на своём носу.

— Nothing. Where to go? (Ничего. Куда идти?) — спрашиваю, вставая с кресла, обувая балетки, которые врач меня попросила снять перед осмотром.

— I will accompany you, (Я вас буду сопровождать.) — отвечает она, направившись к двери. Открыв дверь, рукой указывает мне на выход.

Выйдя из кабинета вместе с врачом, глазами выискиваю Германа. В тот момент, когда наши глаза встречаются, я еле сдерживаю улыбку. Он будет счастлив, если диагноз подтвердится, но пока ему не стоит об этом знать.

Если меня одну он еле согласился отпустить, то что будет, когда он узнаёт о моём интересном положении. Нет, расскажу ему позже. Сейчас не стоит.

— Жди, — проговариваю одними губами. — Я скоро, — и посылаю воздушный поцелуйчик, который заставляет Германа напрячься и начать что-то подозревать, но в конце он ловит мой поцелуй пальцами и подносит к своим губам с улыбкой.

Отвожу глаза и следую за профессором, узнать то, что может стать одновременно моим счастьем и печалью. Ведь теперь надо быть аккуратнее в два раза больше и как-то сохранить эту новость в секрете от мужа, ведь если он узнаёт, то прост прощай моя поездка в Россию.

— Congratulations! You are pregnant! Fifth-sixth week! (Поздравляю! Вы беременны! Пятая-шестая неделя!) — проговаривает гинеколог, водя головкой датчика УЗИ по моему животу. — The fetus is developing well.(Плод развивается хорошо.)

О боже! Я беременна!

Герман

— Что сказал врач? — интересуюсь у Милы, как только она подходит ко мне.

— Со мной всё хорошо, — сдерживая счастливую улыбку, отвечает. — Но надо купить пару лекарств.

— Зачем? — спрашиваю, взяв листок с названием неизвестных мне препаратов.

— Для поддержания иммунитета, здоровья и баланса микро и макроэлементов в организме. Это все витамины, — поясняет. — Пошли! Нам же надо ещё чемоданы собирать. Да?

— Да, — киваю, притягиваю Милу к себе. — Я люблю тебя.

— Ах, как вкусно от тебя пахнет, — вдыхает Мила.

— А мужчине, что сидел рядом со мной, не очень понравилось.

— У него просто не вкуса, — хохоча, произносит мой ангелочек, светясь от неизвестного мне счастья. — Прости за те слова, я не хотела… Я просто была зла. Обида затмила мне глаза, и я не понимала, что говорю.

— Пойдём, любовь моя.

Глава 51

Мила

— Мила, ты помнишь, что мне обещала? — спрашивает меня муж, пропуская в кабину самолёта.

— Помню, — раздражённо отвечаю, проходя сразу в заднее крыло самолёта, где должна быть комната, в которой мы вместе с Германом провели почти весь полёт из России в Испанию, а теперь обратно. — Не отходить от тебя и охраны. Если замечу что-то подозрительное, говорить вам. И конфеток от плохих дядей не брать, — проговариваю устало.

Мне вчера эти правила раз сто озвучивали. Понимаю, Германом движет беспокойство и забота, но я и так на иголках из-за этого полёта и от факта, что беременна, но любимому не рассказываю. Чувствую себя обманщицей, но стойко держусь, чтобы случайно не выпалить.

Хотя хотела уже раз сто, но… рот на замке.

По прилёте в Санкт-Петербург, когда увижу родных, сразу же ему расскажу. Сейчас, главное, увидеть маму с папой, а после уже обрадуем будущего папочку известием о том, что скоро нам придётся обустраивать детскую, покупать кроватку, к слову, не одну… У меня в животе не один плод, а целых два. Врач, конечно, предупредил, чтобы я была аккуратнее, так как один из малышей плохо закрепился и в любой момент я могу его потерять, но я уверена, что всё будет хорошо.