Возвращаюсь домой (СИ) - Шугар Мия - Страница 12

Алёна тоже осмотрела свои печальные владения. Здесь ей, действительно, без помощи не обойтись. Это не уборка, где знай себе мой, да чисть, тут нужна грубая мужская сила и умение.

— Вы знаете, я же и сама хотела нанять кого-нибудь спилить и выкорчевать деревья. Тут и с забором беда, сами видите. А сколько вы возьмёте за труды?

— Договоримся, — довольно хмыкнул Митя, красуясь, подкинул и словил топорик и ловким движением рубанул по сухой ветке сливового дерева.

Алёна вернулась в дом, затопила печь и, прихватив вёдра, собралась идти на колонку.

— Давайте я сбегаю, чего вам тяжести таскать? — предложил Дима, увидев её с вёдрами на крыльце.

Алёна ломаться не стала и с радостью отдала пустые ёмкости хозяйственному мужчине. Посмотрела ему вслед, подумала, бросила нерешительный взгляд на коробку со старыми бабулиными флаконами и взяла в руки небольшую, типа сапёрной, только узкую лопатку.

"Ничего страшного не случится, если попьёт травяную настойку." — успокаивала себя Алёна. — "Сразу предупрежу, что может не помочь, чтобы не надеялись зря. Пусть тогда идут к врачу, а моя совесть будет чиста."

Нашла подходящее здоровое растение, подрубила лопаткой одеревеневший толстый стебель и аккуратно выкопала большой корень. Отряхнула от земли, отрезала мелкие спутанные боковые корешки, надёргала подходящих листьев со стебля и отнесла добычу в дом. Тут и Дмитрий явился с полными вёдрами воды.

Алёна отлила воды в таз и хорошо помыла листья и корень. Почистила и сделала всё так, как бабушка велела во сне — порубила на небольшие кусочки и разложила на чистой ткани подсушиваться у печи.

Поджарила яичницу, нарезала салат из овощей, вскипятила чайник и отправилась звать своего помощника на завтрак.

Дмитрий успел спилить несколько вишнёвых и сливовых деревьев и теперь собирался выкорчёвывать пеньки. Разогрелся от работы, скинул куртку и закатал до локтей рукава фланелевой рубашки.

— Дмитрий, я завтрак приготовила. Пойдёмте, перекусим.

— Вот это, хозяюшка, вы стол накрыли! — уважительно присвистнул Митя, увидев сервировку завтрака. — Сразу видно — городская женщина, образованная.

Алёна только грустно улыбнулась. Привычка — великое дело. Сколько лет она безупречно сервировала завтраки, обеды и ужины для своего мужа, а он принимал это, как должное и не считал нужным отметить старания жены. И вот, совершенно посторонний мужчина с первого взгляда оценил нехитрую эстетику простой сервировки.

— Приятного аппетита, Дмитрий.

После завтрака Митя ушёл во двор, а Алёна убрала со стола, перемыла посуду и решительно достала рюкзак. Сложила в него термос, пару бутербродов, завёрнутых в фольгу, большой прочный пакет для травы, нож и секатор. Если бы у неё спросили, зачем она это делает и не собирается ли, в самом деле, идти на поиски боровой матки, то Алёна бы рассмеялась и принялась убеждать спрашивающего, что идёт просто погулять в лес и подышать свежим воздухом. Но изображение нужной травы, на всякий случай, в интернете нашла и сохранила на телефон.

— Уж не за грибами ли собрались?

Дмитрий оставил в покое ствол деревца, с которого обрубал боковые ветки, и вопросительно посмотрел на Алёну, появившуюся на крыльце в спортивной экипировке и с рюкзаком.

— Нет, что вы, я в местных грибах не очень разбираюсь. Погулять хочу, пока погода позволяет.

— Ааа, ну это дело хорошее. Если за грибами хотите, то мы с Танюхой с вами пойдём, покажем что к чему. Сейчас грибов ещё не много, дождей толком не было, начало сезона. Вот в конце сентября начнётся самая грибная пора.

Они ещё немного побеседовали, а затем Дмитрий вернулся к прерванной работе, пообещав сильно не утруждаться, а Алёна закинула рюкзак на плечи и отправилась в сторону Кривого озера.

Путь туда был не близкий, но погода установилась чудесная и Алёна незаметно для себя отмахала 5 километров в одну сторону и даже не запыхалась. Озеро расположилось с другой стороны посёлка, за фермерским полем с готовым к уборке подсолнечником.

В безветренную ясную погоду водоём лежал тёмной неровной буквой С. Вода сейчас казалась в нём почти чёрной и совершенно непрозрачной. Местные жители использовали это озеро только для рыбалки и добывали рыбу с одного берега, ближайшего к посёлку. Стадо сюда не гоняли, детей купаться не пускали, да и сами редко ходили в эту сторону. А уж в лес, что за озером, вообще никто не совался. Что-то всё-таки не так с этим лесом, раз даже бабушка во сне просила вглубь не заходить.

Алёна обошла озеро и вплотную приблизилась к мрачноватому из-за обилия разлапистых елей и старых чёрных дубов лесу. Густой подлесок превращал подходы к многолетним великанам в непроходимую чащу. Этот лес был совсем не похож на просторный и насквозь просвеченный солнцем светлый лесок возле бабушкиного дома.

Алёна прошла не меньше километра вдоль неприветливой, ощетинившейся зарослями колючей ежевики опушки, пока не обнаружила подходящий вход в тёмный лес. Далеко ходить не решилась, бродила по самому краю и посматривала в редкие просветы между деревьями на озеро и дома Родниковки за ним. Нашла подходящую длинную палку и шерудила ею по опавшей листве, иногда наклоняясь, чтобы рассмотреть внимательнее то или иное растение. Наконец, на небольшом пятачке между кустами дикой смородины и душистой ирги, Алёна увидела похожие на боровую матку растения. Присела на корточки, достала телефон и сверила находку с фото. Точно она!

— Ты ж моя хорошая! Спряталась, да? Не бойся, лишнего не возьму, мне не много нужно. — приговаривала Алёна, доставая из рюкзака пакет и секатор.

Нарезала травы и, чрезвычайно довольная собой, пошла на выход из-под сени тёмных деревьев, не замечая, что за ней наблюдают две пары внимательных звериных глаз.

*

К Алёниному возвращению Дмитрий уже ушёл, не забыв прибрать за собой. За несколько часов мужчина успел срубить и выкорчевать несколько самых наглых деревьев, выросших прямо на дорожке, и аккуратно засыпать землёй и щебнем все ямы, оставшиеся после выкорчёвывания. Ветки порубил и сложил возле поленницы на просушку.

Алёна расстелила на крыльце старую клеёнку, вытряхнула траву из пакета и села на низенькую скамеечку перебирать листья.

— Доброго вечерочка. Вернулись уже с прогулки? Митька сказал, вы ушли, а я вот решила дойти, посмотреть, что он тут вам наработал.

Татьяна без стеснения зашла во двор и теперь оглядывалась по сторонам.

— Здравствуйте. Дима у вас молодец, работящий парень, спасибо ему большое за помощь. Воды мне принёс, вишню вырубил.

— Да, он у меня такой! — Татьяна согласно закивала головой, довольная улыбка украсила простое симпатичное лицо. — Завтра опять его пришлю, у вас работы тут на месяц, не меньше. Ну, понятное дело, десять лет никто не жил, заросло всё.

— Тань, ну мне прям неудобно, — запротестовала Алёна. — Что ж вы мужа от дел отвлекаете, заставляете у меня трудиться. Он, кстати, про оплату ничего не сказал, сколько я вам должна?

— Я вас умоляю, какие у него дела! Неделю, как с вахты вернулся, теперь два месяца дома будет сидеть. — махнула рукой Татьяна, подошла ближе и с благоговейным интересом посмотрела на зелёные листья в руках у Алёны. — А вы в травах хорошо понимаете, да?

— Не то, чтобы хорошо, — смутилась Алёна и перевела тему: — Тань, а где бы мне приличного чистого спирта взять?

— Медицинского?

— Желательно, конечно, медицинского. Настойку сделать нужно.

— Так у меня есть! Много нужно?

Алёна посмотрела на солидную кучку листьев перед собой и ткнула к неё пальцем.

— Вот это всё нужно залить. И корешков примерно такой же объём.

Татьяна задумалась, прикидывая в уме сколько спирта потребуется, и уверенно заявила:

— Два литра должно хватить. Сейчас принесу.

Пока Таня бегала домой за спиртом, Алёна успела начисто вымыть и обсушить траву, найти подходящие бутылки из тёмно-зелёного стекла и отмыть их от многолетней пыли.

— Алён… А эта травка… она для меня? — Татьяна поставила двухлитровую пластиковую бутылку со спиртом на скамеечку и теперь мялась возле крыльца, не зная, как подступиться к разговору о желанной беременности.