Возвращаюсь домой (СИ) - Шугар Мия - Страница 27

Волк остановился, поднял голову выше и махнул хвостом.

— Тебя Кир прислал?

Согласный кивок и ещё один мах хвостом.

— Ну надо же! Волк. Хоть бы предупредил… — по-стариковски ворчала Алёна, убирая золу с дорожки и косясь на смирно сидящее в стороне животное.

Перед сном Алёне снова понадобилось выскочить во двор. К ночи заметно похолодало, поднялся неприятный пронизывающий ветер и с неба посыпалась мелкая, как манка, ледяная крошка.

Волк лежал, свернувшись клубочком и спрятав нос под пушистым хвостом, в углу между крыльцом и стеной дома. Услышав скрип двери, высунул морду и внимательно посмотрел на женщину.

— Бедный… Замёрз совсем? И голодный, наверное… Может, пойдёшь в дом?

Животное долго рассматривало Алёну и принюхивалось к тёплым ароматам еды, витавшим в воздухе. Наконец, решившись, волк поднялся, потянулся, разминая мышцы, неторопливо обошёл крыльцо и поднялся по ступеням. Алёна придержала дверь и впустила зверя в дом.

Войдя в комнату, волк остановился, принюхался и вопросительно посмотрел на Алёну.

— Проходи, не стесняйся.

Волк фыркнул и обошёл небольшой дом по кругу, заглядывая в каждый угол. Вернулся к двери и уселся на пёстром вязаном половичке, поглядывая на стол, где стояла ещё тёплая сковорода жареной с мясом картошки.

— Ужинать будешь?

Волк звучно сглотнул слюну и облизнулся.

— Ясно. А как тебе удобнее есть? — Волк приподнял брови и наклонил голову вбок, пытаясь догадаться, что Алёна имеет в виду. — То есть, я хочу сказать — тебе разве не нужно становиться человеком, чтобы поесть?

Волк поднялся и царапнул лапой по двери, прося его выпустить. Алёна открыла дверь и подождала своего мохнатого охранника в сенях, пока он сбегал куда-то за угол дома и через минуту вернулся, неся в зубах свёрток с одеждой.

Пройдя мимо хозяйки дома, волк направился прямиком в спальню, где несколько дней жил Влад, пошуршал там, и вскоре из-за занавески вышел смущённо улыбающийся светловолосый молодой мужчина. Остановился в дверях, давая себя рассмотреть и сам разглядывая Алёну. Мужчина обладал такими же габаритами, как и ранее виденные Алёной лесные люди, но был всё-таки ниже и суше фигурой, чем Кир.

— Привет. Я Илья.

— Привет. А я Алёна.

Илья оказался весёлым и приятным в общении, и через некоторое время за столом зазвучал тихий женский смех, а разговоры за чаем затянулись до полуночи, пока у Алёны не начали слипаться глаза.

Заметив, что хозяйка устала и прячет за ладошкой зевки, Илья извинился, прошёл в комнату Влада и через несколько десятков секунд появился уже в обличье зверя. Как ни в чём не бывало, улегся на коврике у порога и прикрыл глаза, давая понять, что намерен хорошенько отдохнуть. Только чуткие уши волка непрерывно подрагивали и прислушивались к ночным звукам, выдавая готовность в любой момент вскочить и защитить Алёну от любой опасности.

Глава 11

— Хозяйка! Алёна! Алёнушка, милая помоги!

Стук в окно поднял Алёну под утро и заставил недовольно заворчать волка.

— Спокойно, маленький, это, по-моему, Танюшкина свекровь. — Алёна выглянула в окно и быстро пошла к двери, на ходу натягивая тёплую куртку. — Спрячься пока в спальне.

Волк очень удивился тому, что его назвали маленьким, но спорить не стал и послушно направился за штору.

Алёна открыла входную дверь и в сени с рыданиями ввалилась Танина свекровь.

— Зина, что случилось?

— Ой, беда, Алёна, беда! Танька-то, похоже, ребёнка скидывает.

— Что?! Да как так-то?! Скорую вызвали?

— Вызвали, да пока она приедет с города, всё кровью выйдет. — Женщина разрыдалась и ухватила Алёну за руку. — Алёнка, помоги-а? Танька ревёт, как оглашенная, воем воет, боится дитя потерять, а Димка велел за тобой сбегать.

— Рыдает, значит.. — Алёна времени даром не теряла и быстро одевалась, одновременно кидая в сумку флаконы настоек и мешочки с нужными травами.

Заглянула к волку, шепнула, что дверь оставит открытой, чтобы он мог выйти в любой момент и почти бегом отправилась к дому Татьяны, ставшей за время, проведённое в посёлке, для Алёны настоящей подругой.

На подходе к дому Алёну и Зину встретил выскочивший навстречу Дмитрий. Бледный, с трясущимися руками, он хватался за голову и умолял поторопиться. Татьяна к их приходу практически впала в беспамятство, лежала скорчившись и обхватив руками живот и тихо плакала, временами не сдерживая стоны.

Первым делом, Алёна выгнала из комнаты Дмитрия, велев повторно позвонить в скорую и поставить греться чайник. Попросила у Зины чистое полотенце, застелила им стол и выложила из сумки принесённые с собой флаконы и травы. Первым делом накапала в ложку собственноручно приготовленный настой корня валерианы, добавила немного пустырника и напоила Татьяну.

— Алён, спаси его, пожалуйста… — измученная болью и страхом женщина смотрела с такой надеждой, что у Алёны сердце сжалось от жалости, но ничего обещать Тане она не могла. Успокоить бы несчастную и дотянуть до приезда скорой, а о большем и мечтать не смела.

— Тань, послушай меня. — Алёнина рука лежала на каменном от тонуса животе подруге. — Для тебя сейчас главное — успокоиться. Постарайся расслабиться, слышишь? Это то, что ты можешь сделать для своего малыша.

Таня закусила губу, прерывисто вздохнула, сдерживая слёзы, блестевшие в глазах, и кивнула.

— Вот и умница. Отпусти мою руку на минутку, я заварю тебе вкусный чай с мятой и мелиссой и сразу вернусь.

Таня нехотя отпустила Алёнину ладонь, которую прижимала к своему животу и затуманенным взглядом из-под полуопущенных ресниц наблюдала за тем, как Алёна отмеряет нужное количество трав и заливает их кипятком.

Накрыв банку с настоем маленьким махровым полотенцем, Алёна вновь села возле своей бледной измотанной пациентки и положила руку на низ живота. Ей самой было очень страшно за подругу, но она всеми силами скрывала страх, стараясь успокоить Таню.

Прошло несколько минут и лекарства начали действовать. Татьяна затихла и всё медленнее моргала, с трудом удерживая отяжелевшие веки открытыми. А Алёна продолжала держать руку на животе и незаметно для себя, вдруг, обратилась к нерождённому малышу.

"Ну что ты там буянишь, милый? Напугал мамочку и папочку, негодник. Держись на месте крепко и даже не думай в ближайшие 7 месяцев выходить".

Алёна сидела с закрытыми глазами и словно наяву видела то, что происходит внутри тела Тани. Перед её мысленным взором медленно пульсировал небольшой мышечный мешочек, напряжённый до такой степени, что его стенки казались каменными. А внутри мешочка притаилось светлое живое образование. Внутреннее чутьё подсказывала Алёне, что с малышом всё в порядке, он здоров, и проблема кроется в месте прикрепления его к матке. Именно там притаилась опасность в виде тёмного пятна — гематомы.

Алёна не могла определить для себя, чему удивилась больше — тому, что видит происходящие внутри тела процессы, или тому, что чувствует в себе уверенность исправить ситуацию. Но, посмотрев ещё раз на беззащитное светлое пятнышко и угрожающе-тёмный сгусток, она ясно ощутила потребность помочь и представила, как от её ладони отделяются тонкие серебристые нити силы и, медленно извиваясь, устремляются к неприятному сгустку. Нити ласково огладили пульсирующее пятнышко и вплелись в гематому, распутывая повреждённые сосуды, растворяя сгустки и регенерируя ткани.

Через несколько минут тёмное пятно гематомы исчезло и напряжённые стенки матки начали медленно расслабляться, позволяя крови свободно циркулировать и питать малыша.

Алёна потрясённо выдохнула, открыла глаза и поднесла руку ближе к лицу. Что это было? Богатое воображение или то, о чём предупреждала во сне бабушка? Неужели кольцо пробудилось и начало отдавать силу?

Серебряный ободок с коричневой каменной вставкой тускло светился в неярком электрическом свете сорокаваттной лампочки и выглядел совершенно буднично. Не горел неоновым светом, не грел и не колол кожу, не давил и не холодил. Как ни крути и не рассматривай — самое обычное кольцо. Так может, дело и не в нём вовсе?