Забавы Небес (СИ) - Гринь Анна Геннадьевна - Страница 12

— У меня выходит все легче и легче, — не без радости сказала девушка.

Она вспомнила, что Хок принес ее в свой дом. Помнила даже то, как он отнес ее в огромную купальню, распутал верхние слои одежды и помог забраться в воду. А вот дальше все обрывалось и никак не желало вспоминаться.

Повозившись под одеялом, Мира приподняла его край и с интересом осмотрела длинную и явно мужскую рубашку, в которую была одета.

— Меня кто-то раздел, — констатировала она задумчиво. — Конечно, я не могла оставаться в мокром. И принес сюда. А где Хок?

Прислушавшись к себе и ощутив жгучий голод, дриада поднялась и осмотрелась. В большом графине она нашла воду, но больше в спальне ничего не было, даже фруктов в вазе. Вздохнув, девушка стала по очереди открывать двери, надеясь найти хоть какую-то одежду — рубашка была достаточно длинной, но слишком короткой, чтобы в ней прогуляться по чужому дому. За одной из дверей пряталась пустая гардеробная, за другой — ванная, а за третьей — гулкий коридор.

Вздохнув, Мира накинула на плечи одеяло и решительно вышла в коридор, надеясь, что не произойдет ничего ужасного, если она встретит кого-нибудь в таком виде.

— Привет, — сказал ей Хок, возникая словно из воздуха с плотным свертком в руках.

Дриада от неожиданности вздрогнула, дернулась, запуталась в одеяле и с писком свалилась на пол.

— Мира!

Не став жаловаться, девушка поднялась.

— Ты спала, и я решил слетать за сухой одеждой для тебя, — пояснил Хок, протягивая ей сверток.

Мира закусила губу, не решаясь задать волновавшие ее вопросы.

— Арро переволновалась за тебя, а твой дядя даже не знает, что ты здесь, — предупредил грифон.

Мира кивнула и взяла запакованные в мешок вещи.

— Мне пришлось попросить мою кухарку помочь мне ночью, — сообщил Хок. — Надеюсь, это не доставило тебе неудобств?

Дриада ощутила легкое разочарование, удивилась этому, но не позволила эмоциям отразиться на лице. Вместо этого она с благодарностью улыбнулась и вернулась в комнату.

Хок проводил девушку взглядом. Ему хотелось последовать за ней, но он не мог сделать что-то подобное. Пусть она была заманчиво взъерошенной, мягкой и какой-то внезапно уютной. Пусть он всю ночь переживал за нее и злился на себя за то, что против воли любуется ею каждый миг. Пусть он очень долго сражался с собой, но в итоге все же призвал на помощь Дакку. Пусть он до рассвета сидел рядом с кроватью, на которой спала дриада, и наблюдал за ней, переживая, что из-за грозы девушка могла заболеть. Но прямо сейчас он не мог делать то, что хотел.

— Да, а можно мне… чаю, например? — выглянув в коридор, спросила Мира и улыбнулась.

Есть Мире очень хотелось, а вот одеваться и куда-то лететь — уже нет. Дриада вздохнула и забралась обратно на кровать, оставив одежду на диванчике. Под одеялом было тепло, сухо и уютно. Если дядя ее не ищет, то и нет необходимости куда-то спешить.

Через четверть часа в комнату неслышно проскользнула пухленькая улыбчивая женщина, неся совершенно огромный поднос. Мира с любопытством на нее таращилась, а грифоница тем временем без всякого труда установила поднос на свободное пространство кровати и пожелала Мире приятного аппетита.

— А… — открыла рот Мира, но тут же стушевалась, поймав себя на том, что слишком много внимания уделяет Хоку и слишком хочет его увидеть.

— А Хок улетел, но скоро вернется, — сама сказала женщина. — Через часик где-то. Он уж так за вас переживал. Вы же промокли до последней нитки. И еще эти… растения. Мы не знали, как их распутать, вам не навредив.

Мира залилась краской.

— А плющик я на террасы отнесла, длинные ветки, не в купальне же их было оставлять, а утром смотрю — укоренились, — сообщила кухарка с улыбкой.

— Что? — опешила дриада. — Укоренились?

Выслушав короткий рассказ грифоницы, девушка плотно поела, наслаждаясь каждым кусочком всевозможных лакомств, а потом попросила кухарку показать ей террасы и прижившийся плющ. Словам женщины девушка верила, но не слишком верила себе, поэтому хотела своими глазами увидеть произошедшее.

— Еще и подрос за эти несколько часов, — заметила грифоница, подведя Миру к каменной изгороди, часть которой плотно покрывали сильные побеги с мелкими глянцевыми листьями. Стоило девушке протянуть руку, как плющ кошкой подставился ей под ладонь, но дриада не ощутила попытки выпить ее жизненные силы. Наоборот, плющ словно хотел поделиться с ней, щекоча пальцы прохладными усиками.

— А можно мне… какое-нибудь семечко? — спросила Мира. — Я хочу кое-что проверить.

Кухарка ушла, а вернулась с кульком, попутно пояснив:

— У меня родня внизу, в долине, держит яблоневый сад. Яблоки такие вкусные, что я даже засушиваю дольки. Хок такое любит.

Взяв у женщины кулек, Мира взглянула на дольки и опытным глазом нашла самые спелые косточки. Подержав сухой яблочный кружочек в ладонях, девушка отыскала подходящее место и сосредоточенно опустила кружок на землю, а после выпрямилась и повела над этим местом ладонью, внимательно следя за происходящим.

Несколько секунд казалось, что ничего не происходит, а потом земля сама собой зашевелилась, что-то тихо щелкнуло, а посреди кружочка сушеного яблока начало пробиваться три сильных ровных побега. Наблюдая за тем, как молодые яблоньки быстро поднимаются над землей, дриада озадаченно взмахнула рукой, вливая еще больше силы и пытаясь понять, что же с ней такое происходит. Настолько переполненной силой девушка себя никогда не ощущала.

Яблони тем временем поднялись выше ее головы и начали уплотняться, недовольно тесня друг друга, пока вынужденно не слились в одно дерево — так плотно они прижимались друг к другу.

Озадаченно нахмурившись, Мира обернулась к кухарке и охнула, увидев, что потрясенная женщина сидит на земле и неверяще таращиться на продолжающую расти яблоню.

— Я ничего не понимаю, — прошептала дриада, оседая на землю.

— Хок, Хок! — окликнула грифона Дакка, стоило тому переступить порог. — Наконец-то ты здесь.

— В чем дело? — насторожился принц, видя бледное как мел лицо служанки.

— Не виноватая я! — заламывая руки, стала причитать кухарка. — Нет, не виновата.

Второй слуга Хока недовольно покачал головой.

— Что произошло? — потребовал ответа грифон.

— Дриада потеряла сознание час назад и все еще не очнулась, — ответил слуга. — Я позволил себе… перенести девушку в ту спальню, которую вы ей отвели.

— Что случилось? — разозлился грифон. Он всего на каких-то два часа покинул замок, а здесь что-то произошло и теперь слуги смотрели на него, как виноватые птенцы.

— Проще показать, — решил слуга и предложил пройти вслед за ним к террасам, располагавшимся позади замка.

Выйдя под сумрачное небо на другой стороне вершины, Хок удивленно застыл, не узнав давно знакомых, опоясанных камнем площадок, спускавшихся по склону к высокой стене, оберегавшей от падения. Прежде тут едва прорастала жалкая трава, но сейчас каждый клочок земли зеленеет от высокой густой травы, невысокую ограду у стен замка обвивал плющ, а посреди одной из террас, наплевав на злые ветра, поднималась широченная как дуб яблоня, клонясь ветвями к самой земле.

— Это… это все Мира? — спросил Хок, не веря своим глазам, а потом быстро пересек пространство и тронул ветви яблони. Дерево было более чем настоящим.

— Она что-то сделала, потом удивленно застонала и просто упала на землю, — едва не плача, сказала кухарка.

Больше не слушая слуг, Хок вернулся в замок и прямиком пошел в комнату, которую выделил девушке, но слуг за собой не пустил, закрыв дверь изнутри на ключ. Он ожидал увидеть бледную и бьющуюся в лихорадке девушку, но Мира с улыбкой свернулась калачиком под одеялом, посапывая так спокойно, будто ничего не произошло. Покачав головой, Хок присел на корточки, разглядывая ее лицо, и глухо вздохнул. Прошло совсем немного времени, а ему уже казалось, что он знает эту необычную девушку очень давно. Невесомо проведя пальцами по ее бледно-зеленой щеке, грифон улыбнулся.