Забавы Небес (СИ) - Гринь Анна Геннадьевна - Страница 6

Она боялась, что лжет себе, но слова, пусть и не произнесенные вслух, все равно не нашли сопротивления и отторжения в душе. Они на самом деле отражали реальность. Мире нравилось все то, что с ней произошло в последнее время. Нравился новый дом, нравилось отношение грифонов и даже опасное приключение с каретой теперь нравилось. В этом во всем было что-то новое и удивительное. То, чего она не знала и не видела прежде. И это настолько разительно отличалось от того беспросветного существования, с которым девушка мирилась большую часть своей жизни, что совершенно не хотелось искать недостатки.

«Если мы с принцем не сможем ужиться, то я не расстроюсь, — искренне решила девушка. — Пусть вместо личного счастья у меня будет лишь дом и спокойная жизнь. Этого достаточно».

Священная гора представляла собой невысокую гору с как будто срезанной верхушкой. На этой довольно значительной площадке когда-то возвели грифонье святилище, каких Мира прежде никогда не видела.

Грифоны поклонялись Небу и не видели смысла в возведении храмов, поэтому их священное место представляло собой что-то вроде огромного каменного гнезда. Ради праздника повсюду установили высокие шесты с повязанными на них пучками лент. Ни цветов, ни каких-то иных украшений дриада не увидела. Но на ветру ленты развевались, и в какой-то миг Мире почудилось, что она видит танцующих девушек с цветами в руках.

— Это точно моя помолвка? — спросила она дядю, крепко держа его под локоть.

— Это грифоньи традиции, — напомнил Мире Кивэй.

— Ленты, конечно, красиво развеваются на ветру, но я думала, что увижу… — девушка замялась. — Сама не знаю, что ожидала увидеть.

Даже в годы войны в княжестве продолжали играть свадьбы. Дома-деревья украшали плющом и белыми цветами, а платье невесты полностью покрывали цветами подснежника. А ведь для того, чтобы его вырастить летом или осенью требовалось влить в землю силу дриад!

Сейчас же на Мире красовался бледно-зеленый наряд, сшитый в местных традициях и украшенный бахромой и вышивкой. Ей он очень нравился, но то и дело девушка ловила себя на мысли, что ей уже никогда не надеть прекрасное платье из цветов и не пройти по мокрой от вечерней росы траве в свете порхающих среди листвы светлячков. Не будет полуночных посиделок с другими дриадами на берегу озера, когда они, по старым традициям, омоют ее, расчешут волосы и вплетут в них дикие травы и цветы. Не будет болтовни и смешков. И не будет того момента, когда подруги исчезнут, а из леса выйдет тот, кто станет ее, Миры, мужем.

Девушка сглотнула и улыбнулась дяде.

«Пусть так, пусть так, — сказала она себе. — Зато будет что-то другое. Я в это верю».

Все началось совсем не так, как Мира рассчитывала. Ее разбудили едва ли не сразу после полуночи, объяснив, что священную гору грифоны посещают лишь на восходе солнца. Дриаду отвели в купальни, а после молча облачили в наряд, которого она прежде не видела. А после всего посадили в крытые носилки и переправили сюда.

— Ужасно хочется есть, — призналась девушка дяде. — Нас потом покормят? Будет какой-то праздничный завтрак?

— Я не знаю, — чуть смутившись, признался дядя. — Не уточнял. Ты ведь понимаешь, что мы не в том положении, чтобы задавать слишком много вопросов.

Мира посмотрела на родича и пожала плечами. За свое недолгое пребывание в Грифоньих горах она не ощутила, что находится в каком-то «не том положении». За ней ухаживали, как за важной гостьей. Обращались очень предупредительно, исполняли любую просьбу и предугадывали желания. Да, не так уж много Мира просила и не пыталась нащупать границы дозволенного, но и так получала больше, чем в родном княжестве.

— Арро, — позвала девушка, оглянувшись.

— Да? — тут же откликнулась служанка, подступая к ним.

— А будет какой-то праздничный банкет после церемонии?

— Не совсем, — шепнула девушка, подавшись вперед. — Точнее, все присутствующие смогут отведать приготовленных в честь этого дня блюд, но жених и невеста должны провести этот день отдельно от остальных. На церемонии вам подадут специальный напиток…

— Целый день голодными? — насторожилась дриада.

Ей доводилось недоедать, голодать, но сейчас и здесь подобная перспектива тут же испортила настроение, мысленно вернув девушку в прошлое.

— Нет, нет, — тут же успокоила служанка. — Для вас приготовили все необходимое, и вы сможете перекусить, просто… отдельно ото всех. Считается, что эти семь дней вы вообще должны общества, но на данный момент данное условие сократили. Теперь жених и невеста лишь до захода солнца вынуждены ограничить круг до минимума.

— Мира, — дернув девушку за руку, шепнул дядя, — ты задаешь слишком много вопросов.

— А что в этом плохого? — удивилась дриада. — Это всего лишь вопросы, дядя. Не переживай.

По подсказке Арро Кивэй вывел племянницу в центр импровизированного амфитеатра и отошел в сторону. Постепенно вокруг стали собираться грифоны. Они входили в священное место и поднимались на окружавшие его ряды каменных блоков.

Для церемонии местные жители обрядились в летящие белые, алые, оранжевые и фиолетовые наряды, но, сколько Миры ни присматривалась, она не могла понять, по какому принципу грифоны выбирали цвет наряда, а Арро отошла слишком далеко, чтобы расспросить об этом девушку.

Когда собралось не меньше полусотни грифонов, в круг вышел молодой мужчина, тут же привлекший внимание дриады. Его наряд был цвета неба и этим отличался от всех остальных. Через миг Мира признала в грифоне своего спасителя и непроизвольно улыбнулась. Но молодой мужчина не поднялся к другим, а направился к ней.

Секунду девушка стояла неподвижно, пытаясь разобраться в происходящем, а потом шагнула вперед, к приближающемуся грифону, и тихо спросила себя:

— Так бывает?

Ветер трепал ее волосы, забирался под одежду. Ее потряхивало от холода и нервозности, но щеки девушки все равно вспыхнули. Ее обдало жаром неловкости.

Грифон остановился в нескольких метрах от нее, давая прийти в себя и осознать свершившийся факт. Мира была благодарна, что он не завел какой-то натянутый разговор, дал ей собраться с мыслями.

— Вы… Хок? — спросила она через минуту, хотя и так знала ответ.

— Все верно, — согласился он и шагнул ближе.

Обхватив себя руками, дриада прикусила губу и пристально взглянула на того, кто должен был через несколько часов стать ее женихом, а через каких-то семь дней — мужем. Внезапно ей вспомнился разговор с сестрами после того, как дядя сообщил им новости, и Мира не удержалась от улыбки.

Исси рыдала и не могла остановиться, Вара проклинала всех и вся, а Мира просто наблюдала за сестрами, дожидаясь, пока те успокоятся.

— Как ты можешь вот так? — возмутилась тогда Исси. — Почему ты такая спокойная?

— А что-то изменится, если я буду вести себя так же, как вы? — спокойно спросила сестру дриада.

— Я не хочу уезжать, — прохныкала Вара. — Зачем вы с дядей так? Зачем?!

— А ты хочешь, чтобы Дрирр потерял брата? — спросила Мира.

Обе старшие сестры возмущенно раздули щеки, но не смогли ничего сказать на это.

— Я все равно против, — пробормотала Исси через некоторое время. — Я не согласна. И не понимаю, почему ты согласилась на такое. И что, собираешься спокойно принять это? Из века в век дриады выходили замуж только по любви, за того, кого сами хотели видеть своим мужем. В тебе ничего не протестует из-за этого договорного брака? Тебе может попасться страшный, старый… и, хуже всего, жестокий муж. Но об этом ты не узнаешь до того, как приедешь туда. И ты согласна?

— Да, согласна, — ответила тогда Мира. — Я не буду думать о предстоящем будущем, как о выборе, который сделали за меня. Буду думать, что это мой выбор. И буду верить в лучшее. И кто бы мне ни достался, я приму судьбу.

Вспомнив сейчас тот разговор и все свои размышления с тех пор, Мира улыбнулась шире и шагнула ближе к грифону, в открытую его рассматривая.