Охраняемое сердце (ЛП) - Леблан Блэр - Страница 72

Она принесла свет в мою бесконечную ночь.

И мне суждено уничтожить все, что заставляло её сиять.

***

Рейн

Мои худшие опасения сбылись. Я влюбилась.

После переезда меня осенило. Я была без ума от Кассиана, так отчаянно влюблена, что уже дала имена нашим будущим детям — Мелоди и Байрон. Мы были бы семьей с причудливыми именами.

Большую часть времени я не фантазировала. Я беспокоилась о его безопасности. Когда местные новости сообщили, что Банк Уолнат-Крик был ограблен под дулом пистолета, я запаниковала, прежде чем вспомнила, что Кассиан работал в ювелирном магазине. Лучшая часть моего дня наступала, когда он приходил домой.

Почему мне никто не говорил, что влюбляться больно?

Кассиан выключил двигатель и припарковался у «Оракл Арены», овального здания, сияющего в темноте.

— Ты что-то притихла.

Я люблю тебя. Ты чувствуешь то же самое?

Я глубоко вдохнула и попыталась сформулировать слова.

— Что мы здесь делаем?

— Догадайся.

— Футбольный матч?

— Хотелось бы, — Кассиан отстегнул ремень безопасности и вышел из машины.

Я последовала за ним, любопытство грызло мысли.

Кассиан провел меня мимо очереди, через охрану, и подозрение закралось мне в голову.

— Подожди, — он выудил что-то из кармана пиджака. — Надень это.

Он распутал ткань, распустив мои волосы по плечам, обернул повязку вокруг моей головы. Я прочитала этикетку и ахнула.

— Боже мой, Кассиан!

— Пропуск за кулисы. Включает в себя встречу и знакомство с Гориллаз.

— О, боже, — комок набух в моем горле. — Это потрясающе. Большое тебе спасибо.

— Ты-

Я бросилась в его объятия, крепко сжимая. Он рассмеялся и поцеловал меня в ухо.

— Прости, что был таким придурком. Даже тогда я боялся потерять тебя.

Я твоя. Всегда.

Я не сказала этого, но горько-сладкая улыбка Кассиана намекнула, что он понял мои мысли.

========== Глава 22 ==========

Рейн

Я верила во второй шанс. Люди не всегда с самого начала проявляли себя с лучшей стороны. Иногда нужна была третья или четвертая попытка, поэтому я сдалась, когда папа оставил длинное голосовое сообщение с просьбой о прощении и перезвонить ему.

Он извинился, и пообещал исправить все ошибки. Сказал, что не может смириться с тем, что я ушла. Его голос дрожал, а потом сломался, он плакал. Следующие двадцать минут я утешала его. Это было странно. Нужно было догадаться, что у него есть план. В конце концов, я пообещала, что приду на его благотворительный вечер. На котором присутствовали члены высшего общества Сан-Франциско. За пять тысяч долларов можно было купить место за столом сенатора. За десять тысяч — уединение в Напе и частный ужин. Когда наступил день события, мои нервы взяли верх.

— Пойдем, — умоляла я Кассиана, который дулся. — Пожалуйста, с меня минет.

Сквозь его меланхолию промелькнула ухмылка.

— Все равно нет.

Он наотрез отказался, когда я заговорила об этом несколько дней назад. Он больше ничего не сказал, но было очевидно, что он не одобряет моего решения. Иначе с чего бы ему хмуриться, пока я бегаю по дому?

Я разочарованно зарычала, направляясь в ванную, чтобы еще раз проверить подводку для глаз.

— Это будет очень неловко. Мне бы не помешала твоя компания. Тебе же не придется с ним разговаривать.

Кассиан молча смотрел телевизор, а это красный флаг, потому что Кассиан редко сидел на диване дольше двадцати секунд. Он отжимался, чтобы скоротать время, и терпел мои сериалы, но я ни разу не видела, чтобы он плюхался на диван и сидел.

Его недовольство висело в квартире удушливым облаком. Через несколько мгновений он выключил телевизор и пригладил волосы. Он смотрел сквозь сжатые пальцы на пол, словно надеясь, что он поглотит его целиком.

Я подошла к нему, вертя в руках свои драгоценности.

— Ты сердишься на меня?

— Что? Нет.

— Тогда почему ты такой?

— Я не хочу говорить ничего дерьмового о твоем старике, — Кассиан откинулся на подушки и закрыл глаза. — Но я думаю, что тебе будет грустно, когда ты вернешься.

Наверное, он прав.

— Я была бы рада, если бы ты пошел со мной.

— Милая, я не создан для общения с богатыми людьми. Кроме того, если я приду, он перевернет все вверх дном.

— Почему?

Кассиан замолчал, его хмурый взгляд потемнел.

— Я же сказала, он извинился. Он не против, чтобы мы встречались.