Презумпция достоверности (СИ) - Сладкова Лидия - Страница 24

— Я хочу спустить Загорского с небес на землю, — честно и отчетливо проговорил он, наконец-то отходя от меня. — Хочу показать, что полет с высоты Олимпа будет болезненным. Загорский понимает, что стул под ним качается в этом деле. Вот и прислал мировое соглашение. Чтобы он с кем-то договаривался — не помню такого. Если у него был бы хоть один шанс у нас выиграть, то он бы тебя сегодня не обхаживал.

От его слов заметно замерла. Развернулась, окидывая спину, идущего к своему креслу Морозова, пристальным взглядом, теперь, наконец-то, понимая истинную причину его поведения.

Откуда? Глупо было надеяться, что никто не узнает. Глупо. А может и сам Александр Владимирович уже поведал ему о моем профессионализме.

— Он не… — быстро собравшись, принялась снова объяснять. Хватило пару секунд.

— Я видел, кто подвез тебя сегодня после обеда, — чеканил Костя каждое слово, задвинув свое кресло и, облокотившись руками на его спинку. — Что ты занервничала? По большому счету, я против ничего не имею. Это даже можно использовать в наших интересах. Только сдал он себя с потрохами. Пытается пыль в глаза пустить через тебя. Хрен ему!

Я, молча, и почему-то виновато смотрела во все глаза на начальство. Морозов негодовал, не смотря на его заверения. Эмоции выдавали его с головой. В глазах читалось явное обвинение и разочарование. И винить в такой реакции его не могла. Встреча действительно была. Только Морозов нарисовал в своей голове определенную картину, которая отличалась от реальности. Чертов, Загорский!

— Ален, мы с тобой сколько знакомы? — тем временем продолжал он, уже более сдержанно. — Давай на чистоту. Думаешь, ваша встреча случайная и он такой благородный, не смог проехать мимо девушки под дождем. Саня у нас умеет обхаживать баб. Еще как умет и имеет он их хорошо.

— Это не плохой вариант раздела имущества, — возразила, чувствуя, как грязь от слов Костика стекает по мне, а я проявляю чудеса выдержки, стискивая зубы.

Держалась из последних сил, чтобы сохранить самообладание, а заодно и работу. На самом деле, хотелось сказать ему, что его слова звучат, как незаслуженные оскорбления и упреки. К тому же врать, не собиралась. Это было глупо, но прояснить некоторые моменты все же стоило.

— И я адвокат, а не баба. Я не играю в эти игры, Морозов. Да, он подвез меня. Я не делаю из этого тайны. Но я никак не позволила себя скомпрометировать и уж тем более запятнать репутацию того места, где работаю.

Морозов снисходительно усмехнулся, садясь на кресло.

— Испугалась непобедимого Загорского или он на тебя впечатление произвел? Что клюнула на его удочку? Снимай розовые очки, Аленушка.

— Да причем тут это? — не выдержала я.

— Я все сказал, а ты услышала. Иди и работай. В правильном направлении.

— Кость, у тебя с ним личные счеты? — все же спросила, расхрабрившись.

Хотя и так было очевидно и то, как стрельнул в меня глазами начальник, подтвердило мои догадки.

— У того, кто с ним хоть раз работал, появляются личные счеты. Такой уж он человек. Матвеева, не хотелось бы коней менять на половине пути, а тебе возвращаться домой.

— Я поняла, Константин Олегович, — поднимаясь из-за стола, сказала я, соглашаясь с ним. — Я позвоню Загорскому и сообщу наше решение.

— Не позвонишь. Лично объявишь ему в понедельник, посетив его хоромы, а на следующий день подашь исковое заявление, — приказывает Морозов.

Да и черт с ним! У меня есть два выходных дня. Может, что и выясню, а потом уж и начальству доложу. Здравый смыл и холодная голова, еще никому не помешали. Думаю, мнение он свое все же поменяет и возьмет свои обидные слова обратно.

— Алена Дмитриевна еще один момент, — бросил Морозов мне уже в спину, заставляя остановиться и обернуться. — В стенах моей фирмы не занимаются благотворительностью.

Проигнорировать, отмахнуться и пойти дальше, было нельзя. Начальство как-никак… И пусть, что в этот самый момент уважение к нему опускалось до критической отметки. Думать о Костике плохо мне отчаянно не хотелось, но мысли в голове, роились, как пчелы. Я была благодарна, что помог, поддержал. Человечность все же ценилась больше мной.

— Это была старушка, которая и пяти минут не отняла моего рабочего времени. Вопрос пустяковый.

— Следующий раз я за пустяковый вопрос и видимо такой же ответ, удержу с твоей зарплаты стоимость консультации, — не отрываясь от монитора ноутбука, было мне сказано уже спокойным голосом.

— Я верну стоимость консультации прямо сейчас, — ответила я ему.

— В бухгалтерии тебя уже ждут.

Глава 14

Первым делом, придя домой, забронировала номер в отеле "Ривьера" на завтра. На месте уже не сиделось. Реакция начальника еще больше подстегнула к оперативным действиям.

Администратор долго рассказывает мне о высоком уровне сервиса, качестве обслуживания, комфорта, шаговой доступности достопримечательностей столицы, прежде чем подыскать номер, который бы соответствовал моему бюджету. В самом деле, отель "кусается" ценами. Приходиться принести в жертву свой маленький денежный запас ради дела. Хорошо бы, оценили! Может быть, и наоборот. Инициатива, как известно, наказуема. Еще несколько минут переговоров и номер за мной закреплен.

Завтра ровно в 12.00 ч. мне необходимо заселиться. Абсолютная авантюра и даже не знаю: даст ли она результат. Но я же адвокат! Ради правды должна быть готова к испытаниям, разве нет?

После душа почувствовала себя куда лучше. Разогрела ужин. Жевала макароны и сомневалась. С бесстрашием у меня были явные проблемы. Эти самые сомнения стремительно разрастались, а голос разума отчетливо вопил: не заниматься самодеятельностью. Совершенно не к месту подумала о том, что Александр Загорский точно сомневаться не будет. И пусть он красив, умен, и пусть у него фантастические духи, и крепкие руки, это совсем не повод уступить ему. Может поэтому он стал отличным адвокатом, потому что не сомневался и мог сорваться в любой момент в поисках истины?

Да уж! У меня явно что-то с головой в последнее время — фантазия разгулялась и живет отдельно от реальности. Вон даже про Загорского сколько придумала. Откуда ж мне знать, как он пришел к своим лаврам. Правильно — остается только гадать. Мне отчаянно не хотелось верить в порочащие слухи, рассказы и слова Морозова о мужчине. Может потому что я слишком идеализировала свою профессию, а может просто была о людях лучшего мнения, чем они есть на самом деле. К тому бесконечно подлыми и преступными методами невозможно выигрывать дела. Сколько веревочки не виться, но итог один. На досуге я изучала его дела, и, поверьте, там нужна умная голова, которая продумывает все наперед. В любом случае, на месте сидеть и чуда ждать, не стоит. Нужно работать. Подумаешь, какое-то маленькое путешествие. Приеду, заселюсь, покружусь, понаблюдаю, поговорю. А если ничего не узнаю, так и быть заткну свои подозрения куда подальше и послушаюсь более опытное начальство, которое, между прочим, платит мне заработную плату.

На сон грядущий поручаю Соньке еще важное одно важное дело — у своих подружек — тусовщиц, разузнать про Доронина и его разгульную жизнь. Авось, в светских сплетнях, окажется доля нужной правды. Вкратце ввожу ее в курс дела. Подруга, обремененная домашним хозяйством, с большим энтузиазмом соглашается поиграть в Шерлока и Ватсона, определив себя сразу Шерлоком, чем вызывает мой смех. Видишь ли, ей совершенно не к лицу одежда в клетку, которую так любит киношный персонаж. Естественно, об угрозах я молчу, как партизан. Иначе архаровцы Жданова уже бы дежурили под моей дверью. Соня бы очень постаралась, развив, бурную деятельность и проклевала весь мозг мужу.

Наступившие утро внесло свои коррективы в мои размеренные неторопливые сборы. Напевая под нос знакомую песенку, которая лилась из динамиков радио, и, разгуливая в халате, с полотенцем на голове, услышала звонок в дверь. Внешний вид почти «в чем мать родила», т. к. под халатом были только трусики. Посмотрела в глазок, и признаться в первую секунду оторопела. Зажмурилась и снова посмотрела.