Венец из окровавленных костей (СИ) - Сторибрук Сэд - Страница 11

Это была его первая схватка, по крайней мере, в той, в которой он мог умереть. От осознания этого тело начало неметь. Первыми пострадали ноги. Он буквально замер от обкатившего его страха. Однако он смог подставить древко под удар клинка и попытаться ткнуть, однако нападавшая отскочила в сторону, вспорхнув копной рыжих волос. Хаг наконец-то справился со своими эмоциями, испуг убрался от глаз, давая и под ударами клинка начал отступать в сторону, к болотной жиже. Внутри него начала закипать настоящая ярость. Не хотелось помирать от рук болотной девушки, боги за это могли счесть его недостойным, как отца. Он выкинул копье вперед, отмахиваясь от соперницы, как от назойливой мухи. Следующим движением он резко врезал в бок подсткочившей древком. Не смотря на удар, она вскинула руку с клинком вперед, ведя лезвие по дуге, пытаясь располосоват, защищенный лишь кожаной рубахой, живот. Узкое острие клинка прорезало эту легкую преграду, Хаг почувствовал краткую острую боль вверху торса, под грудью. Отскочив в сторону, и спасшись от неминуемого выворачивания его кишок наружу, он нашел новый способ умереть, упав в болотную трясину. Нога предательски подскользнулась, и голова на миг оказалась повергнута под тяжесть темной воды. Но лишь на миг.

Хагводно движение отодвинулся от тянущей вниз тины. Сердце билось с бешенной скоростью. Охотник попытался вскочить, но яростный удар под дых заставил тело согнуться в судороге. Над головой сомкнулась болотная тина, но большая часть тела еще оставалась на сухой поверхности. Еще миг и он погибнет или от болота или от клинка рыжеволосой. Все тело от кончиков пальцев на руке до кончиков пальцев на ногах, и он выскочил, глубоко выдохнув. С воздухов из легких вырвался и рык. Вражеский клинок был уже занесен и готов прошить охотника насквозь. Злость и тина дали ему второе дыхание. Ударом ноги он подсек рыжеволосую, она упала на одно колено. Вскочив, Хаг широким замахом ударил кулаком мечницу по лицу, со всей силы, со всей злости, которая у него только была. Тело рыжеволосой даже подскочило. Он был больше ее, ее тело рухнуло наземь. Хаг захватил первенство. Следующие удары он сыпал быстро и почти не глядя. Его кулаки ощущали под собой маленькие хрящики и лицевую кость молодой девушки. Она пыталась отбиваться, пыталась отползти от своего убивца. Но дорога для нее была только одна, в зеленую болотную тину. Вряд ли она понимала куда ползет, просто, пыталась убежать от неминуемой гибели. Рукой она достигла мягкой, вязкой болотной ловушки. От ужаса осознания она издала полный страха и отчаяния крик, из разбитых губ и треснувших зубов раздался плач.

Но Хаг не слышал его, только злость продолжала бурлить в его мыслях. Он без раздумий выхватил ее клинок и вонзил на сколько мог в изодранный маленький живот рыжеволосой. Лезвие скрамасакса вошло наполовину. Из-под болотной темной воды поднялись пузыри — последние вздохи первой его жертвы. Первой из тысяч последующих. Ее тело медленно начало засасываться вниз.

В голове все еще продолжало что-то пульсировать, когда Брендан выхватил его и потащил за собой. Сквозь глухую пелену Хаг лишь смог разобрать слова:

— Уходим!

Топор старого охотника был перемазан кровью, а позади он оставил два разрубленных трупа.

***

— А ведь все, когда я еще совсем юнцом пересекал реку, говорили мне, чтобы я не совался на болота. — Дункан Таврус поравнялся с таном.

— Утонуть там легко, тем более, для человека вашего сложения.

Графский отпрыск был наголову выше самого тана, а ширина плеч делала его чем то похожим на дуб.

— Думаю, они имели ввиду совсем другое. То, что мой брат назвал бы глупым темным суеверием. Ваши люди так же боятся этого места?

— Не все. Те, кто верит в проклятия.

— Вы не верите?

— Самое большое проклятье уже спустилось как-то на мою голову. Не думаю, что может поджидать что-то хуже.

Хорн обвел шедших за ним северян, половина из его людей действительно схватились за амулеты, даже пару бывалых щитоносцев еле слышно бубнили под нос наговоры.

Неудивительно, что когда впереди, со стороны болот послышался треск, воины вскинули луки.

— Стойте! — Выкрикнул Хорн. Но одна стрела уже отправилась в сторону приближавшихся.

Стрелки убрали оружие, лишь когда гости показались на открытой поляне перед ними. Хаг и Брендан задыхаясь, рухнули у ног лошади тана.

— Тан, — Брендан довольно быстро перевел дыхание и поклонился, увидев графа, он приклонился в пояс. — Милорд.

Хорн протянул им меховую флягу. Брендан сделал несколько глотков, передал Хагу, тот лишь отмахнулся от нее и подозрительно обвел взглядом графа и его людей.

— Дядя, — он поднялся и обратился только к Хорну, словно не замечая Дункана. — На болотах чужаки, вооружены.

Брендан протянул сбереженный им обломок стрелы с черно-зеленым оперением.

— Это они. — Хорн передал обломок Дункану.

— Ну что же, значит, мне просто суждено посетить эти ужасные «болота». — Дункан улыбнулся, его ладонь легла на рукоять длинного меча.

— И вы все там подохните. — Оскалился Хаг, схватившись ладонь за грудь. Струйка крови прошла сквозь пальцы.

— Что? — Возмутился Дункан.

— Ты ранен? — Забеспокоился Хорн.

Хаг отмахнулся: «пустяки, царапины».

— Он имел ввиду, милорд, что ваше железо хорошо тянет на дно. — Вмешался Брендан.

— Мои люди справятся. Ведь так!

Толпа отозвалась неуверенным, но дружественным поддакиванием.

— Ваше право. — пробормотал Хаг.

— Чем больше железа, тем лучше. — Отозвалось среди охотников Хорна. — Такого количества железа все тиновые духо-бабы испугаются.

— Нам одной твоей рожи хватит, чтобы их всех распугать. — Ответил в толпу Хорн.

— Каковы планы? — Дункан давал понять, что но полностью под властью правителя земель.

— Разделимся — Хорн повысил голос. — Ваших воинов будут сопровождать мои охотники. Пойдем трема путями, дабы не угодить в ловушку. Практически в самом сердце болот хижина, там видимо и спрятались эти ублюдки. Те, кто в железе на конях, поедем в обход, но нужно быть осторожней. Брендан, поведешь напрямик. Хаг, лечится.

— Нет.

— Я приказал! Если надо силой уведут.

— Брендан и вполовину не знает болот, так как я! К тому же, там мой дом! — Парень буквально ударил ногой о землю.

— Воля твоя. Граф, оставьте стрелков с ними.

— Так и сделаю. — Дункан привстал на стремени. — И помните, вы действуете от лица короны Рейна! Будьте достойны этой чести! И по возможности поймайте в плен убийц! Но если они начнут драку — помните, убийство человека на королевской службе карается смертью!

Так и сделали. Сам Хорн с двумя охотниками повел наиболее вооруженных людей графа в обход, через рощу, где было наиболее сухо. Брендан в обход с востока, через заросли можжевельника. Хаг, как самый опытный житель болота повел лучников графа и легковооруженных воинов в лоб, сквозь узкие тропки.

— Ты точно сможешь? — Перед уходом спросил Хорн племянника.

— Да, ерунда, царапина.

— Тот, кто это сделал, получил больше?

— Умер.

— Ну что же, теперь ты воин. — Хорн похлопал его по плечу. Он не знал, как следует. Отец не посвящал его в воины, не видел, как он убил первого врага. — Хорошенько запомни того, кто пытался убить тебя, но пал от твоей руки. Хорошо запомни этого ублюдка. Хорошо запомни его… — когда то ему так сказал старый щитоносец, под командованием которого, и произошел его первый бой.

— Ее — перебил его Хаг. — Рыжеволосая молодая девушка, вряд ли старше меня.

Хорн вздохнул: «Не к добру это, первой жертвой воина должен быть воин, а не женщина. Не к добру это, не к добру».

Порой первая жертва определяла всю жизнь воина. В древности, северяне специально искали для своего топора первую жертву среди прославленных воинов юга и востока. Зачастую, правда, сами и находили там смерть.

В ватагу к Хагу попал и Ги. Чужеземец постоянно оглядывался на своих путников, но пытался держаться за спиной молодого северянина, идя за ним след в след. Отряд двигался стройной цепочкой. Ги удивлялся царившей вокруг тишине, и тянула на дно именно она, а не железо.