Изнанка рая (СИ) - Зиненко Сергей - Страница 25

— В Дуат мы не спешим, просто ещё не решили кто станет нашей добычей, — решил развеять сложившийся образ необразованных эмигрантов Диармайд.

— Лу, что у тебя за дурацкая привычка строить из себя идиота перед незнакомцами? — спросил Диармайд, когда Мурат и компания ушли регистрироваться.

— Не нуди! — бросил Лу.

Регистрация прошла быстро и буднично. Заполнили документы, указав паспорта и место регистрации охотника. Оказалось, что в дельту Нила войти могли только члены кланов, или свободные охотники.

Уже через час они плыли по Нилу мимо огромного храмового комплекса, отбрасывающего длинную тень на реку. Лодка остановилась у КПП, где у них проверили документы и пропустили.

Дальше местность была дикой, не обжитой. Нависавшие над рекой высокие скалистые берега закрывали солнце. Плыть приходилось медленно, так как река петляла в скалах и разогнаться тут было невозможно.

Привал на ночлег устроили на берегу, когда река вывела их из скал. Зелёная местность полнилась звуками дикой природы Африки.

— Обязательно было плыть дальше? — пожаловался Луиджи, — могли бы переночевать в городе.

— Я займусь дровами, — проигнорировал его Диармайд. Африканская прибрежная саванна завораживала. Любуясь красотой пейзажа, он против воли успел поймать приступ ностальгии. Заглядевшись на очередной пёстрый южный цветок, Диармайд вспомнил родину. Нет, не так, не он вспомнил, а всплыли образы из памяти предка. В это время там бушевало летнее разнотравье. Парень закрыл глаза и как наяву услышал шум клёнов и дубов, запах луговых цветов и жужжания насекомых. Он открыл глаза и почувствовал, как сердце поразил укол сожаления, словно он ожидал что в самом деле когда откроет глаза — увидит дубы и клёны, оплетённые трилистником. Странно было это — скучать по родине, которую парень почти не видел собственными глазами.

Мучится сбором валежника Диармайд не стал, просто сломал толстое деревцо не сильным ударом.

— Ди, как думаешь, что лучше — использовать припасы или найти съестное самим? — спросила Мелисса.

— Я добуду рыбу, — Диармайду даже не пришлось спускаться к реке. Он просто взмахнул рукой и из толщи воды вылетела сфера с заключённым в ней карпом не малых размеров. Рыба была изменённой второго ранга и имела просто невероятные размеры.

— Пустой, — с сожалением сказал парень, вырезав белое зёрнышко кристалла.

— Зато вкусный! — у Луиджи была очень притягательная черта — он умел везде видеть позитив. Иногда это раздражало конечно, но Диармайд уже давно привык к его образу мышления.

— И откуда в тебе столько позитива? — не сводила взгляда с Лу Мелисса.

— Маме и папе спасибо!

— Ни разу от тебя о родителях не слышал, — прокомментировал реплику Диармайд, потроша рыбу в стороне от лагеря.

— Да? — погрустнел Лу, — ну… у меня действительно были классные родители. Я просто обожал отца, — горько усмехнулся он, давя подступивший ком к горлу, — он был одним из первых убитых, когда у Фальконе начались тёрки с Каморрой в Сорренто. Мама после смерти таяла на глазах, а через полгода умерла и она. До сих пор помню, как она бледнела с каждым днём. Я тогда отказывался отходить от её постели, забросил тренировки и всё остальное, но её тоже не стало и меня забрали в клан. Артуро воспитывал меня как солдата, на которого возлагали большие надежды, так как я быстро набирал ранги. До сих пор помню, как большую часть клана пустили под нож и нам пришлось бежать в Грецию. Поверь Ди, те огрызи Фальконе что ты видел и близко не сравнимы с величием клана в прошлом. Они брали своё начало от лордов, владеющих большими землями на юге Италии, в тогда ещё Неаполитанском королевстве.

Этот откровение было неожиданным. Наступила тишина и было слышно только как Диармайд счищал чешую с рыбы.

— Диармайд… а ты? — осторожно спросила Мелисса. Её уже очень долгое время интересовало прошлое парня, но она опасалась разбередить старую рану, потому не рисковала задавать вопросы. Сейчас девушка решила воспользоваться моментом и атмосферой.

— Я? — издал горький смешок Ди, — моё прошлое — это сплошной мрак и отчаяние, Мелисса. Поверь, то, что творилось в скотобойне, очень трудно передать словами. То место словно выпивает всё светлое из твоей жизни. Иногда мне кажется, что я уцелел только благодаря памяти предка. Эпизоды из его жизни были отрадой в том царстве мрака и отчаяния.

— Диармайд О’Дуйвне, да? Это же он был прообразом легенды о «Тристане и Изольде»?

— Никакой неземной любви у предка не было, это я тебе говорю точно, — уверенно заявил Диармайд, помня, как Грайне воспользовалась его древним родственником. — Даже не представляю как то, что я видел превратилось в историю о любви.

Мелисса была немного разочарована тем, что не удалось разузнать ничего интересного. Но она видела, что ничего больше из парня не вытянуть.

Время «Великой» охоты приближалось. Отужинав все пошли спать. Завтра они должны были добраться до охотничьих угодий, богатством которых славится дельта Нила.

Берега реки, поросшие густыми джунглями, выглядели какими-то агрессивными, пугающими. Иногда густые заросли чередовались проплешинами из краснозёма, демонстрируя жирную глинистую почву. Высокие деревья вдалеке стояли особняком, как монументы нависая над джунглями. Вся местность изобиловала живностью, мошки постоянно норовили залезть в рот, глаза или уши, от клёкота птиц болела голова. Диармайд был зол, и никто из его компаньонов не рисковал заговорить с магом, чьи глаза горели синим потусторонним светом.

Парень читал книгу под названием «Шестерёнки — инструкция», но ни о какой механике там не шло речи. Эта… писанина, вызывала у парня отторжение с первых строчек, и он даже не представлял зачем продолжает это читать.

— Ди, может не надо читать книгу, раз она тебя так бесит? — осторожно спросил Луиджи. Диармайд неосознанно выплёскивал своё негодование наружу и ребята подрагивали от страха из-за набирающих силу глаз. Сейчас Луиджи в полной мере осознал силу, которая в них скрыта. После прорыва Диармайда на пятый ранг он не имел сомнительного удовольствия почувствовать их эффект на себе, до этого дня. И сейчас он не находил себе места из-за костлявой руки страха, сжимающей его душу.

— Не понимаю, чем она тебя так бесит. Книга как книга, по-моему, в ней вполне здравые идеи, — Луиджи имел не осторожность высказать свое мнение, за что тут-же поплатился, Диармайд отвёл глаза от книги и посмотрел на него.

— Мелисса, вот скажи мне, на кой чёрт ты дала ему эту книгу? — Повернулся к девушке Луиджи, не в силах вынести тяжёлый взгляд друга.

— Откуда я могла знать, а? — виновато спросила девушка.

Диармайд дочитал книгу и отложил её в сторону. Он откинулся на сидении с силой массируя глаза, его товарищи с облегчением выдохнули, когда стал улетучиваться дурманящий эффект страха.

— Сам не знаю из-за чего разозлился, — унимая раздражение заговорил парень. — Но меня бесит эта ода света и добра. Люди и маги должны жить в мире и поддерживать друг друга, как слаженный механизм. Бесит!

— Движение шестерёнок набирает силу в Европе, — заговорила Мелисса. — К этой группе с каждым годом присоединяется всё больше и больше единомышленников. Среди них есть как влиятельные люди, так и маги.

— Странно что Ватикан не реагирует на это, ведь они, по сути, бросают вызов и ставят под сомнение его доктрины о величии человеческой расы, — Диармайд провёл рукой по тесьму золотой шестерёнки на обложке книги.

— А они и реагируют, просто сейчас есть множество проблем куда большего масштаба. Насколько я знаю — Испания чуть ли не полностью подлежит истреблению, из-за поднявшейся там революции.

Диармайд не смог сдержать ухмылки.

— Из-за глупого короля расплачивается вся страна. Зато теперь всем видно истинное лицо паладинов, — довольно сказал парень.

— Я бы на твоём месте не был так в этом уверен, — высказал своё мнение Луиджи. — Не стоит недооценивать силы пропаганды, — серьёзно сказал он.