Долг, окрашенный любовью (СИ) - Касс Селена - Страница 123

Доктор Готри, не спускал с нее пристального взгляда, четко отслеживая ее состояние. Но сейчас, это мало волновало Катриону. Все ее внимание было сосредоточенно на том, что происходило внутри нее, не позволяя отвлекаться ни на что более.

— Вам стоит немного отдохнуть, — пробормотала Трейси, смахивая влажной салфеткой пот с ее лба и плеч. Прохладная ткань прекрасно охлаждала жар, доставляя невыносимое наслаждение. Если это конечно можно было так назвать.

Катриона откинулась мокрую подушку, закрывая глаза. Всего мгновение назад очередная схватка сковала ее тело, теперь же она пошла на убыль и ей на смену пришел небольшой перерыв. Именно этого она и ждала. Она уже научилась пользоваться этими передышками и, воспользовавшись советом Трейси, медленно вздохнула, успокаивая собственное дыхание. Она знала, что совсем скоро эта минутная передышка пойдет на убыль и немилосердная боль снова возьмет ее в свои тиски.

Дверь комнаты затряслась от сильного удара. Кейтлин и Трейси переглянулись, а Катриона не могла позволить себе отвлечься. Застонав, она запрокинула голову и, собрав пальцами простынь под собой, прикусила губу. Кажется, это снова должно случиться. Только теперь схватка стала сильнее. Настолько сильной, что Катриона не смогла сдержаться от крика.

Габриэль влетел в комнату и направился к кровати, где лежала его жена. Его терпение иссякло.

— Милорд, вам не следует находиться здесь, — недовольно сказал доктор Готри, пытаясь встать у него на пути, — Ваша жена прекрасно справляется, и нет причин для волнения.

— Уйдите с моего пути, — процедил Габриэль, не удостоив мужчину даже мимолетным взглядом. — Вам меня не прогнать.

Катриона взглянула на мужа, когда он сел на кровать рядом с ней. На его лице не было видно ни единой эмоции, и только сведенные брови и крепко сжатые губы выдавали его с головой. Кажется, он переживал так же сильно, как и она.

— Зачем ты пришел? — прошептала Катриона, даже не пытаясь скрыть радость и облегчение на лице. Как и всегда, Габриэль одним своим присутствием добавлял ей сил и уверенности в себе. — Постой, можешь не отвечать. Мне было плохо без тебя, Габриэль, — все так же тихо проговорила она, закрывая глаза. — Я рада, что ты здесь. Очень рада.

— Я именно там, где должен быть, — сказал Габриэль. Трейси и Кейтлин тактично отошли, позволяя им поговорить наедине. Но его это не волновало. Сейчас он думал только о жене.

Катриона посмотрела на него и кивнула. Больше она ничего не смогла сделать, потому что еще один спазм, самый длинный и мучительный скрутил ее тело. Что-то изменилось. Странное давление появилось между бедер.

— Что с ней? — рыкнул Габриэль, обращаясь к доктору.

— Я, я, — резко выдохнула Катриона, пытаясь найти верные слова, но, кажется, доктор Готри и так понял ее. В одно мгновение он оказался рядом с ней, быстро приподнимая подол рубашки.

— Уже скоро, очень скоро, — сказал он, уверенно перехватив ее взгляд полный паники, — теперь, все что вы должны делать, это тужиться. Так сильно, как только сможете. А потом еще раз.

Катриона поспешно кивнула. Она и сама чувствовала эту странную необходимость. Теперь она и подумать не могла, чтобы сопротивляться боли. Пытаясь найти хоть какую-то опору, она запрокинула руку к изголовью, но Габриэль перехватил ее, крепко удерживая. Их пальцы сплелись воедино. Катриона напряглась, тужась так сильно, как только была способна. Схватка немного ослабла, но тут же вернулась с большей силой.

— Еще раз, — выкрикнул доктор свой приказ и не позволяя Катрионе расслабиться, — Не останавливайтесь. Уже показалась головка, а значит вам осталось совсем немного потрудиться.

— Да, — прошептала Катриона. Запрокинув голову, она крепко сжала руку Габриэля, сделав то, что должна была.

И тогда это произошло. Громкий крик ребенка раздался в унисон с ее собственным. Катриона обессилено упала на кровать, но руку не разжала. Она хотела чувствовать мужа рядом с собой. Только с ним, она была сильной и смелой.

— Девочка, — с усмешкой сказал доктор, передавая ребенка в заботливые руки Кейтлин и Трейси, которые все это время ждали, готовые оказать любую необходимую помощь. Ему же предстояло позаботиться о роженице, — У вас дочь, милорд.

Габриэль смотрел на Катриону, не в силах отвести от нее взгляда. Сейчас, бледная и уставшая, она казалась ему очень красивой. Глубокие тени залегли у нее под глазами.

— Катриона, — тихо позвал он, — Посмотри на меня.

Катриона вздохнула. Сонливость навалилась на нее, но она из-за всех сил пыталась бороться с ней. Открыв глаза, она повернулась к мужу, заглядывая ему в глаза.

— Я хочу увидеть нашу дочь, Габриэль, — попросила она. Теперь, когда страх перед родами отступил, все опасения вернулись на свои места. Вдруг, муж откажется принимать малышку? — Габриэль? Прошу тебя.

Габриэль осторожно разжал руку и поднялся на ноги. Кейтлин тут же подошла к нему. На ее руках, все так же плача, лежала его дочь. От этой мысли он едва не запнулся, но все же смог удержаться. Его взгляд устремился на маленький сверток. Это дочь. Разве такое было возможно?

— Возьми ее, — с улыбкой проговорила Кейтлин. Она и сама едва сдерживала слезы. Она не могла поверить, что сейчас держала внучку. Свою прекрасную внучку. Она не могла насмотреться на нее. Но ей все пришлось оторваться, чтобы посмотреть на Габриэля.

Катриона беспокойно заерзала на кровати, стараясь приподняться, чтобы увидеть, что происходит между Габриэлем и их дочерью.

— Габриэль, — прошептала она.

Вздрогнув, Габриэль протянул руки, решительно принимая от Кейтлин свою дочь. Девочка тут же успокоилась и посмотрела на него темными глазами, слишком похожими на его собственные. Ее темные бровки нахмурились, и она зевнула, словно это ей пришлось проделать такую большую работу. Укутанная в мягкое одеяло, она казалась совсем невесомой и маленькой.

Габриэлю пришлось глубоко сглотнуть, чтобы избавить от избытка непривычных для него чувств. Медленно, он вернулся к кровати.

— Дай мне ее, — тихо попросила Катриона, не отрывая взгляда от дочери.

Уперевшись коленом о край кровати, Габриэль передал ребенка жене. Как только его руки опустели, он тут почувствовать странную нехватку чего-то очень близкого. Или кого-то.

Катриона не смогла сдержать чувств. Склонившись к дочери, она прижалась к ее мягкой щечке поцелуем.

— Она прекрасна, правда? — прошептал она, обращаясь скорее к себе самой, чем к кому-либо. Мать и Трейси вышли из комнаты в сопровождение доктора, услуги которого больше не требовались.

— Тебе нужно отдохнуть, — сказал Габриэль, усаживаясь рядом.

Катриона кивнула. Она и правда чувствовала, что еще немного и уснет прямо так, сидя на кровати.

— Ты останешься со мной? — прошептала она, осторожно передавая дочь мужу.

Только когда Габриэль кивнул, Катриона смогла закрыть глаза. Сон тут же сморил ее.

Катриона проснулась, чувствуя необычную легкость. Открыв глаза, она несмело провела рукой по животу, тут же вспоминая все, что произошло. Ее дочь.

Сейчас, когда она немного отдохнула, ей хотелось увидеть ребенка. Приподнявшись на локте, она осмотрелась по сторонам.

— Габриэль, — тихо позвала она. Муж сидел на кресле. Кажется, все это время он смотрел на нее, — Где наша дочь?

Габриэль сдвинулся вперед, опираясь локтями на собственные колени.

— Ее принесут немного позже, когда мы поговорим.

Катриона застыла, предчувствуя что-то плохое.

— О чем? — спросила она.

— О тебе и моей матери, — спокойно ответил Габриэль.

От страха, дыхание перехватило, и Катриона отшатнулась к изголовью кровати. Несмотря на то, что прямо сейчас Габриэль выглядел довольно спокойным и сдержанным, это не могло успокоить ее. Она очень хорошо знала мужа. Очень хорошо. Так же, как и то, что это должно было случиться. Просто она никак не могла подготовить себя к этому. Сколько бы времени не прошло, она никогда не будет готова.

— Я должна была тебе все рассказать. Еще раньше, — прошептала Катриона, кивая в ответ на вопросительный взгляд Габриэля. Отвернувшись, чтобы не видеть его, она облизнула пересохшие губы, собираясь с силами. — Прости меня.