Долг, окрашенный любовью (СИ) - Касс Селена - Страница 73

Всхлипнув, Катриона зажала рот рукой, боясь, что мужчина снаружи ее услышит. Сейчас, у нее не было сил разговаривать, с кем-бы то не было. Прошло совсем немного времени, прежде чем карета остановилась у дома. Торопливо расплатившись, Катриона ступила на дорожку, и затем, не оглядываясь, направилась к черному входу. Она не успела даже обойти дом, как оказалась прижатой к каменной стене тяжелым телом.

— Передай наш привет своему мужу. И скажи, что в следующий раз я не промахнусь.

Катриона еще не пришла в себя от этих слов, когда почувствовала жалящее прикосновение к своей руке. В это же мгновение, она оказалась откинутой к стене. От грубого удара, она не удержалась на ногах и неловко сползала прямо к порогу. Что-то потекло по руке. Скрипнув зубами от боли, Катриона медленно высвободила руку из рукава накидки и с ужасом уставилась на порез. Пусть он и не был настолько глубок как у Габриэля, но уже сейчас кровоточил и отдавал сильной болью.

Сдерживая слезы, Катриона поднялась на ноги, молясь, что в этот раз не упадет в обморок. Только не это. Зажав рукой рану, Катриона медленно направилась к двери, надеясь, что больше никаких приключений ее сегодня не ожидает. Толкнув дверь, она вошла на кухню. К ее удаче, в это позднее время никого здесь уже не было, а значит, она сможет спокойно пройти в свою комнату.

Едва войдя в комнату, она сразу же бросилась к смежной двери. Прислушавшись, она выдохнула, понимая, что, как и во все предыдущие ночи, Габриэля дома не было. Но это осознание не помешало ей все же предусмотрительно повернуть ключ в замочной скважине. Только после этого, она позволила себе обратить внимание на свою руку и заняться раной. Медленно, стараясь не делать резких движений, она избавилась сначала от плаща, а затем и от платья, рукав которого оказался, распорот ножом.

Оставшись в одной рубашке, Катриона быстро промыла рану, а затем так же быстро перевязала. Ей было не очень удобно действовать одной рукой, но она все же постаралась затянуть повязку как можно туже, чтобы остановить кровь. Голова тут же закружилась. Почти наощупь, Катриона улеглась на кровать и, накрывшись одеялом, позволила себе уснуть.

Габриэль вошел в дом, ощущая странное дурное предчувствие. Что-то не давало ему покоя. Хмурясь, он быстро поднялся вверх по лестнице к своей комнате. Он не знал, что заставило его остановиться у комнаты Катрионы, но он все же сделал это. Но, даже прислушавшись, он ничего не услышал. Совершенно ничего.

Пожав плечами, он вошел в свою комнату, собираясь умыться и лечь спать. Но что-то очень навязчивое все равно не давало ему покоя. Послав все к чертям, он подошел к двери разделяющей его комнату с комнатой Катрионы. Натолкнувшись на запертую дверь, Габриэль недовольно нахмурился, а затем повернул ключ со своей стороны. Неужели, наивная девчонка думала, что это его остановит?

Войдя в комнату, он увидел, что Катриона спит. Нахмурившись, он осмотрелся по сторонам и тут же увидел платье и плащ, которые небрежной кучей валялись на полу. Он и не знал, что Катриона куда-то уходила. Когда в этот вечер он сам покидал дом, Катриона была в своей комнате. Что же случилось потом?

Габриэль нахмурился, а потом пожал плечами. Это не его дело. Чем больше и чаще Катриона выходит из дома одна, тем лучше шансы найти того, кто пытался его убить. Ведь именно этого он добивался?

Усмехнувшись, он уже собрался вернуться к себе в комнату, когда его взгляд упал на таз с водой. Даже в темноте комнаты, он увидел, что сейчас вода была красной, такой же, как и полотенце на столе. Кровь замерла в жилах Габриэля, пока он рассматривал окровавленную ткань.

Зарычав, он бросился к кровати и встав на одно колено на матрас, всмотрелся в бледной лицо своей жены. Откинув одеяло в сторону, он принялся внимательно осматривать Катриону, которая спала лишь в одной рубашке до колен. Замерев, Габриэль посмотрел чуть выше, упираясь взглядом в ее живот. Вздрогнув от странного чувства, он тут же отвел взгляд. Кровь на полотенце все еще будоражила его. Могло ли это как-то касаться ее ребенка? И должно ли это его взволновать?

Габриэль не знал почему, но его руки сильно дрожали, когда он начал осторожно переворачивать Катриону, собираясь осмотреть с другой стороны.

— Что ты делаешь? — Катриона, в ужасе откатилась в сторону, стараясь держаться как можно дальше от мужа. Вздрагивая, она озиралась, ничего не понимая. — Что ты тебе нужно?

Стиснув зубы, она смотрела на Габриэля, стараясь не показывать, насколько сильно болит порез на руке. Габриэлю не нужно было знать об этой ране, ведь помогать ей он все равно не собирался. Все, чего Катриона хотела сейчас, так это, чтобы муж оставил ее в покое. Это было предпочтительнее, чем показать ему свою слабость.

— Что все это значит? — грубо спросил Габриэль, кивая в сторону стола. Обернувшись, чтобы узнать, о чем именно он спрашивает, Катриона с ужасом увидела, что совсем забыла прибраться. Сил на это просто не хватило. — Я спросил, что все это значит.

Катриона вздрогнула, от того, как нетерпеливо прозвучал голос Габриэля. Усмехнувшись, она покачала головой, а затем заставила себя ответить небрежно и спокойно, так же как обычно делал сам Габриэль.

— Ничего особенного не случилось. Всего лишь небольшой порез.

Не обращая внимания на мужа, она вновь легла на кровать, натянув одеяло. Отвернувшись, она тут же втянула в себя воздух. Пытаясь обмануть мужа, она совсем позабыла о том, насколько сильно болел этот самый небольшой порез.

Позади Катрионы раздалось грубое ругательство, а потом матрас ещё сильнее просел, когда Габриэль лег на кровать. Катриона пыталась вырваться, но муж не позволил. Обхватив ее за талию, он притянул к себе, прижимая спиной к твердой груди. Уперевшись подбородком в ее макушку, он пробормотал:

— Успокойся и спи.

Глава 47

Ощущая рядом с собой приятное тепло мужского тела, и впервые за долгое время не чувствуя тошноты, Катриона тихо вздохнула, не желая просыпаться. И вовсе не потому что не выспалась. Нет, она просто не хотела разрушать эту тишину и глубокое спокойное дыхание Габриэля, который все еще продолжал спать. Похоже, так же как и она сама, он оказался слишком измотанным, чтобы хоть что-то могло помешать его сну. Даже опасность, которая подкралась так близко. А как еще можно было назвать то, что мать Габриэля и тот, кто пытался его убить объявились практически одновременно. Могла ли и Оливия принимать участие в этих нападениях? Это Катрионе и предстояло выяснить.

Прищурившись, Катриона слегка приподняла голову, разглядывая расслабленное лицо Габриэля. К счастью, этой ночью его не беспокоили кошмары, иначе бы она точно услышала. Познакомившись с Оливией, Катриона не сомневалась, что все ужасы его детства были связаны именно с ней. Именно она была причиной, по которой Габриэль стал настолько жесток к женщинам. Настолько жесток и беспощаден, что готов отказаться от собственной дочери. Но могло ли это оправдать его? На этот вопрос она не могла ответить.

Вздохнув, Катриона еще крепче прижалась к Габриэлю и прикрыла глаза, отгоняя прочь неприятные мысли о своем будущем. Только не сейчас, когда она еще толком не разобралась в своем настоящем.

Катриона хотела снова заснуть, чтобы еще немного продлить это ощущение спокойствия. Но, как бы она не старалась, ничего не выходило. Теперь, когда она проснулась, желание наведаться в туалетную комнату оказалось намного сильнее. Катриона совсем недавно начала замечать столь очевидные изменения в собственном теле. И эта непреодолимая и непривычно частая потребность, была только одной из этих изменений.

Недовольно поморщившись, но не в силах побороть позывы собственного тела, Катриона осторожно высвободилась из сильных рук Габриэля и откинув одеяло в сторону, медленно поднялась на ноги. Не оглядываясь на мужа, чтобы не тратить время, Катриона, вздрагивая от холода, побежала к дверям гардеробной. Ей не понадобилось много времени, чтобы закончить свои дела и когда она вышла из комнаты, то с удивлением увидела, что Габриэль уже не спит. Прислонившись плечом к стене, он внимательно наблюдал за ней. И выглядел он довольно сонным. Как будто подскочил с кровати, как только почувствовал, что остался один.