Декан в моей голове (СИ) - Майская Юлия - Страница 6

Вот тут я почувствовала неладное.

— Что вы хотите сделать? — тихо спросила, все еще не веря.

— Разработка и тестирование нового артефакта все равно займет несколько месяцев. Я бы предложил вам пройти программу пятого курса еще раз — со следующего сентября.

— Остаться на второй год? — возмущенно переспросила. Да как ему в голову пришло! Это же унизительно, смотреть, как твои бывшие однокурсники разлетаются кто куда хотел, начиная работать, а ты все еще учишься. Да и как родителям смотреть в глаза после такого? Я же лучшая на курсе!

— Тогда другой вариант, — тут же продолжил Блимс, — вы продолжите обучение, но по сокращенной программе. Максимально уберем теоретические занятия и сократим практику. Вам все равно нужно будет время на артефакт, мисс Джойс, совмещать и то, и то не получится, маховик времени еще, к сожалению, не придумали. И я предлагаю вам это, только потому что знаю о ваших успехах. Другому студенту даже не заикнулся бы о втором варианте.

— Х-хорошо, — с сомнением и нежеланием выговорила я. Я люблю учиться, люблю узнавать новое, и занятия меня ничуть не тяготили. Но другого выхода я тоже не видела.

— Отлично, — кивнул Блимс. — Теперь перейдем к занятиям профессора Гайера.

Я округлила глаза. Он же не хочет заставить меня еще и преподавать?

— Все преподаваемые им дисциплины, к сожалению, отдать другим преподавателям не получится. Я смог распределить студентов других факультетов, сократив им часы, но с артефакторами не знаю, что делать. Обязанности декана передал твоему заместителю, Исай, и пятый курс, но Рикардию тоже нужно когда-то спать и есть. Так что жду твоих предложений, что делать с остальными студентами.

Гайер, взяв минуту на размышления, откликнулся:

«Четвертому и третьему нужно сократить теоретическую программу и поставить больше самостоятельных занятий. Их можно отдать Кертсу, он хоть и в магистериуме учится, но толковый парень. У первого курса сокращать ничего нельзя, пусть у них ведет Ямир, у него вроде должны были остаться дыры в расписании», — Гайер подождал, пока я все передам ректору и продолжил: — «А вот второй курс, как я понимаю, отдать совершенно некому?».

— Верно, — откликнулся Блимс, когда я передала ему вопрос.

«Тогда, мы могли бы сами их взять».

Я открыла рот, чтобы передать его слова, но тут до меня дошел их смысл. Что?

«Кто «мы»? В смысле, «сами»? Я не хочу преподавать, мне и так снизили учебную нагрузку, еще и артефакт делать».

«Мы все успеем, Джойс. К тому же…»

«Нет!», — перебила я его. — «Профессор, с меня и так довольно всего этого, хватит взваливать на меня все новые обязанности. Я и так согласилась делать артефакт, хотя мы могли бы спокойно доверить его другим артефакторам».

«Джойс, я понимаю, но поймите и вы — студенты несколько месяцев не смогут проходить профильную программу. И нет, нанять нового преподавателя тоже не получится — по крайней мере, до конца года. Вот в следующем сентябре — да, я смог бы подобрать целых трех человек на замену, но сейчас это невозможно».

«Профессор Гайер, вы подумайте, как это будет выглядеть! Я будущая целительница — и преподаю у второкурсников-артефакторов?»

«У меня где-то валялся кулон с иллюзией, наденете — и никто вас не узнает».

«Нет»

«Джойс… А давайте меняться? Я помогу вам с дипломным проектом — тем самым обезболивающим артефактом — а вы мне с преподаванием?»

Я замерла. Предложение было интересное… Сама бы я, наверное, потратила уйму времени на разработку — и то не факт, что все бы поучилось. А с помощью Гайера горы можно свернуть!

— Мисс Джойс, — окликнул ректор Блимс. Я совсем про него забыла, уйдя в беседу с Гайером.

— М-м. Профессор Гайер хочет, чтобы я — под его руководством — преподавала у второкурсников.

Ректор поднял брови в удивлении.

— Хм, интересное решение… Дайте-ка подумать, — он склонился к своим бумагам и начал что-то черкать. Поднял голову. — Что ж, думаю, с учетом сокращения часов у вас и у них, можно и успеть все.

— Но вы же сами говорили, что из-за необходимости делать артефакт я не смогу проходить свою программу! — я-то надеялась, что ректор будет на моей стороне.

— У второго курса не такая сложная программа. Если что, больше часов вам на учебу сократим, — отмахнулся Блимс.

Я еще пыталась спорить, но эти два упертых светила науки не переупрямишь. В итоге решили, что мне из занятий оставляют только половину целительской практики, урезают всю теорию, оставив её на самостоятельное изучение, дают второкурсников с урезанной программой, ну и разработку артефакта для возращения сознания Гайера в его тело.

И как я могла во все это вляпаться?!

Перед моим уходом ректор выдал мне целую связку кулонов-ключей: от кабинета Гайера, лаборатории и, к моей огромной радости, ключ доступа ко всем порталам внутри академии.

Надо ли говорить, что возвращалась я от ректора хоть и раздраженная, но ключи немного примирили меня с действительностью. А послезавтра мне предстоял уже первый урок у артефакторов.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍«Джойс, нам надо в мой кабинет», — заикнулся Гайер, когда я пришла в свою комнату и уселась за стол.

«Я с места не сдвинусь, пока вы не начнете обучать меня защите мыслей», — заявила ему. Он обещал, а я уже и так во многом пошла на уступки.

Гайер был недоволен, я это почувствовала. Вообще я заметила, что его эмоции иногда прорываются, и я могу их определить. Интересно, от чего это зависит?

«Давайте хотя бы вечером? У нас полно дел сейчас».

Я вздохнула. Чувствую себя куклой, которую дергают за ниточки.

«А вечером обещаю, начнем обучение. И кстати возьмем у меня одну книгу, которая пригодится вам для диплома», — продолжил Гайер, уже каким-то искушающим тоном.

«Ладно, ладно, идем».

Кабинет Гайера охраняла настоящая мегера, чудовище, принявшее вид приличной тридцатилетней женщины с собранные в пучок светлыми волосами. Нет серьезно, это не секретарь, а какой-то цербер. Я полчаса потратила на объяснения и потрясание перед ее носом кулоном-ключом к кабинету. В итоге она еле-еле согласилась связаться по магофону с ректором и уточнить у него. Блимс, к его чести, сразу оговорил, что я допущена в кабинет вплоть до полной выписки профессора Гайера и имею право оставаться там одна.

И вот долгожданный момент, когда я наконец выпроводила эту ужасную женщину, захлопнула дверь, закрылась на два поворота замка и устало опустилась на стул.

Даже не знала, что сказать, у меня в мыслях были одни нелицеприятные эпитеты.

«Мда», — протянул Гайер. — «Со мной она так себя не вела… Даже не знаю теперь, уволить её по возращении или наградить за усердие…».

Вот так ситуация! У меня вырвался один смешок, затем второй, и наконец, не выдержав, я расхохоталась. Нервное напряжение, все пережитые события, все это вылилось в истерику, и я хохотала как ненормальная, вытирая выступившие слезы. Гайер пытался меня утихомирить, но куда там.

— Всё, всё, я успокоилась, — проговорила я. — Профессор, а тут хоть звукоизоляция есть?

Впервые обратилась в Гайеру вот так, вслух, а не про себя, и это напомнило о нашей ситуации, мигов отбив все желание смеяться.

«Да, есть, не переживайте. Камила не вызовет лекаря-психиатра из-за вашего истерического смеха», — ответил он.

Ах вот как её зовут — Камила.

«Ладно, давайте к нашим делам. Что мне нужно делать?»

В следующие несколько часов я с головой окунулась в будни Гайера — преподавателя и изобретателя. Сначала учебные планы, конспекты для занятий, списки студентов с их оценками, репетиция урока, который я проведу в понедельник и инструкции, что делать на случай непредвиденной ситуации вроде взрыва, цунами или землетрясения.

«Какое землетрясение, о чем вы вообще?», — взвыла наконец я.

«Джойс, мастерить артефакт — это вам не зелье варить», — отрезал Гайер серьезным тоном. — «Если зелье может только выплеснуться из котла, то неправильно сделанный артефакт может намагичить в учебном классе что угодно. Я за свою практику трижды убирал последствия землетрясение, и да — одно из них устроили второкурсники. Маловероятно, что в течение вашего преподавания что-либо случится, я буду рядом, а класс оборудован много лучше, чем раньше, но предупредить вас я обязан».